Шрифт:
СЕРГЕЙ МИХАЙЛОВ
НАРКОДРЯНЬ
(Серия "Спецназ")
Часть 1
СОР В ИЗБЕ
1
Сергей Надеждин лихо взлетел пролетами нового здания МВД на шестой этаж и здесь притормозил. Лифт в свои неполные тридцать два Сергей считал непростительным излишеством. В гулком длинном коридоре отдела по борьбе с наркотиками он снова набрал спринтерскую скорость и держал ее до двери с табличкой "Дежурный инспектор". Здесь Надеждин перевел дух и, тихонько потянув дверь на себя, сунул голову в образовавшуюся щель.
В кабинете незримо витал "тихий ангел". Прямо посреди комнаты, в глубоком покойном кресле, сладко посапывал круглоголовый толстяк, пышные щеки которого навевали аппетитные мысли о праздничном пироге. Прямо перед его носом на письменном столе мирно отсвечивал зелеными цифрами монитор новенькой "айбиэмки". Наглухо зашторенные окна надежно отгородили комнату от посторонних шумов и утреннего света. Телефоны благосклонно молчали, тишину нарушали лишь нежный храп толстяка-инспектора да тиканье невидимых часов.
Сергей на цыпочках прокрался в комнату и примостился на краешке стола. Минуту он с завистью созерцал умиротворенную физиономию спящего, наконец это занятие ему наскучило. Надеждин тихонько прокашлялся.
Толстяк с наслаждением потянулся во сне, с трудом размежил веки и недоуменно уставился на Сергея. Затем испуганно ахнул и сунул под нос руку с часами.
– Ничего себе, - недоверчиво констатировал, обнаружив часовую стрелку на цифре "семь".
– Как это я проспал, а?
– Ты меня спрашиваешь?
– хмыкнул тот.
– Может, это я должен тебя спросить?
В ответ толстяк только широко осклабился.
– Он еще и лыбится, - возмутился Надеждин, но сам не удержался и улыбнулся в ответ. Потом, вспомнив свое еще непривычное положение начальства, стер улыбку и деловито осведомился: - Что-нибудь интересное есть?
– Да так... ерунда, - пренебрежительно отмахнулся толстяк, - на улице Горького пришили мелкого торгаша, в четвертом райотделе изъяли у б...и сорок ампул морфина. Одно самоубийство - ширнул лишнего и сам себе вены перегрыз, прямо зубами. Драка между мореманами в порту - тоже половина уколотые. Сводка и протоколы у тебя на столе. Хотя... есть одно стоящее наблюдение.
– Ну?
– насторожился Надеждин.
– Валера Меченый снова на пароме в Сочи мотался, с тачкой.
– Ого!
– удивленно взметнул брови Сергей.
– Это уже третий раз за месяц. И что, опять пустой?
– Абсолютно.
– Уверен?
– Шеф...
– обиженно протянул толстяк.
– Я связался с ребятами в Сочи. Мы ж сколько раз друг друга выручали. Гена Забелин лично занимался. На таможне облизали тачку Меченого от бампера до бампера. И потом, не та Меченый фигура, чтобы лично пачкаться.
– Может, он сопровождал кого?
Инспектор отрицательно махнул головой:
– Не... Я думаю так: кажется, Валерчик хочет нас приучить к этим своим круизам в Сочи. Там гудит вовсю: девочки, кабаки, казино... Ха! У нас в Южанске, конечно, таких развлечений не найдешь. Он ни с кем из крутых не встречается. Вот я, мол, какой паинька. Но на кой фиг это ему надо - я пока не знаю.
– Ладно, - хлопнул себя по коленке Надеждин.
– Мотай к своей Светке на заслуженный отдых. До завтра свободен.
– О'кей!
– встрепенулся толстяк и выпрыгнул из кресла с неожиданной для его комплекции прытью. Небрежно сунул кобуру с табельным "макаровым" прямо в карман мятого пиджака и вразвалочку направился к двери, но, уже взявшись за ручку, обернулся и лукаво прищурился:
– А шо, Сержик, у тебя, кажется, сегодня серьезное рандеву с шефом?
– И откуда вы, сукины дети, все узнаете?
– всплеснул руками Сергей.
– Ша - работа такая, - хмыкнул инспектор.
– Да, понимаешь...
– замялся Надеждин, - Фомич вдруг затребовал отчет за полугодие. Неофициальный, так сказать.
– Рановато... Ну и?..
– Придется кое-что показать.
– Тогда желаю удачи, - толстяк на прощание махнул пухлой ручкой и исчез.
В кабинете начальника городского Управления внутренних дел Александра Фомича Горского Надеждин нарисовался ровно в девять ноль-ноль: пунктуальность в подчиненных генерал-майор Горский ценил превыше всего. Под мышкой Сергей держал скромную красную папочку. В ней всего шесть листов с машинописным текстом - весь полугодовой итог работы. Впрочем, с точки зрения профессионала, работы дельной. Только скупые факты, десятка два фамилий, адреса, даты - ничего лишнего и никакой беллетристики.
Правда, имелись в отчете и свои уязвимые места, и Надеждин не сомневался: Горский, съевший все свои тридцать два зуба на подобных документах, тотчас их вычислит.
– Садись, - буркнул генерал в ответ на бодрое приветствие Надеждина и тотчас углубился в текст отчета.
Феноменальная способность шефа мгновенно выкачивать из документа самое главное давно была известна в Управлении. Впрочем, милицейскими генералами люди без особых протекций, родственных связей или уж чрезвычайного везения становились редко. Требовалась большая одаренность, сыщицкий, организационный, а в некоторые поры нашей малопредсказуемой истории - и политический талант. Далеко не все у нас определялось Уголовным кодексом, и хотя процентов девяносто, если не больше, правонарушений "проводились" от начала до конца, от звонка по "02" до лагерных нар, вполне в рамках писаных законов, на карьеру по-настоящему влияли именно остальные проценты.
Большое требовалось чутье и мастерство, но времена меняются, а базовые профессиональные способности, как правило, не девальвируются.
Сергей никогда не мог удержаться от легкой зависти, когда сталкивался с аналитическим даром шефа. Вот и теперь: на ознакомление с отчетом начальника отдела по борьбе с наркотиками у Горского ушло три минуты, не больше. Закончив, небрежно сунул папку в ящик стола и повернулс к Надеждину:
– Ну что, неплохая работа, Сергей, очень неплохая, а только знаешь, какие мысли у меня возникли?