На цепи
Шрифт:
Девчонка уселась на табуретку между нами и с любопытством уставилась на меня.
— Продумано у него, — протянула тетушка. — Ну рассказывай. Как же ты собираешься сохранить ее секрет?
— Все просто. Во-первых, нам действительно нужна помощница, которая будет смотреть за домом — стирка, уборка, готовка. Во-вторых, дома нас практически не бывает, а вчера Рэрдон сказал мне по секрету, что народ ропщет. Вроде маги в городе есть, но их не застать. Поэтому Брайя будет принимать просителей от моего имени. Будет выдавать им требуемое, а если надо что-то приготовить, скажет, что я сделаю как-только прибуду. На деле же зелья станет варить сама, а потом выдавать их за мои. Лант ни о чем не узнает. Я собираюсь таскать мальчишку с собой в лес. Нам с ним есть чем заняться.
— А если попросят зарядить крупные артефакты? Надо будет идти в город, — с сомнением проговорила Брайя.
— Тогда я сам схожу. Тебе надо будет заниматься только тем, что можно сокрыть в лаборатории — готовить зелья, мази, притирки, заряжать мелкие артефакты. В этом городе — это основная работа магов цитадели, — сказал я и посмотрел на нее ободряюще.
Девчонка сомневалась, а мне этого было не надо. Почему среди молодых магов так много неуверенных в себе щенков?
— Ракха берет на работу магов! — засмеялась старуха. — Мир сошел с ума!
— Мир меняется, — заметил я.
— Берегись, Лиаман. Ты угрожаешь сути магов, как когда-то угрожали ваши полукровки, — зловещим шёпотом начала говорить тетушка Тала. — Если твоя зеленая ведьма это почувствует, на равен час придушит тебя своей цепью.
— Ага, только, думаю, она отдает почти все силы, чтобы удержать меня на этой цепи, — усмехнулся я нахально.
— Неужто выучил амадест? — вскинула брови колдунья.
— Нет. У меня есть помощник, который знает амадест.
— Воистину, ты самый необыкновенный ракха, что я когда-либо встречала, — одобрительно покивала головой тетушка.
— Да, это так, — не стал я отпираться. — Кстати, вы не подскажете, что значит «фиксация материи на пространственно-ментальном уровне»?
— Тебе это зачем? — впервые я увидел искреннее удивление старой ведьмы.
— Хочу научиться ставить щиты.
— Ты научишься, я не сомневаюсь, — фыркнула она. — Тебе надо понять, что маги не зверье. Вы творите магию звериными инстинктами. Для вас важен нюх и слух. У магов тоже есть инстинкты, но они иного толка. Тебе предстоит прочувствовать свои потоки и научиться не только направлять их, но и управлять ими.
— Но я же научился заряжать артефакты, — сказал я, не совсем понимая, что она имеет в виду.
— Правильно. Это направление потоков, но не управление. Мало влить энергию куда надо, надо понять, как взаимодействовать с ней. Увидеть на уровне инстинктов, как ты можешь влиять на потоки, как их распространять, сжимать, разрывать, удерживать и распылять.
— Звучит невыполнимо, — угрюмо сказал я и посмотрел на Брайю.
Та пожала плечами, мол вроде все понятно сказано.
— Щиты — первое, чему учат в Академии детей. А ты вроде не ребенок. Так что справишься, — строго сказала ведьма, будто у меня выбора-то не было. А может и правда не было?
— Справлюсь, — неуверенно сказал я. — А скажите мне, Тала, почему колдуны ищут именно некроманта? Неужели другой колдун не мог создать белую тварь?
Я рисковал, спрашивая старую ведьму об этом. Тетушка умна и проницательна, но она просто кладезь полезных знаний, а знания мне в моей ситуации очень нужны.
— Задаешь интересные вопросы, мальчик, — она посмотрела на меня, как мне показалось, одобрительно. — Чем проще управлять: безвольной куклой или существом, имеющим волю?
— Безвольной куклой, — ответил я.
— Вот именно. Некроманты не только умеют поднимать из земли мертвых. У мертвого воля мертва, мертв и разум. Маг может дать мертвецу свою волю, отдавать приказы, выстраивать цепочки действий.
— Но вы говорите о мертвецах, а тут существо, созданное непонятно как! — возразил я.
— Это тебе непонятно, а твоей Кеннере и старику Зельдею давно все ясно, — ведьма посмотрела на меня как на идиота. — Из любой мертвечины можно сделать чудище неведомое и опасное, непредсказуемое. Вот ваша белая тварь похожа на ракха. Не удивлюсь, если это и есть ракха, только мертвый, в которого некромант вложил магию сложную, которого наделил способностями, не присущими зверью, который изменился под воздействием этой магии.
— Поэтому они ищут последователей Жохана… — пробормотал я.
— Не найдут, — заявила тетушка Тала. — Все гниют в земле.
— Откуда вы знаете? — удивился я. — Говорят, одна ведьма еще жива, но ее следы затерялись на просторах Лландара. А еще я слышал, что один из его приспешников бежал за море.
— И что с них взять? Они все глубокие старики, что скрывались всю жизнь. Чем помогут?
— Магия в глубоких стариках не дряхлеет также как тело, — заметил я. — Почему приспешники Жохана не могли набрать себе новых приспешников?
— Я же тебе говорила, — улыбнулась старуха. — Для такой магии нужны ресурсы: люди, маги, магические существа, лаборатории. А где в Лландаре этого вдоволь?
— В Академии.
— Вот именно. Так что ищите своего некроманта на хребте Касфили, — старуха, удовлетворенная моим ответом, откинулась на спинку кресла и нахально улыбнулась. — Не пойму только, что тебе до проблем колдунов и людей? Тебя посадили на цепь, как дворового пса, а ты и рад стараться.
Вот ведь ведьма! Знает мою боль и давит на нее!
— Скучно тут в вашем захолустье, — отвечал я, стараясь не показывать, что меня ее слова задели. — А тут хоть какое развлечение. Брайя, ты согласна на мое предложение?
Девчонка посмотрела на тетку. Та слегка кивнула. Ну хоть не стала противиться, и на том спасибо.
— Тогда идем, — я поднялся и кивнул тетушке на прощание. — Завтра отправляется обоз, а у нас много дел.
Мне показалось, что Брайя очень обрадовалась моему предложению. Не мудрено. Скрываться всю жизнь от Академии, не имея возможности творить магию… Думаю, для магов это тяжкое бремя. До сих пор не верилось, что жизнь в Касфили настолько жестока, что колдуны осознанно лишают себя возможности познать свою силу в полной мере.