Нейтринный импульс
Шрифт:
Уже светало, когда Мильнер и Гиллон в окружении охраны приблизились к бетонной стене. Мильнер смотрел на купол Искателя, на башни энергоприемников и не скрывал свою злость и досаду.
— Вам повезло, что вы нас нашли, — мрачно сказал он на ломаном русском языке, — иначе бы я все тут пожег.
— И напрасно бы старались, — ответил ему начальник охраны, пнув ногой бетонную ограду. «Бетон» затрещал и прогнулся. — Ложный объект, как видите.
От изумления Мильнер даже остановился.
Сегодня Светлов был особенно взволнован, впрочем, как все ученые и инженеры, заполнившие просторный зал Квантового Искателя. За стеной гудели преобразователи, подающие энергию в КМ-генератор. Бесшумно сновали ассистенты. Шли последние приготовления.
Наконец ярко загорелся экран сверхдальней телесвязи. Светлов увидел стальные волны Северного Ледовитого океана, блестящую кромку льда, темный предмет, плавающий на воде. Где-то далеко за рамкой экрана находились корабли с экспертами и наблюдателями от многих стран. Поступил сигнал, разрешающий пуск Квантового Искателя. Светлов подал знак. Оператор повернул главный диск включения.
«Неужели опять сорвется?» — с тревогой подумал ученый.
Словно живое существо, заурчал генератор. Ему вторил стабилизатор нейтрино. Все взгляды обратились к экрану контроля. Там было видно, как в канале Искателя затрепетала бледно-сиреневая струя. Последовал нейтринный импульс небывалой интенсивности. Затем второй… третий… десятый. Громко защелкали счетчики, регистрируя «эхо» частиц, отраженных от земных пород и воды. Наиболее сильное эхо пришло от термоядерного заряда мины. Автоматы мгновенно рассчитали тысячекилометровый «прицел», в действие вступил КМ-генератор… Вот на экране возникло облако Д-частиц над «водородкой», — и медленно растаяло, расплылось.
А когда в напряженной тишине раздался голос командующего: «Проверили импульсом. Заряд нейтрализован», — зал наполнился одним радостным вздохом. Все разом заговорили, зашумели.
Светлов будто наяву видел миллионы рук, взметнувшихся над Землей, ликующие лица людей, навсегда избавленных от угрозы термоядерного уничтожения. «Да сгинет ночь!» — как бы говорила сама планета. Великая красота человека, мощь его разума оказались сильнее кровавого зла, сильнее мегатонных бомб.
Журнал «Старшина — сержант», 1962, № 10 (стр. 28–30)
Рис. Б. Резниковича