Несознательный 3

Annotation

Конец сороковых - начало шестидесятых, СССР напрягая все силы, пытается обезопасить свое существование, и в этих условиях главный герой тоже пытается внести свою лепту в дело стремительного развития страны в области космической техники… и не только.

Несознательный 3

Глава 1 Страховой полис

Глава 2 Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее

Глава 3 Секретное достижение

Глава 4 Грачи прилетели

Глава 5 Спички детям не игрушка

Глава 6 У каждой ошибки есть имя и фамилия

Глава 7 На пороге великого перелома

Глава 8 Мишка на Севере в Новый Год

Глава 9 Если нельзя, но очень хочется, то можно

Глава 10 Артиллерия и кавалерия

Глава 11 Мне сверху видно всё, - ты так и знай

Глава 12 Ты не гавкай, а собачек покорми

Глава 13 Поехали!

Глава 14 Доживём ли мы до коммунизма

Глава 15 Кристалл

Глава 16 У нас не может быть проблем

Глава 17 Русский с китайцем – братья навек

Глава 18 Попкорн и колготки

Глава 19 Первая, вперёд!

Глава 20 Крути кино паршивец

Несознательный 3

Глава 1 Страховой полис

В конце февраля от Хруничева пришли изменения в проект ракета-носителя (РН), требовалось доставить груз весом в четыре с половинной тонны на расстояние в полторы тысячи километров. Понятно – в СССР произошло испытание первой ядерной бомбы, на полгода раньше чем в моей реальности, и данные по ней стали известны в министерстве. Зря, пока еще ядерщики пользовались американским проектом, но на походе и собственный проект ядерного заряда, который окажется значительно компактнее и легче. Стоит ли в таких условиях вносить изменения? По моему нет, ведь РН подоспеет как раз к тому времени и мощность ее окажется избыточной. Впрочем, лично мне это только на руку, тем более, что никаких особых изменений в проект вносить не понадобилось, единственно размер второй ступени пришлось увеличивать в два раза, иначе полторы тысячи километров были недостижимы, все-таки информация, полученная от моей "железяки", пока еще рулит. Ну и главное, проект получился аналогом советской Р-12! Единственное отличие это двигатель, ведь у Р-12 стоял РД-214, с одним турбонасосным агрегатом и четырьмя соплами, а руление производилось с помощью дополнительных четырех газодинамических рулей. У нас же сопло одно, а управление вектором тяги происходит с помощью поворотного механизма, что потребовало разместить в корме довольно таки мощный привод. Однако это все несущественно, технические характеристики ракеты получились примерно такими же, а как известно, на Р-12 в СССР в шестидесятых годах производился запуск малых спутников. Так что один шаг до космоса, и хотя трудностей достижения этой цели еще необъятное множество, первый шаг будет сделан в ближайшие полтора года. Если, конечно, ничего не поменяется в концепции создания стратегических вооружений, ибо трудно предугадать какими путем двигаются мысли в верхних эшелонах власти.

Наши основные конкуренты во главе с Королевым безнадежно отстали, они еще весной прошлого года в режиме строжайшей секретности приступили к проектированию Р-2 расчетной дальности в шестьсот километров. По истории мне известно, что к испытательным пускам они приступят только в ноябре 1949 года, однако это тупик, ведь поразить цель на предельном расстоянии можно только случайно, так что в той реальности Р-2 так и не была принята на вооружение. Однако радости от этого я не испытывал:

– В НИИ-88 коллектив большой, и финансирование у них есть, а значит, есть возможность для серьезной научной работы, чего мы себе позволить не можем. – Делился я своими мыслями с Главным. – Опираемся в основном на интуицию и на непроверенные методики расчетов. Сегодня у нас получилось вырваться вперед, так как нет груза предшествующих разработок, но в будущем без научной работы не обойтись.

– Так уж и не обойтись? – Хмыкнул Челомей. – Насколько я понимаю, пока что у нас основная проблема не в проекте, а в недостатке производственных мощностей.

– Кстати, и эту проблему тоже надо как-то решать, – соглашаюсь с ним, - нам бы еще пристегнуть пару машиностроительных заводиков, а то обслуживающая инфраструктура становится камнем преткновения. К примеру, заявки от НИИ-88 имеют приоритет первоочередности, а наши на общих основаниях приходится проталкивать.

– Нет, не получится, - кривится Владимир Николаевич, - наши работы пока не воспринимаются как прорыв, поэтому и такое отношение на уровне министерств. Вот когда изделие 403 полетит, тогда может быть и изменится отношение к нам.

