Мультилюди
Шрифт:
Молодой человек с недоумением посмотрел на телефон. Конечно, в этой реальности телефон работать не будет…
– Я хочу поговорить о книге, которую вы пишите…
– Книгу? Какую книгу? – молодой человек вдруг густо покраснел. – Я ничего не пишу. Я остался поработать с документами… Я секретарь…
Олег покивал.
– Вы… Проводите внутреннее расследование? – молодой сильно нервничал. – Я вас не знаю. Вот, смотрите, только документы… И… Пожалуйста, предъявите ваши документы и ордер…
Олег не ожидал такой реакции. Эк их тут строго держат… А, может, это и правильно? На работе надо работать, а не триллеры писать…
– Я не занимаюсь никакими расследованиями, – сказал Олег. – Я хочу просто поговорить с вами. Охрану звать бесполезно. Она не услышит.
Молодой человек кивнул. Но, видимо не потому, что поверил Олегу, а потому, что был уверен в способности Олега пресечь любые, нежелательные ему, попытки. Ведь если человек проник ночью в Белый дом, значит, у того самые серьезные намерения.
Олег походил по комнате, оглядывая обстановку.
– Я не представился. Олег.
– Оу-лег? – с трудом повторил молодой человек.
– Я русский. Да брось, ты бледнеть… Как тебя-то зовут?
– Майк…
– Очень приятно. Понимаешь, Майк… Это очень долго рассказывать. Но, видишь ли, я тоже пишу…
– Вы писатель?
– Не знаю. А ты – писатель?
– Нет… Пока нет. Но, может быть, если удастся издать книгу…
– Так ты, все-таки, пишешь?
Майк обреченно пожал плечами.
– Скажи, а никаких странностей с тобой не происходит – в связи с твоей книгой?
– В смысле? Какие это странности?
– Ну… Например, чтобы ты написал что-то, а потом с тобой приключилось нечто похожее в действительности.
Майк задумался.
– Н-нет. Нет, вроде ничего не происходит.
Олег задумался. А, может, он ошибся? Может, просто нафантазировал себе? Слепил предположения из обрывков информации?
Взгляд Олега остановился на старинной статуе рыцаря из черного камня, что стояла в углу.
– А… Эта статуя – она откуда?
Майк пожал плечами:
– Можно посмотреть.
Он подошел к статуе, склонился над невысоким постаментом и прочитал вслух:
– «Привезено в 1945 году в качестве военного трофея из Рейхсканцелярии нацистской Германии. Подарок союзников».
Олег кивнул. Ну, да, чего-то такого он и ожидал…
– А о чем книга, Майк?
Майк снова замялся, но потом решился:
– Книга о мировом терроризме. Меня давно интересует эта проблема. Вначале это был просто рассказ. Фантастический. О теракте в Нью Йорке. Но после 11 сентября, сами понимаете… Издать не было никакой возможности. Я продолжил. И скоро, возможно, получится целый роман…
У Олега перехватило дыхание.
– А о чем сейчас пишешь? На чем остановился?
Майк снова покраснел и исподлобья посмотрел на Олега.
– О теракте в России. Захват отеля… Но это всего лишь фантастика! Такого еще не было!
– Ты за новостями следишь? – хмуро спросил Олег. – Страшно спрашивать, о чем ты еще написал…
Майк задумался. Глаза его быстро обрели более округлую форму…
– Да… Действительно… Я многое предугадал. Вы хотите сказать?...
– Ты давно здесь работаешь?
Майк криво улыбнулся:
– Вы не поверите, но уже две администрации подряд… Мне очень хотелось остаться – и представьте себе… Оставили. Хоть это и против правил.
Олег понял, что предчувствия его не обманывали.
Он не один такой. И Федор Михайлович не уникум.
Целые президентские администрации, оказывается, творят здесь реальность по своему хотению и разумению. А также какой-то юнец, который мечтает издать свой бестселлер и прославиться, как Стивен Кинг…
И все желания, смутные мысли и бредовые идеи, хорошее и дурное настроение какого-то клерка в Белом доме обрушивается на несчастный земной шар.
А может, дело вовсе не в мистической трофейной нацистской статуе?
Может, это способности молодого человека? Ведь могут же многие писатели водить за нос целый мир? Все плюются, говорят, что это низкий жанр, пошлость и примитив – но читают!
Да и что может сделать Олег в такой ситуации? Ничего. Все его оружие – в нескольких словах…
– Майк, скажи пожалуйста, как заканчивается твоя история про теракт в России?
– Пока не решил. Но история учит, что в таких ситуациях «хэппи эндов» не бывает…
– Да, это так. Но, может, ты изменишь это правило? Может, эта история закончится хорошо?
Майк скривился.
– Я серьезно. Это очень и очень важно.
– Зачем это вам? Вы всерьез думаете, что я смогу повлиять на действительность?
– А почему бы и нет? Многие писатели своим трудом изменили действительность. Если бы не Шекспир – мир бы выглядел чуть-чуть иначе. А если вычеркнуть из истории больше писателей – мир был бы совсем другой. И вряд ли – лучше…
– Постойте… Но если вы говорите, что я своими текстами могу менять действительность… Ведь можно попробовать использовать это во благо! Можно писать о новом, более совершенном мире! О справедливом демократическом обществе на всей планете! Это же…
Олег нервно засмеялся и закачал головой. Его осенило поразительной догадкой
– Майк, я вижу – ты хороший человек. И, наверняка, талантливый. Но я тебя умоляю – пожалуйста, не пиши ничего «о новом мире» и «справедливом обществе во всем мире»!
– Но почему?!
– Да потому, что один человек уже писал об этом. Его звали Владимир Ильич Ленин.
– Вы хотите сказать…
– Да. Намерения-то в написанном, может, были самые лучшие. А вот как эти тексты воплотились в действительности… И не в обиду: в вашей администрации, небось каждый день пишут о демократии во всем мире. Километры текстов. И посмотри, что в этом самом мире творится…