Чтение онлайн

Стасов позвонил в начале одиннадцатого.

– Настасья Павловна, раскрой секрет, – весело закричал он в трубку, – как тебе удается по таким вялым приметам безошибочно находить людей? Да еще в такие сроки.

– Убийце скажи спасибо, не мне. А что, Влад? Неужели получилось?

– А как же. У тебя, Настюха, всегда все получается. Жена Мхитарова опознала его с первого взгляда. Даже не сомневалась ни секунды. Выбрала его из восьми предъявленных для опознания снимков. Моя Танюшка шлет тебе привет и поздравления. А Веселков ей сказал, что ты превосходная спортсменка. Он в окно видел, как ты наперегонки с поездом бежала. Ты произвела на несчастного ребенка неизгладимое впечатление. Танюшка после его восторженных рассказов думает, что ты эдакая милицейская суперменша, и страшно комплексует.

– Ты ей объясни, что я трех метров не могу пробежать из-за одышки. А за поездом бежала исключительно от ужаса: такой свидетель нашелся – и прямо на глазах исчезает. Тут и черепаха рысью побежит. Так что пусть твоя красавица не комплексует. И потом, она следователь, ей вообще эти глупости не нужны. Честно признаться, они и мне не нужны. Десять лет в розыске работаю, а бегала вчера в первый раз. До этого как-то сидя справлялась.

– Ладно, я понял, что ты терпеливая и малоподвижная. У меня такое ощущение, что придется сегодня опять везти тебя домой. Время-то – половина одиннадцатого. Поздновато для одинокой женщины. А я чувствую себя виноватым, ты же из-за меня домой не уходила, звонка ждала. Ты прости, Настюша, я правда не мог раньше позвонить.

– Ничего, – великодушно сказала она. – Отвезешь домой – прощу.

Прошло еще несколько дней, пока не объявилась проводница Вера. За это время дело с места почти не сдвинулось. Ни с кем из команды Малькова, правда, теперь уже бывшей, никаких несчастий больше не случалось. Личность мужчины, убитого в Крылатском, тоже установить не удалось.

Вера приехала к Насте на Петровку, хотя сама Настя на этом совершенно не настаивала. Она готова была встречаться с проводницей где угодно, хоть у черта на куличках, лишь бы подробно ее обо всем выспросить и все записать. Но Вера, запинаясь и путаясь в словах, объяснила, что сама очень хочет побывать в легендарном МУРе. Настя не возражала, ей самой так было даже лучше. Она договорилась с ребятами, что после беседы с Верой они попробуют сделать композиционный портрет второго попутчика, как выразилась сама проводница – маленького армянина.

– Кстати, Верочка, а почему вы так уверены, что он был именно армянином, а не грузином, например, или не азербайджанцем?

– Да что вы, – удивилась Вера, – они же все разные. Как их можно спутать?

Настя вытащила из сейфа пачку фотографий, выбрала полтора десятка снимков, на которых были сняты лица кавказского происхождения, и предложила Вере попытаться определить национальность каждого. Вера выполнила задание легко и допустила только одну ошибку, но вполне простительную, определив как азербайджанца мужчину, который считался армянином, но имел бабку – уроженку Баку. Внук был очень на нее похож.

– Где вы этому научились? – с восхищением спросила Настя.

– А нигде, – обезоруживающе улыбнулась проводница. – Само собой получилось. У проводников на такие вещи глаз наметанный.

Настя взглянула на часы – половина пятого, она беседует с Верой уже битых два часа.

– У меня к вам просьба, – сказала она. – Давайте мы сейчас с вами чайку выпьем, мы же обе без обеда сегодня, а потом пройдем в лабораторию и попробуем сделать что-то типа фоторобота этого армянина.

Вера тут же полезла в свою огромную сумку.

– А у меня хлеб есть и баночки с паштетом. Может, покушаем? – робко предложила она.

Они с аппетитом съели по два толстых ломтя свежего черного хлеба, щедро намазанных финским паштетом, запили чаем и уже собрались идти в лабораторию, когда в комнату буквально ворвался Коротков.

– Вот! – сказал он, кладя перед Настей на стол какую-то фотографию. – Извольте полюбоваться.

На фотографии был запечатлен мертвый мужчина с ярко выраженным кавказским типом лица.

– Кто это? – спросила она, недоуменно поднимая глаза на Юру. – Тоже без документов?

– Нет, этот как раз полном параде. И паспорт, и визитные карточки, и записная книжка. Но ты на всякий случай покажи своей гостье.

– Посмотрите, Вера, – Настя протянула проводнице снимок.

Та взяла фотографию и сразу же кивнула.

– Он это. Господи, его что, тоже?.. Как же это?

– Сами не знаем, – зло откликнулся Коротков. – Эх вы, дамочки, сами едите, а голодного мужика покормить?

– Юра, имей совесть, – с упреком сказала Настя.

– Ой, что вы, что вы, – захлопотала Вера, снова открывая свою бездонную сумку и доставая из нее хлеб и новую баночку с паштетом. – Кушайте, пожалуйста, у меня много этих банок.

– Спасибо, Вера Михайловна, – подмигнул ей Коротков. – Покажите Анастасии Павловне пример добросердечия и бескорыстия, а то я у нее иной раз чашки кофе допроситься не могу. Жадная она – спасу нет. Прямо Гобсек в юбке.

Вера сообразила, что он шутит, и рассмеялась одновременно смущенно и озорно.

Коротков ловко вскрыл банку, потянув за колечко, отрезал кусок хлеба и принялся есть паштет ложкой прямо из банки.

– Какой же вы голодный, – покачала головой проводница, глядя на Юру с сочувствием и жалостью и в то же время с какой-то почти материнской нежностью. Так матери порой смотрят на своих взрослых сыновей, вернувшихся после тяжелой работы и с жадностью поедающих заботливо приготовленный обед. Настя сделала ему кофе.

– Пей, вымогатель, – улыбнулась она. – Позоришь меня перед свидетелем.

– Вера Михайловна – не свидетель, – пробормотал он с набитым ртом. – Она – добровольный помощник, стало быть – одна из нас. А какие счеты могут быть между своими?

«Ах, хитрец! – подумала Настя. – Умеет с людьми ладить, этого у него не отнимешь. Сейчас с просьбами приставать начнет».

И как в воду глядела.

– Вера Михайловна, раз уж нам так повезло, что мы вас нашли и вы нам помогаете… – начал он.

– … то, может быть, вы поспрашиваете у проводников с других составов, не видел ли кто этих людей на обратном пути? – подхватила Настя. – Они скорее всего возвращались в Москву тоже «Стрелой» и тоже в «СВ».

– Спрошу, – охотно согласилась Вера. – А вы мне карточки их дадите, чтобы показывать?

– Нет, Верочка, карточки показывать не нужно. Не все же такие смелые, как вы, – польстил Коротков. – Увидят трупы и испугаются. Вы никому не говорите, что их убили, а описывайте на словах. Ладно? И если кто-то их видел и запомнил, пусть обязательно нам позвонят. Или Анастасии, или мне. Я вам свой телефон тоже оставлю.