Чтение онлайн

– Комнаты дежурных рядом, – вполголоса произнес генерал.

Я с любопытством взглянул на него. Впервые за все время, что я знал Командора, он сознательно приглушал голос.

Мы приблизились к первой двери. Недолго думая, Тим ткнул кулаком в потемневший пластик. Шагнув в комнату, присвистнул:

– Мать честная! Ну и разгром… Что, интересно, они тут вытворяли?…

Я хотел бы знать то же самое. Это было больше, чем обыкновенный пожар. Комната напоминала мусорную свалку. Было очевидно, что кто-то преднамеренно вываливал вещи из шкафов на пол, топтал каблуками хрупкую посуду и молотил по мебели чем-то тяжелым. Такого не сделало бы и взбешенное животное. Поневоле я подумал о карликах. Но черт возьми! Зачем им могло понадобиться все это? Я ничего не понимал. Огромный плафон, сорванный с потолка, свисал на тонком перекрученном проводе и, как это не удивительно, горел. Тим машинально качнул его, и весь этот хаос изувеченного хлама пришел в жутковатое движение. По стенам заметались уродливые тени, в комнату ворвались пляшущие призраки. Я торопливо ухватился за провод, заставив ожившую комнату угомониться.

– Скверная история здесь приключилась.

Командор никак не откликнулся. Тим же, не теряя времени, проверил душевую и туалет, вернулся, покачивая головой.

– Там то же самое…

В шаге от себя я заметил перевернутую тумбочку. Из-под треснувшей дверцы разлохмаченной бахромой торчали листы. Заинтересованный, я шагнул ближе и, наклонившись, открыл поцарапанную дверцу. С разочарованием выпрямился. У ног моих лежала целая кипа разлинованных бланков и формуляров. Неистребимая бухгалтерия умудрилась уцелеть и здесь.

– Взгляните на столик!

Мы обернулись. Покрытый слоем пыли и вездесущим пеплом, журнальный столик стоял возле смятой постели. Увидев, что мы ничего не замечаем, Тим провел рукой по столешнице. Пошатнувшись, столик легко развалился на две половинки. Только сейчас я разглядел длинный обугленный срез, секущий дерево от края до края.

– Теперь во всяком случае ясна причина пожаров. Это наверняка бластер, – я указал на оружие десантников. – На станции, по всей видимости, тоже имелись такие игрушки.

Должно быть, я сказал что-то лишнее, потому что они переглянулись. Не произнося ни звука, Тим принялся обыскивать ящички секретера. Привычно сложив за спиной руки, Командор погрузился в размышления. Мысленно недоумевая, я отошел к стене. Ногой поворошил разбросанные вещи, присев, осторожно выудил из россыпи фарфора измятую фотографию. Тоненькие березы, краешек синего неба и Крис в обнимку с молоденькой блондинкой. Оба белозубы и улыбчивы, без стеснения смеются перед камерой…

Я вздрогнул от неожиданного звука. Человеческий стон проник под скафандр, как игла проникает под кожу. Взглянув на напрягшегося Командора, я вскочил на ноги. Это мог быть только Ковалев!

Я находился к выходу чуть ближе других, и все-таки они опередили меня. Очутившись в коридоре, я увидел, что Тим бьет ногой по соседней двери. Мгновение спустя, к нему присоединился Командор. Вдвоем они вышибли ее в несколько ударов, но ворваться им не удалось. Полумрак комнаты высверкнул вспышкой, и слепящий луч, полоснув генерала по плечу, прошелся над нашими головами. Я услышал сдавленный крик. Тим успел подхватить падающего Командора, рывком вытянул из опасной зоны. Я присел возле раненого и попытался приподнять ему голову. В лице его не было ни кровинки. Он что-то пытался сказать, но силы стремительно покидали его.

– Нужна помощь! – сказал я. – Он теряет сознание.

– Кто-нибудь сюда! Быстро! – рявкнул Тим. Где-то вдалеке загремели шаги.

– Та-ак… Разберемся! – Тим быстро заглянул в комнату и тут же отпрянул. – Черт возьми! Он, должно быть, свихнулся!

Между нами не было больше неприязни. Мы остались вдвоем, и волей-неволей рассчитывать приходилось только друг на друга. Я кивнул ему на ионный парализатор, и Тим понял. Дверной проем заклубился черным дымом. Вспышки били одна за другой, обугливая пластик, кромсая его на куски. От резкого перепада температур амальгама лопалась и вскипала, застывая на стенах причудливыми подтеками. Нечто подобное мы уже видели на лестнице и в коридорах… Я осторожно подкрался к двери.

