Чтение онлайн

«Винтовки! Идиот, как ты мог о них забыть!» — негодующе завопил внутренний голос. Я не забывал о винтовках, ещё вчера резиденцию Патриарха обыскали. Его слуги заявили, что давно не видели стреляющего оружия. На том вопрос про винтовки заглох, мы с американцем сошлись во мнении, что патронов у врага, скорее всего, просто не осталось.

После первых двух выстрелов с малым интервалом прозвучало еще три: два промаха, третий — в цель.

— Ложись! — громко скомандовал, подавая личный пример.

Дистанция в сто пятьдесят метров для винтовки Мосина — пустяк, хороший стрелок попадает в цель на расстоянии до полукилометра. Следующий выстрел высек искру из лежащего рядом булыжника: невидимый стрелок явно опознал меня, выбрав в качестве цели из нескольких сотен осаждающих. Удары тарана в ворота доносились без остановки: выстрелы не способны остановить Богдана, если не попадут в него самого. Не дожидаясь следующего выстрела, начал отползать назад, надеясь укрыться за углом ближайшего дома.

Следующие два выстрела были не в мою сторону: вскрикнул воин в двадцати метрах от меня. Я уже успел отползти метров на тридцать, когда очередная пуля даже запорошила мне глаза каменной сечкой. В этот раз стрелявший промахнулся не больше чем на пятнадцать сантиметров. Вскочив, рванул за угол, надеясь укрыться, прежде чем стрелок перезарядится или успеет прицелиться. Звук пулеметной очереди перекрыл все голоса и шумы: Тиландер лежа выпустил очередь в сторону дворца. Поймав мой взгляд, американец показал жест со сжатым кулаком и большим пальцем вверх.

Прозвучало ещё пара выстрелов, через минутку — ещё два. Точно! Судя по звуку выстрелов и очередности стрельбы, осталось два стрелка, а раньше их было трое. Тиландер, припав к пулемету, целился очень долго. На несколько секунд повисла тишина, среди которой отчетливо слышался треск ломающихся ворот. Вражеский стрелок не выдержал: я увидел, как, высунувшись из арочного окна верхнего этажа, мужчина целится в сторону ворот. Короткая очередь из пулемета, и тело стрелка полетело вниз. Минус ещё один.

Дальше ждать нельзя — выскочив из-за угла, скомандовал, сам устремляясь в сторону дворца:

— Русы, в атаку!

Штурмовые отряды, хватая лестницы, рванулись в сторону стен. У самих ворот завязался бой: судя по всему, Богдану там противостоял внушительный отряд. Рядом со мной бежал Баск, три брата Лутовых и Урр. Я скорректировал курс, направляясь к воротам, где Богдану требовалась помощь.

Первым стены достиг отряд Мала. Приставив лестницу, сын полез наверх с ловкостью обезьяны. Любой отец гордится успехами сына, но Мал с его вспыльчивостью заставлял меня больше нервничать.

Описать всю схватку невозможно: оскаленные лица, фонтаны крови, стоны и крики. Я проморгал удар мечом по голове — не будь шлема, не дышать бы мне дальше. Удар был сильный, на мгновение земля поплыла под ногами. Но Урр перехватил меня за пояс, не давая упасть. К воротам подоспели ещё Русы, и отряд «христоверов», теснимый превосходящими силами, отступил к самому дворцу. Повсюду, куда попадал мой взгляд, шла битва — две стены уже были под контролем Русов, третью и четвертую я не видел из-за дворца.

Исход битвы был предрешен, когда мы решили атаковать: число вражеских воинов едва достигало сотни. Не помогло им и то, что двери дворца забаррикадировали: Богдан и его группа, принеся таран, разбили и их. Меня немного мутило, дважды я едва не упал — удар по голове, даже защищенной шлемом, давал о себе знать.

— Отец, что с тобой? — услышал я голос Урра, когда оперся рукой о ступеньку дворца, не в силах стоять на ногах.

Сильные руки парня бережно взвалили меня на плечо, вынося из пекла боя. Я хотел потребовать, чтобы меня вернули обратно, но язык не слушался, а на глаза навалилась такая тяжесть, что веки сомкнулись.

Очнулся от того, что кто-то протирал мне лицо влажной тряпкой — Урр, по лицу парня пробежала слезинка. Увидев, что я открыл глаза, сын улыбнулся, обнажив ровные ряды белоснежных зубов. Чуть поодаль стояли все четыре брата Лутовы, нервно расхаживал Тиландер, а Лайтфут держал в руках вражескую винтовку. Мы находились в большом здании, свет шел от множества факелов, воткнутых в металлические держатели по стенам слева и справа.

— Где мы? — услышав мой голос, Тиландер присел рядом.

Взял меня за руку:

— Ты испугал нас, Макс. Мы во дворце, — в твоем дворце.

— А враг?

— Двадцать девять пленных, включая женщин и детей, остальные мертвы, никто не ушел. У нас тоже немало убитых, мы потеряли двадцать семь человек, раненых вдвое больше.

Увидев, как я сморщился при упоминании числа потерь, американец поспешил добавить:

— У них убитых восемьдесят восемь, не считая тех десяти, убитых ночью при попытке бегства.

— Хорошо, Урр! Дай мне воды… Где Мал, с ним всё в порядке?

— Ранен в руку, царапина, я отправил его отдохнуть, — поспешно встрял в разговор Тиландер, — пожалуй, даже слишком поспешно.

— Герман, скажи правду! — потребовал я холодным голосом.

— Рана серьезная, ему разрубили предплечье почти до кости, — сокрушенно признался американец, — он не знает страха, лезет впереди всех.

— Как, его мать?.. — вырвалось у меня. — Где он, я хочу осмотреть его рану. Да не надо меня держать, я в порядке.

Отбросив руки Тиландера и Урра, потребовал: