Чтение онлайн

Попрощавшись с Мехметом, они по совету Кемила отправились к расположенному неподалеку храму Святой Софии, где можно было пообедать в ресторане под тенистыми ветвями вековых деревьев.

— Я очень сожалею, что вы зря пришли сюда, — виновато произнес Кемил, пока они дожидались официанта.

— А я нет, — весело ответила Карина. — Во-первых, мне представилась возможность лично пообщаться с вами, а во-вторых, поблагодарить вас за то, что вы сделали для меня раньше. К тому же мы осмотрели здесь далеко не все.

— Однако вы сами убедились, что эти статуэтки — всего лишь дешевые сувениры для заезжих туристов.

Остин достал из кармана фигурки и выстроил их в ряд на столе.

— Где именно находится городок, в котором они были сделаны?

— Он расположен на Бирюзовом побережье, это примерно пятьсот миль отсюда. Вы намерены продлить свой визит в Турцию?

Остин собрал статуэтки одной рукой.

— Мне бы хотелось поговорить со скульптором, который их сделал.

— Мне тоже, — подхватила Карина. — Вполне возможно, что он использовал в качестве образца настоящую статую «Навигатора».

— Должно быть, это очень ценная вещь, — предположил Кемил.

— Возможно, — сдержанно ответил Остин. — А может, и нет.

— Я понимаю вашу осторожность в подобных вопросах, — сказал Кемил, поднимаясь из-за стола. — Отсюда до города Далирана всего час на самолете, а оттуда можно быстро добраться на машине до городка Каякой. Извините, но мне нужно бежать по делам. Если понадобится моя помощь, всегда к вашим услугам, только дайте знать. У меня в Стамбуле очень много полезных связей.

Через несколько минут после того, как Кемил оставил их в ресторане, они поймали такси и вернулись в гостиницу. Дежурный администратор заказал им два авиабилета до Даламана, а потом так же быстро сделал заказ на аренду автомобиля до нужного городка.

— Ну а теперь что будем делать, мистер Экскурсовод? — спросила Карина, когда все связанные с предстоящей поездкой дела были завершены.

Остин призадумался над ее вопросом.

— Полагаю, я должен предложить что-то необычное.

Они снова поймали такси и вернулись на место археологических раскопок, где Остин сразу же заявил Хэнли, что они с Кариной готовы выступить в качестве добровольных помощников. Тот дал им участок работы, заключавшейся в том, что они должны убирать липкую грязь с места нахождения артефактов. Остину показалось, что Карина вовсе не возражала против того, что нужно покопаться в грязи. Вскоре она была уже с ног до головы перемазана босфорским илом и прыгала от радости, как ребенок, когда археологи находили в земле очередную монету или осколок керамической посуды.

Они работали до позднего вечера, пока за ними не приехал фургон НАПИ и не отвез всех в гостиницу. Медленно передвигая ноги по сверкающему полу вестибюля, Остин и Карина были настолько утомлены непривычной работой, что не обратили никакого внимания на двух мужчин, сидевших в креслах и читавших журналы. Не видели они также и двух пар глаз, неотступно следивших за каждым их шагом, пока они шли к лифту.

Остин повернул руль взятого напрокат «рено» и съехал с широкого шоссе, проложенного вдоль Бирюзового побережья, на узкую проселочную дорогу, петляющую, как длинная змея. Несколько миль дорога извивалась мимо обработанных полей и сонных деревень. Объехав крутой поворот, они увидели вдали на вершине холма живописные руины.

Остин остановил машину возле нескольких приземистых сельских домиков. Эта деревня была уже давно заброшена, и сейчас государство устроило здесь место для туристических экскурсий. Сонный от безделья продавец билетов уже поджидал их, чтобы взять весьма скромную плату за посещение достопримечательности. Он показал рукой на близлежащую деревню, а сам поспешил к другой машине с двумя пассажирами, которая остановилась рядом с «рено».

Узкая тропинка для мулов спускалась вниз и проходила мимо старого ресторанчика на открытом воздухе, рядом с которым пристроился небольшой магазин сувениров и несколько мелких торговцев, предлагавших туристам свои примитивные поделки. Проехав несколько минут по пыльной дороге, Остин и Карина наконец-то увидели перед собой небольшой городок.

Сотни домиков без крыш и с облупленной штукатуркой на покосившихся стенах жарились на палящем солнце. Некоторые были заняты бродягами, развесившими на веревках кое-как постиранную одежду. Помимо них, единственным признаком жизни в этом забытом Богом месте был старый козел с дьявольской бородой, сосредоточенно жевавший траву на заброшенном огороде.

— Трудно поверить, что когда-то в этой деревне кипела жизнь, — задумчиво произнесла Карина. — Люди занимались любовью, женщины рожали детей, отцы воспитывали подростков, и все они отмечали религиозные праздники, дни рождения и печалились на похоронах родных и близких.

Остин вполуха слушал высокопарную речь Карины. В ста шагах от них на тропинке остановились двое молодых людей. Один из них стал зачем-то фотографировать старого невозмутимого козла, а второй делал вид, что рассматривает окрестности. Им было лет по двадцать, оба одеты в черные брюки и белые рубашки с короткими рукавами. Остин хорошо видел их сильные мускулистые руки и квадратные подбородки, лица скрывали от солнца широкие поля шляп и солнцезащитные очки.

А Карина тем временем бодро шагала по узкой тропинке. Когда Остин догнал ее, она уже направлялась к небольшой заброшенной церквушке, где под густым деревом сидел какой-то старик. Рядом с ним на руинах стены были разложены разукрашенные керамические кувшины, чаши и тарелки, составлявшие его нехитрый товар.

Остин поздоровался со стариком и спросил, не знает ли он Салима, друга Мехмета.

Старик грустно улыбнулся:

— Мехмет всегда покупать у меня товары для продажи на базаре.

— Да, мы знаем об этом, — добродушно улыбнулась Карина. — Это он рассказал нам, как отыскать вас в этой заброшенной деревне.

На самом деле Салим оказался вовсе не стариком, а мужчиной средних лет с гладким загорелым лицом, на котором, казалось, не было ни единой морщины. Как и многие его ровесники, постоянно проживающие в средиземноморских странах, Салим был чем-то похож на Пабло Пикассо. Его бритая голова была такой же загорелой, как и лицо, а умные, слегка ироничные глаза выдавали обычную для сельских жителей мудрость. Он махнул рукой в сторону своего нехитрого скарба.