Чтение онлайн

Третья добралась до Сондарских врат и успешно развернулась, вытянувшись, прикрепившись к вершине Стены, затем подпалив все и всех, что там находилось, прежде чем открыть люк и изрыгнуть волну за волной зойканскую тяжелую пехоту. Силы Вервунского Главного были истреблены этой атакой, но части вольпонцев с соседних бастионов под командованием полковника Кордея смяли ряды нападавших.

Одна из отчаяннейших битв состоялась именно тогда, в Первый штурм, когда двадцать частей Вольпонских Аристократов вместе с отделением элитной Десятой бригады под началом майора Кулциса сошлись на стене практически врукопашную с тысячами зойканских штурмовиков. Аристократы носили серые с золотым бронежилеты и характерные низко надвинутые круглые шлемы. Элитная 10-я носила панцирную броню, матово-черные хеллганы и ярко-синие значки в виде орлов, приколотые к армапластовому вороту брони. Кулцис, лично заслуживший медаль за отвагу на Вандамааре, был слишком юн для Десятой элитной, но начальство верно подметило в нем командирские качества. Несмотря на потери, составившие семьдесят процентов, он удерживал Сондарские врата не чем иным, как тактической изворотливостью и отчаянной решимостью.

Вершина Сондарских врат и близлежащие стены были завалены трупами. Кулцис и его подчиненный сержант Мантес из регулярной Вольпонской попытались вывести осадную машину из строя противотанковыми минами. Мантес погиб при этой попытке, но мины взорвали крепежные когти башни, и вскоре она обвалилась под собственным весом. Кулцис, потерявший руку при взрыве мины, перегруппировал своих подчиненных и вырезал всех до одного оставшихся на стене зойканских солдат. В этой первой из трех главных атак Сондарские врата устояли перед врагом.

Четвертая осадная машина добралась до стены к востоку от Сондарских врат, на полпути к Вейвейру. Здесь на позициях были Роанские Диггеры, решительно настроенные ударные части в коричневой форме и сетчатых шлемах. Генерал Нэш командовал здесь лично, он навел настенные батареи на перемычку башни, когда она начала выдвигаться к ним. Град снарядов не уничтожил ее, но они повредили какой-то внутренний механизм, и башню заклинило в полуразложенном состоянии, так что она не могла дотянуться до стены и закрепиться. Она злобно плевалась вверх огнеметами и гранатами, и Нэш потерял более сорока человек. Но она не могла провести атаку и так и простояла, согнувшись, у Куртины, сломанная и покинутая, до конца войны.

Еще две осадных машины штурмовали Хасский западный.

Гаунт увидел, как они приближаются, медленно и неумолимо, и поднял тяжелую артиллерию. Он видел способ нападения в скоп, наблюдая за позицией Роуна, и не хотел повторить его ошибки.

Под его вокс-руководством настенные батареи расстреляли ближайшую машину и успешно разнесли ее на куски. Верхняя часть башни, начавшая выдвигаться, была сбита шаром огня и раздавила основной корпус, свалившись на него.

Но вторая машина, несмотря на усилия Гаунта, добралась до западной части вала и прикрепилась к стене. Башня выдвинулась.

Гаунт приказал людям отступить, когда огнеметы рыгнули и разразились ливнем пламени и на стену посыпались гранаты.

В укрытии рядом с ним капитан Даур снял с руки повязку.

– Ваша рука?

– Забудьте, комиссар! Дайте оружие!

Гаунт передал Вервунскому капитану свой болт-пистолет и включил свой цепной меч.

– Готовьтесь, Даур. Все настолько плохо, насколько возможно.

Зойканские солдаты хлынули на вершину форта тысячами. Их встретили Призраки и Вервунский Главный. Начался еще один печально известный эпизод Первого штурма.

Прямо перед тем, как люди Гаунта уничтожили первую из двух осадных башен, другие зойканские машины смерти с бряцаньем выкатились из трущоб и атаковали стены: полдюжины квазитанков, быстро прозванных вервунскими солдатами крабами из-за сходства со съедобными ракообразными, которых разводили в устье Хасса. Они были размером с четыре или пять танков, покрыты похожими на ракушку панцирями из наложенной слоями брони, словно гигантские жуки или моллюски. Одно дуло огромного калибра торчало из их турелей, и они забарабанили по Стене скорострельным огнем, сотрясшим каменную кладку и адамантиевые блоки.

Крабы были штурмовыми взломщиками, тяжелой техникой, специально разработанной, чтобы таранить мощнейшие укрепления. Два из них, с пушками, развернутыми вперед, вооруженные крупными таранами, набросились на врата Хасского западного и Сондарские. Пока они приближались, обычные танки, казавшиеся крошечными, двигались следом. А приливная волна одетых в охру солдат не убывала.

А затем была очередь «пауков», самых крупных и устрашающих осадных орудий Зойки. Сто метров в длину от носа до хвоста, на восьми исполинских шипастых колесах, укрепленных на осях под главным корпусом бронированной махины, той ночью пауки были ближе к захвату улья, чем все остальное вместе взятое. Пять пауков. Один, приближаясь, был уничтожен настенными орудиями. Еще один обездвижен гранатометным огнем в двадцати метрах от Стены, а затем загорелся под дальнейшим обстрелом.

Еще три добрались до стен и вытянули свои безмерные тела вверх, с визгом скребя по адамантию и керамиту, когда их округлые когти вгрызались в стену. Один был остановлен комиссаром УКВГ Вокейном, который приказал своим войскам выкатить снаряды из пусковых установок на вершину Стены и просто скинуть на поднимающееся чудовище, настроив на скорый взрыв. Паука сшибло со стены, и он опрокинулся, раздавив сотни зойканских солдат. Он лежал на спине и горел. Вокейн и пятьдесят семь его людей не успели порадоваться этому. Взрывная отдача от погибшего паука окатила стену и сожгла их до костей.

Второй паук добрался до Вейвейра и начал карабкаться на баррикады. Его могучие колеса изрубили все, чего коснулись, медленно втаскивая свою тушу в проем. Тяжелая артиллерия и танковые части Севгрупп встретили его массированным огнем, и стоило его голове протиснуться во врата, как ее взорвали. Он осел, раскинув взорванные колеса, наполовину блокируя вход.

Оставшийся паук карабкался по Куртине к западу от Хасского западного форта. Генерал Гризмунд уже поджидал его. Пока он расшвыривал и сжигал защитников Стены налево и направо, нармянские танки Гризмунда, собранные на открытых пространствах химзаводов дома Анко, подняли свои орудия и открыли огонь, сбрасывая огромного монстра с Куртины. Мощь залпа снесла также и часть внутренностей Стены, но игра стоила свеч. Паук был уничтожен.

В Хасском западном люди Гаунта встретили прилив зойканских, хлынувших из прикрепившейся осадной машины. В узких коридорах вала завязалось отчаянное сражение. Гаунт лично убил цепным мечом десятки врагов и отрезал путь заходившей сбоку группе. Даур не отставал, разя из одолженного болтера, так же как и стая из шестидесяти с лишним Призраков вперемежку с солдатами Вервунского Главного.

Эскадры под командованием Варла и Маколла присоединились к ним, и Гаунт с удовольствием отметил, что они, похоже, убивали штурмовиков почти так же быстро, как те высаживались из башни.