Изделие 403 это как раз и есть наш новый ракета-носитель, и такую кодировку кто-то придумал в верхах. Вроде бы ничего особенного, но под аббревиатурой Изделие 401 значился тяжёлый тягач для транспортировки артиллерийских и ракетных систем, так что мне кажется, с секретностью у нас возникла проблема. Изделие 401 будет предназначено для буксировки Изделия 403? Звучит, однако. А вот по поводу изменения отношения в среде военных… это вряд ли. Это же известно - к строптивым всегда было неприязненное отношение. И успех тут особой роли играть не будет. Провал да, тут все пнуть постараются, а вот достижения попытаются не заметить, вроде бы все так и должно быть. Хотя… В данном конкретном случае скорее всего Челомей прав, пока других средств доставки ядерных зарядов на территорию потенциального противника у СССР нет, на бомбардировщики надеяться не приходится, ведь им придется прорываться через неприятельское ПВО, а там как случай ляжет. Вот и получается, что пока нашим ракетам альтернативы нет.

– И все-таки, - продолжаю лоббировать свою далеко идущую идею, - нам как-то стоит получить статус НИИ, поставить во главе какого-нибудь академика и организовать исследовательские лаборатории.

– Какого-нибудь? – Снова хмыкнул Владимир Николаевич. – Нет уж, тут «какого-нибудь» не пойдет, да и нашего мнения никто спрашивать не будет, скорее всего, присоединят к восемьдесят восьмому НИИ, нам такого не надо. А по исследовательским лабораториям готовь обоснование, давно пора собственную научную базу организовать, не стоит всю жизнь надеяться на случай.

– Хм. Слышишь, "железяка"? Однако тебя «случаем» обозвали. – Обратился я мысленно к вычислителю. – Не обидно?

В ответ презрительное молчание. Все правильно, что может сказать по этому поводу устройство, основанное на «банальной» логике?

Ладно, это всё текущие дела, на далекое будущее КБ занялось разработкой космической капсулы, жизнь которой будет исчисляться тремя сутками полета. В ней будет размещаться блок стабилизации, мощная оптика, программатор, и тормозной двигатель, предназначенный для возврата капсулы на землю. Возврат будем осуществлять по командам с земли, а то хрен его знает что там, в космосе, с капсулой произойдет, заодно и электронную систему ориентации отработаем с поляризацией радиосигналов. Кстати, с собственными поделками в области фотографирования решил не связываться, зачем, если есть хорошие автоматические камеры фоторазведки? Две камеры АФА-39М с длиннофокусными объективами Таир-10. Вообще-то эти объективы в серию не пошли, их изготовили всего десяток штук на пробу для авиаразведки, а на вооружение приняты не были, что-то там связано со стабилизацией изображения на пленке, так, наверное, и пылились бы на складе, пока я не обратил на них внимание. Почему не другие более современные системы фотографирования? А вот в этом и есть все проблемы, дело в том, что новые системы фоторазведки представляли собой камеры с размером снимка 30Х30 см. и даже 50Х50 см. и вес у них при этом получился в пределах двухсот килограмм, само собой для космоса на начальном этапе развития это оказалось неприемлемым.

И опять брак на производстве, никак не могу вбить в головы производственников, что работы должны выполняться не только в соответствии с технологической дисциплиной, но и в срок. Казалось бы, какая разница сколько детали полежат на складе до сборки? А вот разница есть – после закалки детали нужно выдержать некоторое время, чтобы метал «постарел», сразу с колес такой металл в работу подавать нельзя. Нельзя-то нельзя, но если план горит то можно. В итоге снижение прочности.

Или сколько раз было говорено, если конструктивный элемент точно не сопрягается с общей конструкцией, то надо обращаться к инженеру, и он уже будет разбираться, что произошло и как продолжить работу. Нет же, работник просто с помощью обычной киянки или других подручных средств добивается сопряжения деталей и считает, что сделал работу хорошо. Да знаю я, знаю - так здесь привыкли работать потому, что сдельную оплату никто не отменял, а будешь по всякому чиху звать инженера, ничего не заработаешь. Кстати, сейчас правдами-неправдами пытаемся уйти от системы оплаты по нарядам, ибо вместо повышения производительности труда получается с точностью до наоборот.

Иной раз руки опускаются из-за потока проблем связанных с исполнением производственной дисциплины, пока технолог стоит над душой рабочего, вроде бы все идет как и должно быть, но стоит ему отвернуться, и обязательно "закосячат". Да ладно, если сами ошиблись, и попытались скрыть, еще хоть как-то понять можно, но здесь-то… И ведь прекрасно понимают, чем все это может обернуться для них лично, но надеются на русское "авось". Вот эту практику надо решительно ломать. Пока трудно все это продвигается, хорошо еще, что нынешние изделия имеют гигантский запас прочности, а вот как быть когда будем экономить каждый килограмм веса, там такой запасец будет явно во вред. Уже который раз задумываюсь, как спроектировать РН таким образом, чтобы нарушить технологическую дисциплину было бы невозможно, то есть, если что-то не стыкуется, то амба, начинай делать заново. Заманчиво, но это не наш путь, все планы провалим.