Чтение онлайн

— Впрочем, вам, как новеньким, я делаю поблажку. — Его тон вдруг сделался непринужденным и легким, и у меня сложилось впечатление, что он окончательно спятил. Это было все равно что перейти из режима «Убью» в режим «Будем дружить».

Я сделал шажок назад. Дружить с ним мне не хотелось.

— Но я советую вам заниматься своими делами и не совать нос в чужие, в которых вы ничего не смыслите.

В чем это, интересно, я не смыслил? Он убивал людей. Распоряжался ими. Пугал их. По мне, так все яснее ясного.

Ни Адди, ни я не проронили ни слова. Михей остался доволен. А потом, чуть кивнув, пошел к своей палатке.

— Дело и правда дрянь, — выдохнула Адди, когда он уже не мог услышать.

Да. Так и было.

Когда тем же вечером я вернулся в нашу палатку, Рен уже была там. Она сидела на матраце, подтянув колени к груди и обвив их руками. Когда я задернул полог, она повернула голову.

— Как Айзек? — На лице ее была тревога. — Ты нашел его?

Я кивнул. Еще раньше я все ей рассказал и сразу отправился искать Айзека. Снаружи было тихо — большинство рибутов уже разошлись по палаткам, — и я понизил голос:

— Михей продержал его недолго. Вроде с ним все нормально. Вот только со мной разговаривать отказался.

— Михей может делать с ними все, что взбредет ему в голову, — вздохнула Рен. — Через несколько минут раны заживут, и никто ничего не узнает.

Я поморщился:

— Прекрасно. — Сев рядом с ней, я нервно провел рукой по лицу. — Не понимаю, почему они терпят такого главаря.

— Голова у него варит, — тихо ответила Рен. — Они хотят выжить, а он предлагает хороший план.

— Хороший план? — удивился я.

— Разумный, — уточнила она, избегая моего взгляда.

Я едва сдержал раздражение. «Разумный»? Что-что, а это слово в моей голове никак не вязалось с Михеем. Я с недоумением посмотрел на Рен.

— Он защищает своих как умеет, и способ один, — сказала она. — Опыт показал ему, что людям не ужиться с рибутами. Поэтому пришлось сделать выбор.

— Всех перебить?

— Мир не черно-белый, Каллум, — спокойно ответила она.

Помедлив, я решил не говорить ей, что считаю убийство именно принадлежностью черно-белого мира. Ведь выбор очень прост: либо убивать людей, либо нет.

Если только это убийство не совершено случайно, под действием препаратов КРВЧ. Меня кольнуло чувство вины. А что, если полутона действительно есть и все не так просто, как я думаю?

— Однако ты бы сделала другой выбор, — заметил я.

— Да, — сразу возразила она. — Но я понимаю его доводы.

Я наморщил лоб, не понимая, как можно принять решение, подразумевающее истребление целого биологического вида. Мне и убийства одного человека было не пережить.

— Мне приходилось делать такой же выбор, — глухо обронила Рен.

Я сжал ее руку:

— О чем ты?

— Я пошла в остинский филиал, зная, что погибнут и люди, и рибуты. И сочла эту жертву оправданной для твоего спасения. А Михей, в той же ситуации, решил, что ради рибутов можно пожертвовать всем человечеством.

— Это не одно и то же, — возразил я. — Ты не хотела убивать! Это был вынужденный шаг. Ты никогда не совершала массового убийства просто так, потому что могла это сделать. В этом разница, ты понимаешь?

Рен прищурилась, обдумывая мои слова. Меня взбеленило то, что такие очевидные вещи нужно всерьез обдумывать. Что тут непонятного?

Она заметила выражение моего лица, мгновенно выдернула руку и порозовела.

— Да, — сказала она, лишь бы утешить меня.

Теперь она казалась растерянной, и я обнял ее, притянув к себе. Мне не нравилось, что она посчитала доводы Михея разумными, но ее неловкость от этого заставила меня устыдиться своего раздражения.

— Эй, — позвал я и погладил ее по голове. — Говорят, ты зашила ребят, которых убил Михей.

Она кивнула и плотнее запахнула ворот рубашки. Я сделал вид, что не заметил. Мне не хотелось говорить, что, пряча рубцы, она лишь разжигает мое любопытство. Но я не мог придумать ничего, что так или иначе не означало бы одно: «хочу увидеть твою грудь» — поэтому промолчал.

— Это доброе дело, — произнес я, осторожно отвел ее пальцы от рубашки и взял за руку.

Рен пожала плечами:

— Жаль, что со мной такого не сделали.

Я понимающе кивнул, когда наши взгляды встретились, затем наклонился, прижал ее крепче и поцеловал.

Мы встретились с Михеем на следующий день за границей территории, на зеленом озерном берегу. Там уже собралось большинство жителей резервации. Михей объяснил мне, что несколько раз в неделю все боеспособные рибуты участвовали в тренировочном единоборстве. Я была рада отвлечься и вызвалась сразу.

Когда я увидела в толпе Каллума, в груди у меня екнуло. Скрестив руки, он стоял рядом с Айзеком и улыбнулся, перехватив мой взгляд. Я улыбнулась в ответ, стараясь не вспоминать о вечернем разговоре. Но его лицо, исказившееся от ужаса, когда я рассуждала о логичности планов Михея, никак не выходило из головы. Его испугало даже то, что я могла лишь предположить это.

Я еще вчера, сразу, как брякнула, поняла, что допустила ошибку. Но что мне было делать? Врать? Михей не был безумцем, он был стратегом. Он принимал решения, опираясь на логику и опыт, не допуская эмоций. Результаты пугали, и я не солгала, сказав, что решила бы иначе, но счесть его полоумным было бы глупо.

— У тебя все нормально?

Я вздрогнула, быстро отвернулась от Каллума и увидела рядом с собой Адди. Она была встревожена.

— Все отлично.

Она нахмурилась с видом, как будто хотела что-то сказать, но к нам уже шел Михей в сопровождении Рили. Адди слегка сжала мне плечо, и я стряхнула ее руку, словно обрывая разговор. Мне не хотелось, чтобы меня в очередной раз сочли сумасшедшей.

— Доброе утро! — улыбнулся Михей, когда Адди ушла. — Ты готова?

— Да.

— Я хочу, чтобы ты взяла самых неподготовленных. Думаю, до нашего похода в города осталось не больше двух недель. Надо ускориться.