Нет дыма без огня

При написании этой книги я часто пользовалась советами экспертов в самых разнообразных областях. Они с готовностью оказывали мне помощь и не жалели своего времени. Я хочу выразить глубокую благодарность всем тем, кто мне помог:

Мистеру Бобу Макнису, знания которого в области нефтедобычи столь обширны, что мне не хватило бы всей жизни, чтобы ими овладеть.

Мистеру Ларри Кольеру, нефтянику, моему случайному знакомому, оказавшемуся ценнейшим источником информации.

Мистеру Эрнесту Струпу, доктору медицины, врачу «скорой помощи». Вместе с благожелательными и отзывчивыми сотрудниками больницы матери Фрэнсис в Тайлере, штат Техас, он мне помог разобраться в сложностях медицины; с которыми я столкнулась в ходе работы над книгой.

А также летчику, не только поделившемуся со мной своими знаниями в области авиации, но и рассказавшему подробно о событиях, которые он предпочел бы забыть навсегда.

САНДРА БРАУН

26 октября 1992 года

Он никогда не испытывал особой любви к кошкам.

А женщина рядом с ним мурлыкала, как кошка. Все ее тело, грудь, живот излучали глубокое удовлетворение. У женщины были узкие, приподнятые к вискам глаза и плавные чувственные движения. Такие, как она, не ходят, а шествуют. У нее имелась детально разработанная стратегия, чтобы разжечь мужчину. Она потягивалась и терлась о него, словно рыжая кошка в угаре страсти, а в момент кульминации визжала и царапала плечи партнера ногтями.

Кошки казались ему скрытными и коварными, более того, ненадежными. Он боялся поворачиваться к ним спиной.

— Ну как я тебе понравилась? — Голос ее, страстный и жаркий, напоминал ночь за опущенными шторами.

— А что — разве я жалуюсь?

Кей Такетт терпеть не мог производить оценку любовных объятий. Если ты доволен, то к чему пустая болтовня. Если нет, то тем более следует помолчать.

Женщина сочла его двусмысленный ответ за комплимент и соскользнула с кровати. Обнаженная, она направилась к заставленному флаконами и баночками с кремами туалетному столику и зажгла сигарету дорогой, украшенной камнями зажигалкой.

— Хочешь закурить?

— Нет, спасибо.

— А выпить?

— Пожалуй. Если есть что под рукой.

С чувством скуки Кей смотрел на хрустальную люстру на потолке. Безвкусная и уродливая люстра. Слишком громоздкая для спальни, даже когда часть лампочек еле светятся за хрустальными подвесками. Ярко-розовый ковер в равной степени безобразный, как и передвижной, украшенный бронзой бар, уставленный замысловатыми хрустальными графинами. Она налила ему виски.

— Куда тебе торопиться, — женщина улыбнулась. — Муж уехал в другой город, а дочь ночует у друзей.

— Какого пола, мужского или женского?

— Женского. Ради Бога, ей только шестнадцать.

Неблагородно говорить ей, что сама она задолго до шестнадцати приобрела репутацию легкодоступной особы. Такетт промолчал, скорее из равнодушия.

— Я хочу сказать, что у нас впереди целая ночь. — Она подала ему стакан, села рядом, прижимаясь бедром к его бедру.

Кей поднял голову с подушки в шелковой наволочке и отпил неразбавленного виски.

— Мне надо двигаться. Я вернулся в город уже… — Он посмотрел на свои часы. — Уже три с половиной часа назад, а еще не переступал порога родного дома.

— Ты же сказал, что они не ждут тебя сегодня.

— Верно, но я обещал, что буду дома, как только освобожусь.

Она накрутила на палец прядь его темных волос.

— Но ты не рассчитывал, что встретишься со мной «Под пальмой», как только появишься в городе. Он допил виски и сунул ей в руки пустой стакан.

— Интересно, почему это заведение называется «Под пальмой». Тут не сыщешь ни одной пальмы на триста миль вокруг. Ты часто там бываешь?

— Достаточно часто, — произнесла она, хитро улыбаясь.

— Когда мужа нет в городе? — с той же хитрой усмешкой поинтересовался Кей.

— И еще когда тоска и одиночество становятся невыносимыми, а это случается почти каждый день. В баре «Под пальмой» всегда можно найти интересную компанию.

Такетт взглянул на ее пышный бюст.

— Это точно. Не сомневаюсь, что ты любезничаешь со всеми подряд, пока у них не встанет.

— А ты неплохо меня знаешь. — С грудным смехом она потянулась к нему, чтобы коснуться его рта влажными губами.

Он отвернулся.

— Я тебя совсем не знаю.

— Это не правда, Кей Такетт. — Она выпрямилась с обиженным видом. — Мы учились в одной школе.

— Я со многими учился в школе. Но это не значит, что я знаю всех до единого.

— Но ты со мной целовался.

— Врешь. — Он позабыл об учтивости. — Я не люблю стоять в очереди, так что меня никогда не было среди твоих поклонников.

В ее прищуренных глазах блеснула злоба, которая тут же погасла. В одно мгновение женщина спрятала выпущенные коготки.

— Ты прав, мы с тобой не встречались, — промурлыкала она. — Но однажды, когда мы победили ребят из Глейдуотера, ты вместе со всей нашей футбольной командой шел с поля в раздевалку. А мы с подругами, да вообще все в Иден-Пасс, выстроились на пути, чтобы вас приветствовать. Ты, — продолжала она, впившись при этом ногтями в его обнаженную грудь, — ты был самым лучшим из игроков. Твоя майка взмокла от пота и измазалась в грязи, и, конечно, все девочки считали тебя самым красивым. Думаю, ты сам тоже так думал.