Чтение онлайн

– У меня большие подозрения, что за все эти подарки отрабатывать придется только так, – скривился Таймыров. – И как именно мы не узнаем, пока не вернется Шмелев. А технологии можно далеку не все и сразу пускать в обиход, а постепенно, взвешенно.

– А что ты думаешь по поводу того, что он побратался с новым экларом Дха-Вертонх? – поинтересовался Томилин.

– Отличный выход! Мальчишка словно знал, что его ждет.

– Не мог, – возразил глава КВИБ-1. – Часто возмущался еще, зачем его учат всякой чуши типа дворцового этикета. Мысли у него, конечно, могли появиться разные, но подтверждения им не было.

– Надеюсь, – пробурчал Таймыров. – Я, если честно, потому и не хочу, чтобы двенадцатый был выбран, что он явно догадался – из анализа его поведения это аналитики вычленили четко. И мне это поведение не нравится, придется парня жестко обламывать, иначе может быть потерян – слишком самолюбив, а иногда и спесив. Мозги великолепные, но может легко переродиться в законченную сволочь.

– Постараемся не допустить, тем более, что и я вижу твою правоту, – кивнул Томилин. – Но сейчас это уже не столько актуально, я поддерживаю кандидатуру седьмого. И…

Его прервал мягкий гул, и часть стены осветилась мягким светом, из которого вышел академик Шпагин в сопровождении директора экономического департамента Империи, Павла Романовича Иванова, пожилого человека благообразной наружности.

– Ага, Имперский Совет скоро соберется в полном составе, – заметил глава КВИБ-2. – Кого еще нет?

Ответить ему не успели, поскольку появилось еще два человека, не занимающих никаких официальных постов, но имеющих огромное влияние на внутреннюю и внешнюю политику страны. Идеологи, мастера информационной войны.

Последним прибыл адмирал Ерошин. Старик держался за бок и явно с трудом сдерживал стон, но терпел боль, считая себя не вправе показывать слабость кому бы то ни было. Остальные встревоженно переглянулись и подумали, что надо бы предупредить врачей – пусть будут наготове.

– Собольцева не будет, – предупредил Ерошин. – У него ЧП, взрыв на орудийном заводе на Европе [14] , просто не успеет сюда.

Опустившись в кресло и немного отдышавшись, он прокряхтел:

– Простите, други мои, но сил у меня больше нет. Пора вводить в совет на полных правах Романцева, он потянет. Мне уже девяносто восемь стукнуло, да и болячка жизни не дает.

– Шмелев привез какие-то новые медицинские технологии, – вспомнил Таймыров. – Может…

– Не может! – оборвал его старик. – Вам они еще помогут, а мне – поздно. Печенкой чую, счет не дни, а на часы пошел. Так что заранее попрощаться хочу. Пришел только чтобы голос за этого чудесного мальчишку отдать. Лучшего нам не найти.

– Да с этим никто и не спорит, – улыбнулся Томилин.

– Тогда голосуем, – выпрямился Ерошин. – Кто за кандидатуру Шмелева Михаила Ивановича?

Одна за другой руки начали подниматься.

– Единогласно, – удовлетворенно констатировал старик. – Искин, ты фиксируешь происходящее?

– Да, – раздался в ответ безличный голос.

– Прошу занести в главный имперский реестр результаты этого голосования и произвести необходимые изменения во всех остальных государственных реестрах. Подтверждаю решение своим генетическим кодом.

На столе перед Ерошиным открылось небольшое отверстие, в глубине которого поблескивала небольшая игла. Он сунул в это отверстие палец, оставил там каплю крови и требовательным взглядом уставился на остальных. Они переглянулись, а затем по очереди сделали то же самое.

– Единогласным решением присутствующих на заседании Малого Государственного Совета Российской Империи курсант военно-политической Академии Михаил Иванович Шмелев, личный номер Р32354-987, внесен в особый список под номером один. Со всеми полагающимися по статусу правами и обязанностями.

– Ну вот, главное дело сделано, – широко улыбнулся Ерошин, расслабляясь. – Каж… – он захрипел и задергался. – В-в-в…

– Охрана! – заорал вскочивший на ноги Таймыров. – Врача сюда! Срочно!!!

Доктора появились меньше, чем через минуту, но было уже поздно – адмирал флота Ерошин Виктор Михайлович девяносто восьми лет отроду, четырежды герой России, умер, до конца выполнив свой долг. На губах мертвого человека так навсегда и застыла широкая, радостная улыбка.

– Светлая память! – Томилин, поскольку сегодня собрались в его кабинете, на правах хозяина достал стаканы и разлил в них понемногу водки, бутылку которой на всякий случай хранил в сейфе, по другим поводам он не пил. Да и все они не пили, не до того было. Один стакан директор КВИБ-1 накрыл принесенным секретарем куском хлеба.

Все выпили и несколько минут молча стояли, вспоминая старого адмирала. До конца оставался на своем посту, каждый их этих людей хотел бы встретить свою смерть так же.

– Итак, у нас образовалась вакансия, – произнес Таймыров, когда все снова сели. – Поддерживаю предложение покойного и предлагаю ввести в Малый Имперский Совет Анатолия Николаевича Романцева.

– А его семейные проблемы? – слегка приподнял брови Шпагин.

– Он с ними разобрался. Сына против воли того отправил в армию, на пять лет в одно из самых сильных боевых подразделений, предупредив командование части и даже сержантов, чтобы спуску парню не давали. Оттуда или выйдет человеком, или не выйдет вообще. С женой разводится – она находится под влиянием западников, это уже подтверждено, документально поэтому по окончании процедуры развода предлагаю депортировать ее – пусть вдоволь наестся западных «свобод».

Все переглянулись и молча кивнули – лучше выхода не придумаешь.

– Кто за кандидатуру Романцева?

Один за другим члены Совета подняли руки. Процедура подтверждения прошла, как и в прошлый раз.

– Какие еще важные вопросы требуется решить? – поинтересовался Шпагин.

– Пока никаких, – ответил Томилин. – Нужно ждать прибытия Шмелева с флотом, он обещал перенести его к Земле.

Все бросили взгляд на информационный голоэкран, на который выводилась текущая обстановка в окрестностях планеты. Пока ничего нового не произошло. Только со станция наблюдений за пространством с границ Солнечной системы сообщали о каких-то необычных завихрениях в гиперпространстве и предупреждали о возможной гипербуре. Такого бедствия не случалось давно – все попавшие в бурю корабли просто исчезали, не выходили в реальное пространство.