Чтение онлайн

— Бык сказал, что будет стрелять на ходу. Для этого я должен был догнать «Москвич» а потом притормозить. Как только мы с ним поравнялись бы, Бык должен был открыть стрельбу. Но лох этот оказался не таким уж простым, он что-то заподозрил, ударил по газам и завилял по дороге не давая мне ходу. Мне удалось его догнать, но уже по внутренней стороне дороги.

Ольга сразу представила себе картину действий. Липицкий понял, что если он затормозит, то ему перекроют дорогу и спокойно расстреляют. Он прибавил скорость и попытался оторваться от «шестерки» со своими убийцами. Но машина его была старенькой, и это было практически невозможно сделать.

— В общем, когда Бык понял, что Липицкий собирается рвать когти, он стал палить по стеклам машины, — продолжал Ляля. — Услышав выстрелы, Липицкий дернулся и на какой-то момент потерял контроль над машиной. А тут еще поворот… В общем, «Москвич» сшиб ограду и полетел как дельтоплан в пропасть… Как только мы это заметили, то стали ноги уносить. Нам повезло, трасса оказалась безлюдной.

— Зато тебе не повезло в другом, — зловеще проговорил Борис. — Где Слепой и Бык? Сейчас ты поведешь нас к ним.

— Вы что?! Меня же потом в усмерть распишут! — запричитал Ляля.

— По сравнению с тем, что с тобой сделаю я, это покажется тебе облегчением. Тебя по всему дому собирать будут в полиэтиленовые пакеты. Поэтому не рыпайся. В доме стволы еще есть?

— Да. В чулане помповое ружье.

Игорь немного погодя принес бесприкладное ружье и коробку патронов к нему.

— Одевайся, сука! — прикрикнул Борис на Лялю. — И не вздумай трепыхаться. Пожалеешь…

Через полчаса белый «жигуленок» уже мчался по шоссе по направлению к Сочи, где на одной из дач разместились приезжие «гастролеры». 

— Итак, пора подбить бабки, — произнес Хмель, садясь за стол. — Я в вашем городеь уже две недели, и больше здесь задерживаться не могу. Пора восвояси. Там тоже дел накопилось.

Отар слушал, молча накладывая себе в тарелку салат и разливая по бокалам вино.

— Итак, что мы имеем? — продолжил Хмель. — Все твои рестораны и кафешки работают нормально. Вопросы с серьезными людьми я решил. Наездов быть не должно. С теми пацанами, которые вздумали с тебя дань брать, я думаю, ты сам разберешься.

Отар насмешливо повел бровью и сказал:

— Там все решилось уже. Их старший попал на мотоцикле в аварию. Кто-то натянул трос на дороге. Как раз на уровне шеи.

Хмель усмехнулся.

— А у остальных после его смерти желание наезжать пропало.

— Ну-ну, — промычал Хмель, с ухмылкой глядя на Отара. — Все, что не делается — все к лучшему… Да, что касается банка… Человечки, нанятые мною для аудита, шепчут, что положение хоть и небезнадежное, но тяжелое. Лицензию отстоять можно, но клиентишки-то уже поразбежались, денег совсем мало стало. Похоже, придется ему некоторое время влачить жалкое существование, обслуживая в основном твои ресторанчики. Далее… Те вложения Гиви, которые мы нащупали, все вернут до копейки, можешь не сомневаться. Не вернут — пожалеют в самое ближайшее время. Короче, можно считать, что поработали мы здесь нехило. Результаты конкретные имеются.

— Спасибо, дорогой. Должником твоим буду.

— Ладно, сочтемся. Но ловлю тебя на слове и хочу, чтобы и ты помог мне в своих делах. Я тебе говорил, что у меня в этом городе тоже свои интересы есть.

Хмель махнул рукой, и из сумерек зала к столу подошел маленького роста седовласый мужчина, одетый в дорогой костюм. Он приветливо улыбнулся.

— Фамилия этого человека Ненашев, — представил его Хмель. — Он здесь за моими интересами наблюдает. Сам он местный и возглавляет здесь одну мою структуру.

Незнакомец кивнул головой Отари и снова улыбнулся. Тот ограничился сдержанным кивком.

— Садись, Витя, — пригласил Хмель гостя за стол. — Угощайся.

Ненашев сел и, взяв в руки нож и вилку, положил себе из жаровни антрекот. Есть он, однако, не спешил, ожидая, что скажет Хмель.

— Мы с Витей большие дела делаем, — неторопливо вещал Хмель. — Он у меня за поверенного. Мне бы хотелось, чтобы и ты, Отар, в случае чего, помог нам.

— Всегда рад помочь уважаемому человеку, — отозвался грузин.

— Суть наших дел заключается в том, что надо помыть бабки кое-какие. Для этого мне нужен отчасти твой банк. И тебе будет полезно, и нам. Ну, и вообще… Ты же тут теперь сила. Если вдруг какие проблемы, то к тебе обращаться надо.

— Хорошо, — согласился Отар. — Надеюсь, будем хорошо работать.

— Недавно мы с Витей уже провернули тут одну операцию, почти на десять лимонов новыми. Кстати, — он наклонился к Ненашеву, — что там зачисткой хвостов? Нашли того шкета?

— Нашли. На днях.

— Ну и?.

— С минуты на минуту жду звонка от Слепого.

— Не нравится мне все это, — резко сказал Хмель. — Там дел на три копейки, а они чикаются. Свяжись с ним сам и узнай, в чем дело.

Свою кличку Хмель получил за свои водянистые и почти всегда смеющиеся глазки, а также за то, что во время разговора на его лице блуждала полуулыбка. У собеседника создавалось впечатление, что он всегда слегка под хмельком.

Однако впечатление это было обманчиво. Хмель почти никогда не пьянел, и внешняя веселость была лишь ширмой скрывающей железный характер и злобную натуру. Хмель никогда не бросал дело, не доведя его до конца.

Из своих сорока пяти лет он семнадцать провел в тюрьме. Из них два года — за кражу и пятнадцать — за убийство. Во время отбытия второго срока его и короновали в «воры в законе».

При всем при этом Хмеля всегда тянуло в сферы деятельности, не связанные с чистым криминалом. Он занимался многим из того, чем промышляли его коллеги по криминальному миру — наркотики, торговля оружием, но особым расположением Хмеля пользовались сферы финансового обращения и банковской деятельности. Он любил хитроумные схемы финансовых махинаций. Отчасти это было связано с тем, что в молодости он учился на финансово-кредитном факультете экономического института, но не смог закончить его, так как попался на краже.