Чтение онлайн

Старый поцарапанный «Форд» вызывал излишнее внимание, все-таки город тут приличный и на подобном авто ездят только бомжи да гопники, которых, правда, и тут хватало, как и в любом американском городе, где за блестящей хромом и сияющей неоном вывеской скрывалось то же самое, что и везде. У любого крупного города мира, как у потемкинской деревни — фасад красивый, а за ним старая ободранная халупа. Но когда Гэхэдж с Нэхуэлем проехали мимо полицейского, одарившего их настороженным взглядом из-под темных очков, стало немного неуютно. Все-таки их облик коренных американцев и старый рыдван выделялись на общем фоне, не дай боги, примут за мексов и тормознут? Ну а там возможны варианты, не исключено, что их права уже в базе, примут и при обыске найдут приметный ритуальный нож навахо, данный шаманом для убийства демона.

— Давай дуем в мотель, переждем до вечера. А там по темноте и прочешем город, — предложил Нэхуэль.

— Не пойдет, — сказал Гэхэдж. Он когда-то жил в городах и больше знал их порядки. — Вот тогда как раз на копов и напоремся, ночью машин меньше и патрульные тормозят чаще.

— Как тогда искать будем?

— Как-как… Как и собирались. Поездим по округу, опишем большой круг и запишем направление. Пеленг по нескольким точкам, — Гэхэдж любил смаковать новые слова, типа «пеленг», которые приятно ласкали слух.

— Ну поехали…

Работенка предстояла та еще, но инлейцы — люди упорные и сдаваться не собирались. Часов через шесть, останавливаясь через каждую сотню миль, они примерно вычислили искомое.

— Значит, здесь, — Нэхуэль провел карандашом очередную прямую на карте, расстеленной на раскаленном железе багажника.

— Пасадена, — подвел итог Гэхэдж. — Дуем туда. Вот как раз и будет тебе мотель, холодное пиво и пицца. А завтра уже покатаемся по Пасадене и будем искать самого демона.

Целый день меня не покидало чувство, что за мной кто-то наблюдает. Причем этот «кто-то» не из нашего мира физического. Паранойя? Как я уже говорил, у параноиков тоже есть враги. Вот это вот ощущение, возмущение астрала, как будто легкие прикосновения, словно крылья мотылька… Меня искали. Причем искали не те, кого я вчера упокоил, а новый, неизвестный враг. Почему враг? Да потому что друзей у меня здесь нет, а поиск через тонкие нити мироздания ничем хорошим не заканчивается. Но со мной происходило еще что-то очень странное, что трудно выразить — почувствовав эти прикосновения во мне зашевелилось что-то темное, словно бы зарычал зверь, почуяв древнего врага. Все-таки разрушение Пожирателя Душ не прошло для меня бесследно, что-то во мне изменилось.

Вчера все прошло очень даже неплохо. Я тихонько подогнал машины к дому, открыл крышки бензобаков и сунул в них обрывки простыни — как раз, когда хорошо заполыхает, огонь доберется и до них. Слишком много улик оставалось в машинах, все не вычистишь. Только огонь. Ну и само собой надо вовремя унести ноги — а вот это только на велике.

Это только в фильмах герой, красуясь, бросает в лужу горючего зажигалку «Зиппо», и неторопливо уходит на фоне разгорающегося пламени. Но это в фильмах, а мне придется в жизни, и не факт, что не рванут пары бензина, скопившиеся в комнате. Поэтому пришлось открыть двери настежь и налить бензиновую дорожку до дороги. Ну и само собой молиться, чтобы успеть отъехать до того, как это все заполыхает.

Успел. Я уже скрывался в проулке, когда услышал за спиной хлопок, и отблеск вспышки — дом занялся пламенем. Ну а теперь, как говорил Фоменко, крути педали, пока не дали!

Проехав пару кварталов, я услышал два гулких взрыва — ну это явно рванули машины. А вот теперь надо ехать в мотель, и забыть о появлении в доме, наверняка Паркер знает мой адрес. И скоро меня найдет тот, кто меня ищет — при всем желании незаметным мне не стать.

Кабинет графа Драбицына в доме стал похож на штабную комнату какого-нибудь генштаба — всюду разложены документы, начерчены диаграммы, на досках, приколотые булавками с цветной головкой появлялись фотографии фигурантов, между которыми были натянуты цветные нити. И никаких электронных приборов, ни компьютеров, ни даже часов. То, что приходило на электронных носителях, граф обрабатывал в подвале, под защитой металлического короба своей оружейной, откуда утечка была исключена, и на компьютере, который не был никуда подключен. Про ПЭМИ, и как с помощью него получить информацию, граф знал все.

