Чтение онлайн

— Застрелился в своем кабинете.

— Тремя выстрелами в голову, я полагаю? — с подозрением спросил граф.

— Нет, сам. Когда понял, что игра проиграна.

— Жаль, — искренне сказал граф. — Я бы с ним побеседовал.

— Ну материала для беседы у нас полно, некоторых закрыли в подвале и по кабинетам под охраной.

— Хорошо. Господин генерал-майор, отдайте приказ. Штурмовым группам следовать за мной, огня не открывать.

— Есть, Ваше Превосходительство, — отозвался Сутомлин.

Драбицын влез на броню, и свесившись в открытый люк крикнул водителю:

— Поехали!

Эти триста метров до входа в здание были, наверное, самые трудные в его жизни — такого чувства незащищенности он давно не испытывал, но показать страх перед другими не мог. Несмотря на заверения Закревского, могли найтись любители пострелять — не всем граф нравился. Ну что же, а многим он теперь не понравится еще больше. Для некоторых оргвыводы закончатся у стенки.

— Предлагаем вам сдаться! — голос из динамика с мерзкими жестяными обертонами, отражаясь от бетонного забора, прогремел над округой, вспугнув всю пернатую живность.

Один из домов, одна из целей в большом списке Драбицына. Здесь засел Кудряшин, глава мелкого клана под Радзиловским. Только вот он решил просто так не сдаваться — по явившимся брать его оперативникам был открыт автоматический огонь на поражение, один из них был тяжело ранен. Ну оперативники тоже работали не без подстраховки — по большинству адресов оперативников поддерживали бойцы ДОН, а там, где оказывали ожесточенное сопротивление — и их бронетехника. Разобрать дом по кирпичу — ну КПВТ великолепно справляется, этот пулемет не зря иногда причисляют к автоматическим пушкам. Но вот только сейчас бронетехники не хватало, а засевшие в доме устроили перестрелку.

— Брать живыми не будем, они мне уже надоели, — капитан СБ, руководившей группой силовой поддержки, сплюнул грязную от пыли и дыма слюну. — Как смотрите на это?

Следователь в щегольской до этого повседневной форме с ранее белой, а теперь неопределенного цвета рубашкой, перепачканной грязью и пылью, поморщился.

— Ну если они не сдаются, то… — и он провел большим пальцем поперек горла.

— Значит, поддерживаете, — удовлетворенно сказал командир. Ему нравилось подобное решение. Обычно это было правилом, чтобы сберечь жизни силовиков, но в данном случае при задержании особо важных лиц…

— Да. Поддерживаю. Можете потом в отчете об операции сослаться на меня, подпишу.

— Горкин, скомандуй группе огневого прикрытия, пусть положат «Шмеля» им в окно.

— Есть, господин капитан! — и боец бегом, пригибаясь, бросился вдоль стены, непростреливаемой из особняка.

— Остальным укрыться! — крикнул капитан. — И вы тоже, господин капитан, не высовывайтесь.

Следователь только кивнул, укрывшись за стеной дома с противоположной стороны, исклеванной снаружи пулями.

— Бойся! — заорал кто-то снаружи, и следователь инстинктивно заткнул пальцами уши и приоткрыл рот.

Грохнуло так, что стена заходила ходуном, а остатки рамы с зубьями выбитых стекол влетели в комнату. Противоположная стена осветилась яркой вспышкой снаружи.

— Б..ь! — с чувством сказал следователь, вынув мизинцы из ушей.

— Ага, — усмехнулся командир. — Сколько не пользуемся, сам никак не привыкну. Зато вам теперь меньше работы.

— Если бы, — вздохнул капитан. — Вызывать экспертов-криминалистов, проводить следственные мероприятия… Но жахнуло хорошо.

Он выглянул в окно. Да, курившиеся дымом развалины, занявшиеся пожаром, с чудом уцелевшими кусками стены первого этажа наводили на философские мысли. Криминалисты теперь его проклянут, копаясь в угольках, пытаясь найти улики. Зато живы бойцы, а это главное.

Аресты и обыски шли по всей стране — сеть сообщников Радзиловского была довольно разветвленной, от крупных кланов до мелких, а зачастую и просто отдельных частников, выполнявших грязную работу. Самым трудным был штурм особняка Навронского, правой руки Радзиловского. Это была крепость, в которую стянулись остатки охраны еще двух крупных кланов — Арцыбашева и Карманова. Ну а учитывая паранойю Навронского, который построил себе почти что средневековый замок с тремя этажами и из камня, задача усложнялась вдвойне. Этим штурмом руководил сам Драбицын, используя возможность поквитаться с теми, кто посягнул когда-то на него.

— Тут надо устраивать полноценную войсковую операцию, — полковник Румянцев, отправленный в отставку прежним руководством командир группы «Хоругвь» и восстановленный Драбицыным, посмотрел на особняк, точнее замок, построенный далеко за окраиной, на фамильных землях Навронских, до которого была пара километров.

— То есть вы не беретесь за эту задачу? — спросил граф.

— Берусь, но предупреждаю сразу, потери будут колоссальными, а не мне вас учить, сколько стоит подготовка одного бойца «Хоругви» и какой штучный товар в группе. Это не война и мы не за линией фронта. Тем более в данном случае мы сможем быть только легкой пехотой, противник подготовлен к обороне.

— Вижу, — недовольно сказал Драбицын. К его сожалению, Румянцев был прав даже не на сто, на двести процентов. Им противостояло пара сотен боевиков клановых служб безопасности, вооруженные до зубов, с боевым опытом — а других в приличные кланы и не брали. Спецназ, СБ, морская пехота — все в наличии. Брать это в лобовую могли бы только армейцы, и то при поддержке танков и артиллерии, ну еще и авиации до кучи. Но вряд ли Его Величеству понравятся полноценные боевые действия недалеко от Петербурга.

Слишком большая зона отчуждения до особняка, и кроме того, в замке слишком много гражданских, которыми и прикрываются бунтовщики. Обслуга, подсобные рабочие, да даже и семьи непосредственных участников бунта.

— Высадка с воздуха?

— Отпадает. У них есть средства ПВО. Даже если сбросим десант с большой высоты вне зоны действия ПЗРК, то «сварка» легко загасит их в воздухе.

— Мне вообще интересно, на что они рассчитывают? — задумчиво сказал Драбицын. — Ну сдались бы, кого-то поставили к стенке, кому-то каторга, но половина точно в живых бы осталась. Они же не упертые религиозные фанатики, которые кроме своего бога ничего не признают, русские вроде бы люди.