Нейросеть
Шрифт:
Убеждая себя, что продукты не могут так вкусно пахнуть, что все здесь побрызгано феромонами для вызова чувства голода, я судорожно сбрасывал в тележку все новые и новые упаковки пластика. Синтезированное филе в прозрачной пленке, мясо такое розовое, что хочется распаковать и погрузить в него зубы прямо в сырое; кассета генномодифицированных яиц; молоко, кофе, сухие завтраки и концентрированные сухпайки, пару блоков китайских сигарет и пакетик порошковой сои, из которой можно приготовить любое блюдо в микроволновке…
Охрана обеспокоенно наблюдала за моим променадом, бесплотные взгляды из-под щитков провожают уже полную тележку. Наконец, чтобы не нервировать их, я выбрался к кассе. После довольно продолжительного подсчета суммы, отстучал на клавиатуре номер платежного счета. И только тогда бронированные статуи разошлись, одновременно утратив ко мне интерес.
Когда возвращался, надрываясь с тяжеленными сумками, не сразу заметил необычное оживление. Это было так странно, что я даже замер.
На всем протяжении дороги к дому мне встречались разные люди, чем-то неуловимо похожие друг на друга. Походкой, жестами? Не знаю. Что-то общее между ними было, что чувствуется интуитивно.
А сейчас, перед своим домом, я вдруг заметил еще троих. Кожаная одежда выдавала в них глайдеристов, безумных гонщиков на воздушных мотоциклах. Такие через одного разлетаются в пространстве мириадами молекул от малейшего столкновения глайдера с препятствием.
Коря себя за дурость, что застыл как вкопанный, я постарался придать лицу самое глупое выражение. Отдуваясь, поставил сумки, полез в карман за сигаретами. Прислонился к оголенной дождями стене с надписью автомобильной краской: «Боже, благослови виртуальность!»
«Неужели меня так быстро нашли?! — пронеслось у меня в голове. — Этого не может быть!»
Но глайдеристы не обратили на меня никакого внимания. А через миг я заметил цветные пакетики, что они передают друг другу.
«Наркодилеры? — с облегчением подумал я. — Обычная сходка черной торговли по мелочам?»
Когда тлеющий огонек дополз к фильтру, наркушники уже покинули аллею перед моим домом. Успокоенный, я отшвырнул окурок и подхватил пакеты.
Макс проснулся, когда я еще поднимался по лестнице. Ключ царапнул замочную скважину, по ту сторону двери загремело, будто мародеры переворачивали мебель в поисках добычи.
— Эй! — воскликнул я радостно, отбиваясь от рыжего пса. — Подожди. Ну, подожди же, дай пакеты бросить!
Коробка с декой удостоилась мимолетного взгляда, зато сумки с едой буквально приковали внимание пса. Сразу вспомнилась дрессировка, Макс, не сходя с места, продемонстрировал весь набор команд «сидеть-лежать-голос-дай лапу». Пришлось половину филе отдавать хитрецу, пусть порадуется. Все-таки быть псом Сетевого Дьявола нелегко.
«Наоборот! — сообщили мне восторженные глаза Макса. — Ты самый-самый любимый и хороший! Таких, как ты, больше нет, я за тебя жизнь отдам!»
За такое пришлось радовать его и второй частью филе.
Заставив продуктами холодильник, я распечатал пачку китайских сигарет, закурил. Перед тем как поставить чайник, проверил состояние розеток в кабинете и, древком от швабры оборвав там провода, включил пробки.
Ежесекундно облизывая взглядом упаковку с декой, слепил бутерброды и налил кофе. Первые минут десять я еще наслаждался вкусом, потом уже челюсти бездумно перемалывали пищу, когда мыслями я вернулся в Сеть.
Сам не заметил, как сорвал упаковочную пленку с коробки с декой. Похожая на лэптоп из двадцатого столетия, дека распустила лепестки клавиатуры, увеличив ее втрое. Я подключил виртуальные очки, скормил ей мини-диск с установочными программами и запустил виртуальность.
— Программа установки приветствует вас, — сообщил бесплотный голос. — Пожалуйста, пройдите регистрацию и…
Работать с необученным компом неудобно. Мысленно простившись с привычной программой, я ткнул в автоматическую регистрацию, так быстрее будет.
С бутербродом в руке я пошарил в кабинете. Удушливый смог почти исчез, а вот запах гари останется, наверное, навсегда. Не повезет новым жильцам, если таковые будут.
Древком от швабры я поковырялся в недрах системного блока и сервера, с разочарованием отметил, что ничего не уцелело. Виртуальный шлем тоже превратился в дырявую кастрюлю: все экраны внутри лопнули, как у меня еще глаза целы остались; провода оборваны, один порт вырван с корнем; на поверхности шлема несколько вмятин. Похоже, что вирус Кадавра уничтожил все оборудование, как атомный удар, выживших нет.
— Ничего, — я стиснул зубы. — Сочтемся, уродец.
С зубочисткой во рту я закончил регистрацию и установку нового софта на деке. Сунул в зубы сигарету и скомандовал:
— Запуск системы!
— Исполняю. Состояние системы… производительность… поиск обновлений…
Макс, со щенячества привыкший к голосам из кабинета, теперь с болезненным интересом рассматривает деку. Даже обнюхал тайком, пока я делал себе новую порцию кофе.
— Почтовый сервис, — приказал я, когда нудный процесс настроек закончился. — Логин… пароль…
На почтовом ящике ждет одиннадцать писем: девять от Вуду-Z, уже откровенно яростные; одно с осторожными вопросами о моем благополучии от Дикаря; и последнее от Алисы Вороновой, полное странного беспокойства. Почему-то меня разозлил тот факт, что письма от Киры не было…
Пару минут я раздумывал над тем, что всех так встрепенуло. А когда вышел на стартовую страницу почтового сервиса, взгляд споткнулся о пафосный заголовок «Системная аномалия уничтожена!».
Полубредовая статья с комментариями будто от даунов, которых кто-то обучил письму, сообщает о моем последнем деле. В ней говорится, что страшный и ужасный Сетевой Дьявол в конец охренел. Будто он пробрался на промышленный сервер корпорации «Нью Хоуп» и устроил там кровавую бойню. С растущей яростью прочел, как я мучил невинных, насиловал животных и совершенно не ценил свобод женщин и альтернативно одаренных личностей.