Чтение онлайн

Но оно – мой гость, и я должен быть терпеливым к нему и его бедам,

Выслушать и принять их, словно свои,

Помочь ему,

Успокоить его,

Позволить ему найти в этом доме уют, защиту, отдых, покойИ силы двигаться дальше.

Быть кем-то

Проще быть кем-то,

Чем стать самим собой.

И, похоже, это еще и модно в этом мире.

Что сказать здесь еще?

Наверное, только то, что никем другим кроме себя самого в действительности быть невозможно.

И сколько ни старайся – никогда не станешь никем другим.

Чужая жизнь – огромная неловкость, она будет с шумом выпадать, выскальзывать из твоих рук в самый неподходящий момент,

каждый раз разбиваясь на сотни осколков.

Но даже если у тебя получится ее удерживать, хоть сколько– то,

Зрячие все равно будут видеть обман, а ты, даже закрыв все зеркала, будешь его чувствовать.

Твое сердце не перестанет шептать, говорить, кричать тебе о нем, никогда.Но даже если оно на мгновение замолчит, и в этой тишине ты будешь слышать упрек.

Конечно, это сделало бы все таким простым – прямо сейчас, в одно мгновение стать кем-то,

Кем угодно, кем только тебе захочется, избежать этой мучительной неопределенности и несовершенства твоего настоящего.

Но единственный шанс для человека сбыться,

Это – взять на себя смелость,

Взять на себя огромный труд,

Согласиться на него,

На долгий и сложный путь

Длиною в целую жизнь.

Принять его как свою судьбу,

И попытаться пройти – шаг за шагом.

Человек может сбыться только на этом путиИли не сбыться вовсе.

Страх

Чувство страха

Опять настигает нас, словно холодный ночной ветер где-то посередине этой пустыни жизни.

Впрочем, середина – слишком точное определение,

Мы же и знать не знаем, где находимся.

Надеемся, надеялись,

Но надежда – это огонь,

А страх – ветер,

И сколько ни пытаешься

Поверить в то, что все будет хорошо,

Эта мысль вспыхивает и сразу гаснет на ветру,

Словно спичкаВ дрожащих от холода руках.

Откуда этот ветер?

Откуда?

Но стоит ли удивляться ему?

В этой жизни мы открыты всем ветрам,

Особенно если отправились в путь.

А разве мы могли не отправиться?Разве жизнь сама – это не путь?

И надо успокоиться,

Надо отдышаться,

Надо еще раз осторожно

Попробовать поверить в эту мысль,

Доверить ее своему дрожащему от холода сознанию,

Зажечь ее, укрыв,

Спрятав от всего, что есть вовне,

От этого ветра и страха.

И что бы пугающего ни писали в этих газетах,

Что бы ни случилось – ворохом сгорает вчерашний день

В этом постепенно разгорающемся огне,

Под моей защитой обретающем плоть.

Он согревает меня постепенно.

Он становится еще одной звездою посреди этой пустыни,

Еще одной – и я замечаю, как много их вокруг, сверху – везде,

Звезд, огромных, разгорающихся все ярче и ярче, разгоняющих тьму.

И сколько бы ни завывал ветер в стороне,

Сколько бы ни набрасывался на это пламя,

Только раздувает его,

Только выше оно,Только ближе к звездам.

Миллиард

Если на земле больше миллиарда человек голодает,

То, наверное, ни в коей мере нельзя считать,

Что человечество живет правильно.

Все остальное, что я говорил и говорю, можно признать моими иллюзиями,

Но тот факт, что миллиард человек не имеет хлеба насущного – кричит о необходимости перемен.

Но, видимо, не так громко кричит,

Или мы уже привыкли к этому крику

И к тому, что ничего не меняется.

Стеклянное благополучие мира, назвавшего себя цивилизованным,

Стоит на краю огромной пропасти

И успокоено своим шатким равновесием.

Глухость человечества вполне соответствует естеству толпы,

Заглушающей саму себя, в этот нескончаемый рыночный день,

Что все продолжается на Земле.

Но глухость отдельно взятого человеческого уха к этому крику в миллиард голосов

Пугает и вызывает недоумение.

Как может не слышать его человек?

Ты или я? Я не понимаю этого.

Ведь мы же не всегда находимся на этой рыночной площади?

Мы ведь не всегда в этой толпе? Ведь всегда в ней быть невозможно.

Или ее шум настолько оглушает нас?

И мы словно пустые морские раковины, даже на суше хранящие звуки моря,

Несем в своей душе лишь шум мелких лавочников – приливы и отливы этихБессмысленных голосов?

Но этот крик в миллиард голосов – он сильнее шума любой торговой площади.

Его глубина, чернеющая бесконечной, не имеющей дна пропастью, несравнима с мелководьем

Наших ежедневных человеческих дел.

Мне кажется, что и через океаны и континенты он

Донесет весть о том, что человечествоЗаблуждается, заблудилось на своем пути.

Мне кажется, что этот крик должен для любого человека

Заглушать все тщеславные заявления политиков и власть имущих

О мировой экономике, о победах, о деньгах и свободе выбора.

Заглушать любое тщеславное самохвальство обычных людей, преуспевших в своем личном благосостоянии,