Чтение онлайн

— Нет, Ваджед, в твои таланты я верю, но что будет, если Секененра не выставить свою армию за ворота города? Да и тысячи колесниц для боя с ними будет мало. Нужна армия поболее для такого дальнего похода.

— Значит, ты не доверишь мне армию, государь?

— Сначала скажи, что будет, если ты столкнешься со стенами города, Ваджед? Ты разве умеешь брать штурмом города? На колесницах крепости не будет, а Фивы крепость. Мы гиксы не умеем брать крепости и в этом наш большой недостаток. Жаль, что не все мои военачальники это понимают.

— Государь…, — попробовал возразить Ваджед, но царь оборвал его.

— Хватит. Останови колесницу. Я желаю пересесть в носилки и удалиться обратно во дворец. Устал от этого военного смотра. Старость догнала меня, князь.

— Нет, государь, ты еще крепок и принесешь немало пользы нашему народу.

— Ты пойдешь со мной. Нужно написать письмо князю Секененра. И я желаю, чтобы ты исполнял обязанности моего писца.

— Как велишь, так и будет, государь, — Ваджед остановил колесницу и к ним тут же подбежал десяток слуг.

Царю помогли сойти с повозки.

— Дать армии три дня отдыха! — провозгласил Апопи. — Три дня никаких учений! И все эти три дня угощать моих солдат вином из царских погребов! Это моя воля!

Военачальники и вельможи склонили головы в знак покорности, хотя царский виночерпий остался явно недоволен такой щедростью царя, и в уме стал подсчитывать, во сколько это обойдется государственной казне.

— Ваджед, ты сядешь вместе со мной в мои носилки, — приказал царь. — Мне нужно с тобой поговорить.

Уже в носилках, когда восемь дюжих рабов подняли их, Апопи обратился к Ваджеду:

— В стенах дворца стало невозможно разговаривать, друг мой. Жрецы узнают обо всем, что я говорю.

— Но жрецы Сутеха и других богов нам не враги, государь. Они твои верные слуги.

— Да, Ваджед, но они жаждут войны, которой я бы не хотел допустить. Вот я и не желаю делиться с ними своими мыслями. Они не желают меня понимать, хотя я сейчас единственный здравомыслящей человек во всей этой стране.

— Единственный? А меня ты таковым не считаешь, государь?

— Ты обманут и сбит с толку жрецами, как и многие другие, друг мой…

На корабле финикийского купца. Из Южного Египта в Северный

На корабле финикийского купца Яхотеп переговорил в Дагоном о порченном ему деле. Купец был явно не в восторге от задания князя Секененра, и его наследника принца Яхотепа, но ослушаться не посмел.

— Тебе не стоит сходить с корабля слишком часто, юноша. Мало ли что и вдруг тебя сумеют опознать.

— Не столь я знаменитая личность в Дельте, почтенный купец. А сходить с корабля я стану в каждом городе, ибо мне даны поручения не исполнить которые я не могу.

— Но зачем тебе сходить? Этим ты поставишь под удар меня и мой корабль! Я сам стану тебе все сообщать.

— Почтенный купец, ты не воин.

— Юноша, хоть я и не воин, но прожил гораздо больше, чем ты и многое знаю. И не стоит тебе заноситься предо мной! — гневно ответил купец. — Сам-то ты дано стал воином? Или у тебя за спиной десяток сражений?

Яхотеп потупил голову. Купец был прав.

— Но не стоит тебе обижаться, юноша, — Дагона подкупила покорность Яхотепа. — Я не желал тебя обидеть. И я хочу тебе только добра. А сейчас иди в свою каюту и сиди там. Тебя никто не должен видеть. Чем меньше слуг о тебе знают, тем лучше.

— Но я не могу все время сидеть взаперти, Дагон.

— Я не говорю все время, юноша. Но пока стоит ничем не выдавать себя.

Яхотеп удалился к себе. А Дагон стал думать.

Ранее он часто выполнял поручения фиванского князя. И вот недавно его агенты доставили большой табун лошадей в Фивы. И купец заработал на этом деле столь много, что в следующем году у него уже будет не один, а три корабля. И он построит в родном Тире вместо старого дома новый. Да и стоит завести постоянную торговую точку в Фивах. Оттуда открывается прямой путь в Нубию. А если наладить поставки черного дерева, страусовых перьев и золота, слоновой кости через Фивы в Саис, а оттуда в города Финикии и на Крит, то все пойдет через его руки.

Нет. Не стоит портить отношения с фиванским повелителем. Но и с гисксами связываться опасно. Они не мешают ему в торговле, и ему нет дела до амбиций князя из Фив, что желает самостоятельности. Но политику в торговле стоит учитывать. Только тот купец будет всегда с прибылью, кто знает, чего хочет каждый правитель.

Главное чтобы этот мальчишка Яхотеп не попался в руки гиксов, а то князь подумает, что это он, Дагон, его выдал. Стоит беречь юношу как зеницу ока. А он стал врагом самого Якубхера. Этот гикс конечно не в большой милости при дворе в Аваре, но человек все равно влиятельный. К тому же боевой товарищ и друг самого князя Нубти-Сета.

"И это я привел его в Фивы! — ругал себя Дагон. — Конечно, меня за это поблагодарили в Фивах и дали продать все, что я привез по самой выгодной цене. Княжеский наследник Камос меня наградил и назвал своим другом. Но что будет, если об этом узнают гиксы? Хотя откуда им узнать? Мой разговор с принцем был тайным. И все эта девчонка Атла! Что за характер. Своевольна и чрезмерно горда. Такая же как и её покойная мать".

Но кто пойдет вместо Яхотепа в города, в которые ему повелел зайти Секененра? Кому можно довериться на корабле из слуг? Никому. Разве такое можно доверить постороннему? А вдруг кто-то предаст? Нет. Только его дочь Атла может помочь. Тем более что из-за неё это все заварилось. Пусть помогает. И об этом же просил меня и принц. Девчонка всем нравиться.