Чтение онлайн

— Не думаю, — сказал Трощинский-один.

— Если б все так было, не хоронили бы никого сейчас в автобусе, — закончил его мысль Трощинский-два.

— Как скажете, — Локтев махнул рукой. — Литряка все равно ни у кого нет.

— Восемь жидких унций устроит? — Павел вынул из-за пазухи небольшую плоскую фляжку.

— Только все не проглоти, как обычно, — предупредил Трощинский-первый.

— Не один, — добавил второй.

— Спелись все-таки, — Локтев усмехнулся. — Глотну культурно, не бздите, Тролли.

— Тучи… — напомнил Павел. — «Цигель ай лю-лю!» Что там наши два капитана зависли?

— Не лезь к ним, — сказал Локтев. — Пусть переговорят. Успеем.

— Полчаса у нас от силы. А еще надо народ собрать.

— Ну, так иди, собирай! Ты ж у нас главный агитатор. Или чего, тебе, как наперсточнику, подставные нужны?

— В точку, лейтенант, — Павел отнял у Локтева фляжку. — Идем. И остальные господа офицеры, прошу за мной. Володя…

— Я к метро пойду, — решил Водолей. — Оттуда на тебя народ погоню.

— Отлично. — Павлу явно не понравилось, что Водолей опять сам придумал себе миссию, но вида он не подал. — Идете?

Он обернулся к Трощинским. Те синхронно кивнули.

— А лейтенант… э-э… Парус?

Парус, повесив голову, стоял перед «саркофагом», спиной к товарищам, и не реагировал даже на свою фамилию.

— Он позже подтянется, — решил вместо Паруса Локтев. — С капитанами придет.

— Лады, идем! — Павел все-таки нашел повод оставить за собой последнее слово. Уже на ходу он обернулся в сторону Водолея и прицелился в него пальцем: — Володя, помни про тучи. Полчаса тебе, не больше. Не уложишься — бросай все и беги к нам.

Водолей не стал ничего отвечать. Только махнул рукой.

«Пусть последнее слово останется за Павлом. А иначе он не успокоится и потратит еще несколько драгоценных минут на это глупое самоутверждение. Лидер хренов».

Миссия Водолея чуть не сорвалась, едва начавшись. Когда он добрался до ближайшего входа в метро, тучи окончательно затянули небо и начали сгущаться, с каждой минутой проседая все ниже. Молнии проскакивали пока мелкие и нечасто, но громыхало от души. И ветер усилился. А поскольку Володя шел теперь против ветра, этот факт существенно замедлил его продвижение.

С другой стороны, ухудшение погоды сыграло Водолею на руку. Народ сам, без его агитации, устремился в сторону нового митинга. Почему не обратно в метро? Это Володя понял чуть позже, когда из коротких реплик попавшихся навстречу людей выяснил, что у народа есть три причины двигаться в сторону митингующих. Первая — по ветру. Вторая была гораздо серьезнее — в метро появилась вода. Пока лишь на путях, между обесточенными рельсами, и прибывала она медленно, однако даже самым ярым оптимистам сразу стало понятно, что метро теперь не укрытие, а ловушка. И, наконец, третьей причиной стала неистребимая надежда на чудо. Слухи о том, что организаторы митинга имеют план, а главное — возможности эвакуации, разлетелись по толпе со скоростью пули.

Володя все-таки добрался до метро, заглянул в вестибюль, а затем даже спустился на станцию. Навстречу ему попались только несколько человек, неспособных передвигаться слишком быстро. А внизу он не увидел и не услышал вообще никого.

Водолею тоже не сильно захотелось задерживаться внизу. Спасать тут было некого, да и разглядеть в кромешной темноте, как там дела с водой, было нереально. Для чистоты эксперимента он по стеночке все-таки подошел примерно к краю платформы и прислушался.

Характерный плеск он услышал, а еще он услышал монотонный гул. Он напоминал отзвук приближающегося поезда или… гул все той же воды, только текущей в трубе под напором. Вполне возможно, вода размыла какие-то преграды и начала прибывать гораздо быстрее, чем раньше.

Володя поспешил вернуться к лестнице, но спешка привела к падению, ушибленной коленке и новому всплеску отрицательных эмоций.

Сначала Водолею показалось, что кто-то схватил его за щиколотку. Но потом Володя сообразил, что просто запнулся. Он пошарил рукой и нащупал препятствие. Это был человек. Обмякший и холодный. Водолей вскочил и снова ринулся к лестнице, но запнулся вновь. А затем еще и еще. Люди лежали повсюду. Задохнулись они в жуткой давке или их затоптали, теперь не имело значения. Спасительное для других метро стало для них последним пристанищем.

«Вот и четвертая причина, чтобы не возвращаться сюда, — решил для себя Водолей. — Тоже весомая. Уж повесомее встречного ветра — точно».

Выбравшись наверх, Володя первым делом поднял взгляд к небу. Тучи просели, казалось, до высоты птичьего полета. Того и гляди рухнут на землю без всякого дождя или снега. И молнии теперь били чаще, а громовые раскаты звучали, как близкие пушечные выстрелы. От них сотрясались внутренности и закладывало уши.

Володя оглянулся по сторонам. Народу на бульваре оставалось много, и теперь все поголовно двигались с посильной скоростью в направлении затона. Володя проследил за толпой. Две трети людей тормозили на перекрестке. Остальные брели дальше, в основном уходили направо по Таллиннской.

Что ж, результат выглядел неплохо, да и трудозатраты вполне устроили Водолея. Миссия была выполнена без малейшего Володиного участия. Теперь он мог возвращаться. Пока не накрыло.

Водолей еще раз поднял взгляд к черному небу. Сквозь тучи почти не пробивался даже вездесущий свет аномального сияния. Еще немного, и на улице могло стать темно, как в обесточенном метро. А это значило, что придется снова спотыкаться. Хочешь — не хочешь.

Володя покачал головой.

«Лучше бы до этого момента соединиться с товарищами офицерами и агитаторами-навигаторами».

Он сделал шаг из вестибюля, и вдруг у него на шее повисла живая гиря. Мягкая, приятных форм и тоненько попискивающая. Водолей не ожидал ничего подобного, поэтому едва не рухнул ничком. Хорошо, что его поддержал какой-то прохожий.

Водолей ухватил живую «гирю» за плечи и чуть отстранил. С близкого расстояния рассмотреть ее удалось легко, несмотря на сумерки. И поддержавшего прохожего Володя разглядел без труда. Как раз шарахнула очередная молния, так что подсветки стало хоть отбавляй. Разглядел и не поверил своим глазам. Ни в первом, ни во втором случае. Дело попахивало мистикой. Впрочем, что тут удивительного? Разве дублирование реальности не попахивало тем же?