К сожалению, домашних — жену и дочь — никуда не денешь, они должны быть неотступно при нем, только он лично мог их защитить… или помочь уйти быстро, не попав в руки врага. Противостояние с самым большим мафиозным конгломератом кланов было игрой на грани, и его перевес в том, что пока об этом никто, ну или почти никто, не знал.

Граф воткнул новую булавку и перевесил на нее цветную нить. Сперва займемся слежкой за фигурантами среднего звена — от нижестоящих исполнителей не зависит ничего, а к вышестоящим пока не подобраться. И тут все будет зависеть от кланов — как в плане информации, так и в плане исполнителей. Когда ты оторван от привычных возможностей Службы Безопасности, это все равно что быть паралитиком, чье тело не слушается, да и не может слушаться мозга, что бы он там ему не приказывал сделать, даже пошевелиться, не говоря о прочих вещах. Но теперь он выращивает другое тело — кланы Голицыных, Воронцовых, волхвы. И это тело будет не менее мощным прежнего, утраченного. И что оно точно будет, граф знал. Сейчас он — мозг, а остальные — его добровольные партнеры. И их возможности превышают таковые у тех, кто сейчас подгреб под себя СБ и двор. Но они пока об этом не знают…

Паркер ходил взад-вперед по комнате, думая, что делать. Все пошло совсем не так, как он планировал — да что там, вообще кувырком!

Первые новости он узнал непосредственно с сайта «Лос-Анджелес таймс», в колонке криминальной хроники. «Жестокое убийство в пригороде — шестеро найдены мертвыми». В другое время он пропустил бы этот блок, но сейчас… Фотография сгоревшего дома, черного остова машины и коронера, взявшегося за ручки каталки с закрытым черным мешком на ней. Паркер тапнул по тачпаду, наведя на новость.

«Шестеро афроамериканцев найдены с признаками насильственной смерти в заброшенном доме на окраине Пасадены. По источникам в ЛАПД, все они принадлежали к банде Большого Дадди, предположительно занимавшегося наркоторговлей и уличной проституцией. По собственной информации нашего корреспондента, не подтвержденного департаментом полиции, среди жертв был и сам главарь банды».

Прочитав это, Паркер вздрогнул, как от удара. Что же случилось и где пошло не так? Он отправил их взять курьера, выпотрошить его на предмет контактов с таинственным учредителем, а вместо результата получил симпатичные фотографии с места преступления? Надо будет выяснить подробнее. Паркер снял трубку телефона с базы, и набрал номер одного из многочисленных друзей, точнее, информаторов из полиции, которые не задавали много вопросов при соответствующей сумме в конверте — легальная зарплата полицейского жалкая, еле можно свести концы с концами. Вот и подрабатывают, кто как может, если конечно не идейные — да и кто там идейным-то после пары лет службы будет? Жизнь быстро расставляет все по своим местам — кто-то подрабатывает в охране сомнительного клуба, кто-то шакалит на проститутках и пушерах, а кто-то и более серьезными вещами занимается, от сокрытия улик до устранения конкурентов. Никто не может сказать, где кончается криминал и начинается полиция по известному выражению одного из классиков, это две стороны одной медали. Или скорее всего, даже одна. А историю о честных и безупречных копах, не берущих взятки и героически стоящих на страже закона оставим киношникам, вон, недалеко отсюда на холмах даже буковки выложены. Там эту пропагандистскую хрень с капитанами Америка и снимают.

— Ортега, — отозвалась трубка.

— Луис? Надо встретиться?

— Хорошо. Где и когда?

— Сегодня, где обычно, — «где обычно» — это тихое место на задах одного из кварталов. — Когда — сам выбирай.

— В два пополудни, — и трубка замолкла.

Луис Ортега был его контактом в полиции Лос-Анджелеса, сержант из отдела убийств. Должность по довольно приличная, свой кабинет, подчиненные детективы, которых тот подобрал сам. И естественно, не только по профессиональным качествам девиза «служить и защищать». То есть это они и делали, но параллельно не забывали служить себе и шефу, и так же защищали свои владения и задницы. И решали проблемы, в том числе и за деньги. Только вот обходилось это решение дороговато, аппетит у копов приходит во время еды. Зато и возможностей было больше — кто лучше решает проблему, коп с пушкой, значком и полицейским братством за спиной или мелкая шушера с улиц?