Чтение онлайн

— И я не стану! Мы солдаты и у нас должны быть силы для битвы. Ведь город придется брать штурмом. Их колесничие на стены не въедут. Вот так.

— А говорят там добра сколько угодно!

Разговор перекинулся на извечную тему грабежа.

— Да, в Фивах всего в достатке и девки какие! Пальчики оближешь! Я там бывал и все видел!

— Чего ты мог видеть? Снова врешь!

— Я вру?! Да путь твой поганый язык распухнет в гортани, за такие слова. Я служил в нубийском корпусе три года назад и у тамошнего гиксовского наместника. И мы на кораблях проплавали через Фивы. Я тогда целый день бродил по городу и его базарам. А в порту я был у местных шлюх, и говорю вам, я бы от пары таких рабынь бы не отказался. Что они не вытворяют с тобой и берут не дорого.

— Ты же женат и уже не молод, а все на шлюх смотришь. Смотри мясо сгорит.

Воина захохотали. Тот, к которому они обращались, стал чавкать, поедая горелый шашлык, а затем, прожевав, ответил:

— И что с того? Я и молодому не уступлю в этом деле. Хорошие девки горячат кровь настоящему воину. Тебе этого не понять, ибо ты молод и не разу не сражался по настоящему. А ещё собрался грабить Фивы.

— Мы все станем их грабить! — поддержали его другие.

— Ты сперва на стены взойди и ворвись в город, грабитель! Если не знаешь, что такое брать крепости, то и молчи.

— Да никто её не станет штурмом брать, успокойся. Город окружат и наш командующий Нубти-Сет станет жать, когда город не сдаться сам.

— И долго же ему придется жать, — захохотал старый воин. — Такая крепость, как Фивы продержится не менее года, а то и поболее…

Больше Яхотеп слушать не стал. Эти ничего нового ему не скажут. Он узнал все, что ему было нужно. Носильщики недовольны и потихоньку разбегаются.

Он вернулся в деревню и проник в домик где они с Атлой расположились. Девушка спала, раскинувшись на ложе, и он осторожно тронул её за плечо рукой:

— Атла, ты слышишь меня, Атла?

Девушка открыла глаза и увидела в полумраке лицо Яхотепа.

— Что? — спросила он. — Что-то случилось?

— Случилось. Большой отряд ливийских наемников стоит лагерем недалеко отсюда. Здесь не менее двух тысяч воинов. Хотя вооружение у них и устаревшее, но по ним видно, что это ветераны испытанные не в одном сражении.

— Ну и что? Для этого ты меня разбудил? Я и так знаю, что у них в армии много ветеранов. Чего ты всполошился?

— У меня возник план как их задержать.

— Задержать? Две тысячи наемников? Ты в своем уме, Яхотеп?

— В своем. С ними идут слуги, и рабы носильщики что тащат тяжелую поклажу. Там запасы пищи, и различное военное снаряжение. Я придумал, как нам разогнать их.

— О, боги! Ты точно спятил.

— Да погоди. Выслушай сначала. Я слышал, как носильщики возмущались тем, что им не дают отдыха. Они уже готовы дезертировать, если только нам с тобой подбросить им такую идею.

— И что это даст?

— Ты разве не понимаешь? Это задержит пехоту и к сражению они не успеют. Что толку от нашей с тобой миссии, если мы не принесем пользы Фивам? Сведения, конечно, также кое-чего стоят, но реальная помощь армии многократно больше.

— И что ты хочешь? — она подползла к нему.

— Я принес вот эти тряпки, что носят рабы. Мы наденем их и присоединимся к носильщикам. Сейчас они сидят и жарят мясо на кострах вон там. Предложим им выпить, благо купец, не поскупился на пиво и сделаем свое дело.

— Но если на нас обратят внимание часовые?

— Там такое столпотворение, что никто ничего не разберет. Но сам я не справлюсь, мне нужна твоя помощь.

— Идем, — она с отвращением протянула руку к мерзким и дурно пахнущим одеждам рабов…

Среди носильщиков были люди различных племен, и все они страшно устали. За последние пять дней им досталось.

— Вчера двое сбежало, — проговорил один из них. — И их никто не поймал.

— Пока не поймали, — возразил кто-то. — А если поймают, то им не позавидует никто. Помнишь того, кто сбежал в самом начале похода?

— Что ты вспоминаешь? Тогда все только начиналось. А теперь войска идут все быстрее и быстрее и ловить беглых им некогда.

— А за нами идут корпуса гиксов. И если мы попадемся им, то наша долю будет еще незавидней. Эти церемониться не станут и казнят так, что…

— Если так дрожать, то подохнешь под ношей и тебя выбросят как падаль шакалам и крокодилам. Нужно уходить. Сейчас это можно.

— Уходить?

— Но как?

— Тихо! Вдруг солдаты услышат.

— Они далеко. Караулят только по черте нашего лагеря.

— И как пройти сквозь эти караулы? Кто нам скажет?

— Я! — к носильщикам вышел Яхотеп.

Те при виде незнакомого человека вздрогнули. Послышались голоса:

— Кто это?

— Шпион!

— Он подослан следить за нами!

— Да, тихо вы. Скажи нам молодой человек, кто ты такой? — спросил пожилой раб.

— Я такой же как и вы носильщик, но из другого отряда. И могу вам показать как отсюда уйти так, что вас никакой солдат не заметит.

— Вот как? Но откуда тебе это известно?

— И зачем тебе спасть нас? Бежал бы сам.

— Он точно подослан.

— Да замолчите вы. Снова заголосили. Дайте человеку сказать. Может из этого что-нибудь и выйдет. Пусть говорит.

Яхотеп продолжил:

— Я нуждаюсь в вас. Там у реки стоят два корабля, и мы можем их угнать и пройти к Южным городам свободным от власти гиксов.

— И что нас ждет там? — спросил кто-то.

— Свобода, — ответил кто-то. — И жизнь. А это совсем не мало.