Чтение онлайн

— Как вы выбрались? — спросил он. — Я видел вас в той каше.

— Заезжал сменить колесо,— с трудом ворочая языком, объяснил физик. — Моя машина слушается руля не лучше пьяной свиньи. Не лучше паршивой помеси “лотоса” с “джипси”.

— Моя машина прекрасно слушается,— небрежно возразил хозяин метиса. — Одна беда — тут же перестает слушаться. Вы едете в город?

— Если “феррари” на это хватит.

— Я бы взял телегу Дона. Ему она больше не понадобится.

Осборн так и уставился на него.

— Вот это мысль…

К старту погибший гонщик доставил свой “ягуар” на старом трейлере, чтоб не повредить его заранее на скверной дороге. Теперь трейлер стоял неподалеку, всеми брошенный.

— Я бы поскорей его увел, покуда не перехватили.

Джон Осборн залпом выпил виски, ринулся к “феррари”, мигом зажег и без того пылких своих помощников новой затеей. Толкая и подпихивая “феррари”, его дружными усилиями вкатили на трейлер и закрепили веревками. Мимо проходил один из распорядителей, Осборн окликнул его:

— Есть тут кто-нибудь из механиков Дона Харрисона?

— Наверно, все на месте аварии. Я знаю, жена его там.

Осборн думал уехать с “феррари” на трейлере, потому что Дону тот больше не понадобится, так же как и “ягуар”. Но если жене и механикам погибшего не на чем больше возвращаться в город, это меняет дело.

И он вместе с Эдди Бруксом, одним из своих механиков, зашагал по дороге к Сенному углу. Возле груды разбитых машин стояли под дождем несколько человек, среди них женщина. Он собирался поговорить с кем-нибудь из механиков, но, увидев, что вдова не плачет, передумал и подошел к ней.

— Я водитель “феррари”,— сказал он. — Очень сожалею, что так случилось.

Женщина наклонила голову.

— Вы подъехали и наткнулись на них, когда уже все было кончено,— сказала она. — Вашей вины тут нет.

— Знаю. Но мне очень, очень жаль.

— Не о чем вам жалеть,— глухо сказала вдова. — Он этого и хотел. Не хворать долго, не мучиться. Может быть, если б не пил до начала виски… не знаю. Он кончил, как хотел. Вы были друзьями?

— Не совсем. Перед гонками он предложил мне выпить, но я отказался. А только что выпил, помянул его.

— Вот как? Что ж, спасибо. Дон был бы доволен. Там еще осталось виски?

Осборн замялся.

— Когда я уходил, еще оставалось. Выпили по стаканчику Сэм Бейли и я. Но может быть, там парни все прикончили.

Женщина посмотрела ему в лицо.

— Послушайте, что вам нужно? Его машина? Говорят, она уже никуда не годится.

Джон Осборн мельком глянул на разбитый “ягуар”.

— По-моему, тоже. Нет, я хотел другое: отвезти мою машину в город на его трейлере. Рулевому управлению досталось, но к Большим гонкам я все приведу в порядок.

— Вот как, вы завоевали право? Что ж, трейлер — Дона, но он предпочел бы, чтоб трейлер перевозил годные к делу машины, а не железный лом. Ладно, приятель, берите повозку.

Осборн даже растерялся.

— Куда вам потом его привести?

— Мне он ни к чему. Берите его себе.

Джон хотел было предложить денег, но раздумал: время денежных расчетов миновало.

— Вы очень добры,— сказал он. — Для меня этот трейлер большая подмога.

— Замечательно,— сказала она. — Желаю вам выиграть Большой приз. Если нужна любая часть вот этого,— она показала на разбитый “ягуар”,— тоже возьмите.

— А как вы доберетесь обратно в город? — спросил Осборн.

— Я-то? Дождусь санитарной кареты и поеду с Доном. Но, говорят, тут полно раненых, сперва их надо свезти в больницу, а мы отсюда выберемся разве что в полночь.

Похоже, больше ей помочь нечем.

— Может быть, я отвезу кого-нибудь из ваших механиков?

Она кивнула и что-то сказала лысоватому толстяку лет пятидесяти. Он отправил с Джоном двух молодых парней.

— Вот он, Элфи, останется со мной и обо всем позаботится,— глухо сказала вдова. — А вы езжайте, мистер, и выиграйте этот приз.

Джон Осборн отошел в сторонку, к Эдди Бруксу, который ждал под дождем.

— Покрышки того же размера, что у нас,— сказал он. — Колеса немного отличаются, но если взять и ступицы тоже… Возле Оползня разбился “мазерати”. Можно глянуть и на него. По-моему, в передней части у нас многие детали одинаковые.

Они вернулись к новообретенному трейлеру, в сумерках поехали обратно к Сенному углу и, точно упыри какие-то, принялись отрывать от трупов разбитых машин все, что могло бы пригодиться для “феррари”. Кончили уже в темноте и под дождем поехали в Мельбурн.

Первого августа в саду Мэри Холмс расцвели первые нарциссы, и в тот же день радио с нарочитым бесстрастием сообщило о случаях лучевой болезни в Аделаиде и Сиднее. Эта новость не слишком встревожила Мэри: новости плохи всегда, будь то требования повысить заработную плату, забастовки или война, самое разумное не обращать на них внимания. Важно совсем другое: вот этот чудесный солнечный день; зацвели ее первые нарциссы, уже набухли почки и на желтых.

— Такая будет красота! — радостно сказала она Питеру. — Их так много! По-твоему, могут некоторые луковицы дать сразу два побега?

— Сомневаюсь,— ответил муж. — С нарциссами, кажется, так не бывает. Вроде они в земле делятся и дают вторую луковицу.

Мэри кивнула.

— Надо будет осенью, когда они увянут, выкопать их и разделить луковицы. Тогда нарциссов станет гораздо больше, и мы посадим их вот здесь. Через год или через два они будут выглядеть просто изумительно. — Она минуту подумала. — Тогда мы сможем немного высадить в горшки и держать в доме.

В этот прекрасный день ее заботило только одно: у Дженнифер режется первый зуб, а отсюда жарок и капризы. Настольная книга Мэри “Первый год ребенка” разъясняла, что это естественно и волноваться нечего, но молодая мать все-таки тревожилась.