– Прикрой меня!

Бластер Тима послушно качнулся возле моего локтя. Набрав полную грудь воздуха, я прыгнул. Молнией скользнул мимо лица огонь, облако копоти окутало гермошлем. Я находился уже в комнате. Не теряя времени, перекатился в сторону. И тут с омерзительным визгом взорвался потолок. Огненные брызги осыпали все вокруг. Это выстрелил Тим. Даже в эту минуту я ужаснулся размерам развороченной в потолке воронки. Фантастическим цветком она распустила надо мной глянцевые оплавленные лепестки. Они дышали словно живые, опаляли на расстоянии, заставляя отворачиваться. А в следующую секунду я разглядел Ковалева. С перекошенным лицом, зажмурившись, он стоял с оружием на кровати и продолжал бить вспышками в направлении двери. «Цветок» временно ослепил его, и моего появления в комнате он, вероятно, не заметил. Метнувшись к дежурному, я с силой ударил его по ногам. Он опрокинулся на спину, и страшный ствол оказался в моих ладонях. Тяжело дыша, мы выворачивали его друг у друга. С необыкновенной энергией Ковалев извивался подо мной, впиваясь зубами в жесткую ткань скафандра, молотя по мне ногами и всклокоченной головой. Честно говоря, подобного сопротивления я не ожидал. Он был силен, как буйвол. Я никак не мог сладить с ним. Выручил меня Тим. Подскочив сбоку, ударом ноги он вышиб бластер из наших перекрученных рук. Таким ударом он, пожалуй, сумел бы вогнать костыль в шпалу. По самую шляпку. Правая моя кисть тотчас онемела. Едва сдержав стон, я сполз с обмякшего Ковалева. А Тим уже подвешивал на пояс ионный парализатор. Все необходимые действия он проделал с виртуозным мастерством.

– Счастье, что у него только горный бластер, – пробормотал он. – Иначе он бы тут все разнес.

Здоровой рукой я подобрал с пола оружие. Оно было раза в два короче тех пушек, что висели на груди у десантников. Наверное, Тим был прав. Он понимал толк в этих вещах.

В комнату с шумом ворвались десантники. Кто-то сходу принялся тушить пламя, двое или трое склонились над генералом. Среди них был и доктор. Скользнув по мне взглядом, он озабоченно произнес.

– С тобой все в порядке, Жак?

Не дожидаясь ответа, тут же засуетился над Командором.

– Давайте, ребятки, поторапливайтесь! Смените на нем скафандр и срочно на корабль. Боюсь, это не просто ожог.

– Удели позже пару минут Ковалеву, – попросил я. Поманив пальцем одного из офицеров, поинтересовался. – Вы полностью осмотрели станцию?

– Довольно поверхностно, капитан.

– Похоже, здесь было целое сражение, – откинув стекло гермошлема, я глубоко вздохнул. Пахло раскаленным металлом и гарью. Офицер продолжал стоять рядом, словно чего-то ожидая. Я прошелся по комнате, и только тут до меня дошел истинный смысл случившегося. Ведь Командор получил ранение и, вероятно, серьезное! Во всяком случае без сознания он пробудет, как минимум, сутки. А может быть, и целую неделю. И что же из этого следовало?… Я развернулся на каблуках и едва удержался от улыбки. А следовало из этого то, господа, что место командующего отныне становилось вакантным. Подобные властолюбцы редко назначают преемников, слишком уж верят в собственную незаменимость. А если так, то почему бы и не попробовать?… От волнения у меня задрожали руки. Я спрятал их за спину и сипло проговорил:

– Проследите за доставкой раненых на корабль. А заодно пришлите специалистов по восстановлению.

Офицер с готовностью кивнул. Я с трудом верил своим глазам. Неужели сработало? Оглядевшись, я обнаружил, что Тим куда-то пропал. Странно, но у меня возникло впечатление, что из всего командного состава именно с ним у генерала сложились наиболее доверительные отношения. Тем не менее он тоже ретировался. Я указал на Ковалева и велел рослому молодцу охранять его. Он не возразил ни звуком. В коридоре доктор все еще возился с Командором, ворчливо поругивая грубоватых десантников, называя одного из них дружком, а другого недотепой. Вот таким вот манером, господа хорошие! Если в ближайшие два-три часа никто из военных нас не одернет, мы совершенно обнаглеем…