Недостающий элемент

Сароген возвращался домой из длительной командировки, поэтому настроение у него было приподнятым почти до эйфории. Позади остались два дридера разлуки с семьёй, целых два дридера! В последние дни Сароген был уже сам не свой от нетерпения. Он волновался, как мальчишка перед первым в своей жизни свиданием с будущей женой, и носился по магазинам, покупая подарки ей и детям. Багажник его машины был забит ими доверху, и Сароген сладко млел, живо представляя себе, какой приятный для него восторг и радость вызовут его покупки у близких.

Ясный тёплый день только способствовал хорошему расположению духа Сарогена. Шоссе было на удивление пустынным, и машина его мчалась по нему на предельной скорости. Сароген совсем не следил за управлением — авто-водитель прекрасно знал дорогу домой, поэтому можно было не отвлекаться от наслаждений окружающими пейзажами.

Слева и справа от шоссе расстилались широкие, ухоженные поля. Скорость не позволяла рассматривать детали на них, но поля и без того были прекрасными. Близилась уборка урожая; злаки уже налились соками и своим ярко-голубым цветом теперь почти не отличались от безоблачного неба. Поля сливались с линиями горизонта, и шоссе между ними казалось узкой белой лентой, уходящей в бездну небес.

Машина стремительно мчалась, жадно поглощая лаки пути.

Сароген нетерпеливо глянул на счётчик расстояний.

До Киде оставалось около пятидесяти лаков — столько же, сколько машина уже отъехала от Лесо — последней остановки перед домом.

Пошли пригородные лесопосадки. Почти одновременно они возникли слева и справа от дороги. Деревья в них слились от большой скорости в сплошную чёрную полосы, заслонив собою поля.

Смотреть больше было не на что. Впереди, высоко над дорогой, ярко светило Сото, и переднее стекло машины, адаптируясь, довольно сильно потемнело, ослабляя его свет.

Сароген оглянулся назад.

Кирон уже опускался к горизонту и слегка померк, поэтому заднее стекло было довольно прозрачным.

Сарогена несколько удивляло полное отсутствие попутных, и, в особенности, — даже встречных машин. Шоссе точно вымерло, хотя время было ещё достаточно активное.

— «Опять какой-нибудь межконтинентальный матч, — подумал он. — Все сидят у визоров»…

Сароген не мог проверить своё предположение — его автомобильный радио-визор находился в ремонте. Он с некоторой завистью подумал о тех счастливчиках, которые сейчас наслаждаются игрой своей сборной, и огорчённо вздохнул.

Машина неслась вперёд, и шоссе было по-прежнему пустынным.

Сароген откинул кресло до горизонтального положения, лёг, расслабился и закрыл глаза.

Ему казалось, что он лежал так лишь мгновения, но, открыв глаза, Сароген сразу почувствовал, что в окружающем его мире что-то за это время серьёзно изменилось…

Сначала он не мог понять, что именно. И вдруг сообразил.

СВЕТ!!! В машине было необычно темно! Как ночью! Даже загорелись лампочки внутреннего освещения!

Сароген рывком сел.

…Все четыре стекла его автомобиля были черны, как сажа… Впереди — там, куда вела дорога, сквозь потемневшее до предела стекло просвечивало странное белое полушарие, которое разбухало, увеличиваясь в размерах. Это не было Сото, потому что тому сейчас надлежало сиять высоко в небе, а не восходить над горизонтом.

Сото вообще отсутствовал! Непонятное белое полушарие, очевидно, обладало такой огромной яркостью, что лобовое стекло, адаптируясь к ней, полностью погасило свет дневного светила, но не смогло ослабить мощь нового источника света.

Ничего не понимая, Сароген обернулся назад.

…В заднем стекле было такое же полушарие; в левом боковом оно легко просвечивало сквозь почти сплошную полосу деревьев, а в правом их било даже два…

Всё ещё ничего не соображая, Сароген нажал на кнопку экстренной остановки.

Машина резко затормозила, испуганно качнулась на амортизаторах, и встала на месте, по правилам съехав на обочину.

Сароген открыл дверцу автомобиля и выглянул наружу.

…И задохнулся от ужаса…

Впереди было уже не странное огненное полушарие, а чудовищный клубящийся дымный гриб на тонкой, закрученной ножке. Гриб стремительно рос, поднимаясь всё выше и выше, и уже поглотив Сото…

Сароген выскочил из машины и в панике завертелся на месте.

…Со всех сторон в небо росли точно такие же грибы-гиганты. Они поднимали свои, невиданно большие шляпки на непропорционально тонких длинных ножках, и, казалось, вот-вот опрокинутся на Сарогена всей своей чудовищной тяжестью…

— «Война… — отрешённо и обречённо подумал Сароген. — Атомная бомбардировка…»

Он инстинктивно нырнул в машину и выдернул из-под её сиденья противорадиационный комплект. Держа сумку в руках, Сароген заметался на дороге. Он знал, что скоро со всех сторон должны прийти ударные волны, и надо куда-то спрятаться, иначе они, наложившись одна на другую, просто превратят его в пыль…

Сориентировавшись, он бегом бросился к обочине шоссе. Слетев по насыпи с дороги, он почти сразу наткнулся на коммуникационный колодец пригородной подземки.

Времени на какие-то размышления помимо действий совершенно не оставалось — Сароген просто нырнул в люк, и, захлопнув за собой его крышку, поставил её на фиксатор.

…Почти тут же пришла ударная волна от ближайшего взрыва…

Наверху безумно завыло и заревело, стены колодца заходили ходуном и угрожающе заскрипели, в щели под крышкой люка дохнуло раскалённым воздухом с жутким запахом Смерти. Казалось, что там, наверху, огнедышащий дракон пытается расшатать и выдернуть колодец из земли вместе с сидящим в нём Сарогеном. Тот висел на поручнях, мёртвой хваткой вцепившись в них онемевшими пальцами, и молил Судьбу о спасении…