Шрифт:
Булыжники падали и разбивались, ударяясь об отвесные стены, но даже сквозь оглушающий гром Пол услышал вопль боли.
– Проклятье!
– вскричал он.
– Я же сказал: не смотреть вверх! Он вжимался в небольшую трещину в расширяющемся гроте. Съежившись, насколько возможно, буквально в паре метров от вертикального спуска в пещеру, он надеялся, что ни один из камней, бухающих в каску, не будет столь массивным, чтобы сломать ему шею. Он немного повернул голову и осветил лучом своей шахтерской лампы Алекса. В тот же самый момент пучок света Алексова фонаря ударил в глаза самому Полу, и тот невольно зажмурился. Если бы дело происходило при ясном солнце на улице, а вовсе не во мраке пещеры, каждый из них увидел бы свое отражение в глазах друга.
Снова Пол услышал крик страдания, на этот раз жалобный стон, и повернулся на звук: третий «пещерник» - Конрад Фрит - лежал, почти засыпанный камнями, и, казалось, был без сознания. Его каска криво съехала с головы, а лампа не горела.
Камнепад прекратился так же внезапно, как и начался, а вскоре стих и грохот, вызванный обвалом известняка и усиленный резонансом пещеры. Когда слух приспособился к мрачной тишине, Пол смог расслышать только стук стекающих со сталактитов капель.
Через несколько мгновений, когда он почувствовал уверенность, что опасность миновала и ни один камень больше не упадет, Пол вытолкнул себя из узкой трещины в стене пещеры и стал подсчитывать повреждения.
Он обратился к Алексу, будто бы влипшему в стену чуть в стороне:
– Как дела?
Алекс отлепился от стены, потом снова прислонился, съехал по ней и уселся на пол. Его лицо, недавно выражавшее смертельный ужас, теперь было одновременно расслабленным и страдальческим. Он вздрогнул, когда попытался помассировать левую ногу прямо под коленом.
– Боже, - простонал он, - чертовски болит.
– Он пробежался по конечности обеими руками.
– Но, думаю, перелома нет.
– Он пошевелил лопатками, поерзал на месте и выдохнул сквозь сжатые губы: - Если не считать ноги, то, видимо, у меня все о'кей.
Снова Пол услышал дробь камнепада, но в этот раз отдаленную. Он направил лампу в сторону третьего «пещерника» и увидел, что Конрад уже почти вылез из каменного крошева.
– Конрад, - позвал Пол.
– Ты в порядке?
– Да… Кажется…
Карабкаясь через осыпающуюся кучу, Пол подобрался к другу и направил свет прямо ему в лицо.
– А лично мне кажется, что нет. У тебя весь лоб в кровище.
– И крикнул через плечо: - Алекс, там аптечка в рюкзаке со снаряжением. Если можешь ходить, достань, а?
– Сейчас, секундочку, - отозвался Алекс.
Пол снял с Конрада каску, и луч лазерного диодного фонаря осветил арийские светлые волосы с темно-алым пятном.
– Вот черт!
– выдохнул Пол.
– Боже!
– воскликнул Алекс, и Пол повернулся на звук.
Алекс дергал лямку рюкзака, скрывающегося в камнях; лямка натянулась, другой ее конец исчезал в огромной куче каменюк.
– Погребен, - подытожил Алекс, - и даже если нам удастся его раскопать, там всё раздолбано!
– Черт возьми!
– Пол сдернул перчатки и расстегнул молнию комбинезона. Он с трудом вытащил руки из плотных эластичных рукавов, снял хлопчатобумажную рубашку и передал Конраду.
– Вот, прижми к голове.
Дрожа в прохладной сырости подземелья, Пол неуклюже застегнул молнию, надел перчатки и постарался побыстрее согреться. Он восстановил дыхание, забрал у Конрада рубашку и попытался, несмотря на громоздкие толстые перчатки, соорудить из нее что-то наподобие тюрбана. Он привязал ее к голове Конрада рукавами, критически осмотрел результат и кивнул:
– Вот так. Очко в пользу скаутской выучки.
Хотя часть импровизированной повязки покраснела, кровотечение почти остановилось, и Пол позволил себе с облегчением вздохнуть.
– Спасибо… м-м… - замялся Конрад. На миг его лицо исказила болезненная мука.
– Спасибо, Пол.
– Что случилось? Тебе больно?
– всполошился друг.
– Нет, я не потому.
– Конрад отвел глаза в сторону, избегая прямого взгляда.
– Я… м-м… просто на минутку забыл, как тебя зовут.
– Он покачал головой.
– И это меня немного пугает.
– Я бы на твоем месте не волновался по этому поводу. Возможно легкое сотрясение.
– Ну да… Сотрясение… - судя по голосу, Конрад успокоился.
– Надеюсь, у этой пещеры есть другой выход, - небрежно и как бы между прочим сказал подошедший Алекс.
– Нету, - ответил Пол. Его все еще беспокоило состояние Конрада.
– Ты уверен?
– это звучало скорее как требование, чем вопрос.
– Я никогда ни в чем не уверен, - заявил Пол.
– Я же занимаюсь квантовой теорией…
– Круто, мужик, это нам здорово поможет, - ехидно заметил Алекс.
– Спасибо тебе, доктор Гейзенберг.
Пол повернулся вокруг себя, луч света сделал быстрый круг по стенам пещеры. Алекс говорил как обычно легкомысленно, несерьезно, но дрожь в голосе выдавала его.
– Всё ты виноват, - улыбнулся Пол.
– Это нам за то, что опытные аспиранты-«пещерники» взяли с собой в поход новичка-студента.
– О нет!
– воскликнул Алекс.
– Да ладно, шучу.
– Я не об этом, - Алекс указал в сторону входа: вместо светлого колодца, по которому они спустились в грот, перед ними возвышалась стена блестящих булыжников.
– Нам никогда не пробиться сквозь эту кучу.
Пол вернул отвисшую челюсть на место и справился с приступом паники. Глава этой небольшой, но все же экспедиции, лидер маленькой, но группы, он должен излучать спокойствие и уверенность.
– Теоретически такое маловероятно.
– Боже! Они у нас теоретики!
– простонал Алекс, качая головой и посылая дергающийся пучок света на стены пещеры.
– Давай выключим лампы, - предложил Пол, - и посмотрим по сторонам. Возможно, где-нибудь и увидим пробивающийся свет.
Пол и Алекс выключили фонари. У Конрада он и так не работал.
– Ни-че-го, - отчитался Алекс.
– Погоди, не включай, - сказал Пол, - пусть зрение адаптируется.
Пол пытался различить оттенки темноты, но тщетно. У него вдруг создалось впечатление, что он ослеп, а в кромешном мраке рядом с ним - никого. Он попытался уловить дыхание друзей, но не слышал ничего, кроме редких шлепков капающей на камень воды.