Шрифт:
Посвящаю моей любимой внучке
Екатерине Шманевой
Валерий Анишкин
МОЯ ШАМБАЛА
Человек в мире изменённого сознания
Орел 2012
УДК 82-94
ББК 84 (2Рос=Рус)6
А 67
А 67 Анишкин В. Моя Шамбала.
– Орел: ООО Полиграфическая фирма "Картуш". 2012 г.
– 360 с.
В этой книге автор рассказывает о жизни небольшого про-винциального городка в первый мирный год после войны 1941- 45 гг. В центре событий подросток, наделенный необычными паранормальными способностями, даром, который может при-нести его семье неприятности, но позволяет помочь в расследо-вании преступления.
Читатель также познакомится с таким незаурядным яв-лением прошлого века как Вольф Мессинг, мастер психологи-ческого опыта и ясновидец.
В книге много диалогов и действия, что обеспечивает лег-кое и занимательное чтение.
Книга предназначена для самого широкого круга читате-лей, в том числе для детей старшего школьного возраста.
УДК 82-94
ББК 84 (2Рос=Рус)6
Анишкин В., 2012
ООО ПФ "Картуш", 2012
Из переписки с рецензентом
Валерий, здравствуйте!
Я очень рад, что так угадал с отзывом и, надеюсь, помог Вам - тем более, что читать "Мою Шамбалу" было удовольствием - поверьте, это можно сказать об очень немногих рукописях.
Сразу должен пояснить: к сожалению, я не могу обещать ничего, кроме хорошей рецензии на книгу и ее передачи в профильную редакцию. В "ЭКСМО" я "внутренний рецензент", то есть, скорее, советчик. Окончательное же решение остается не за мной и даже не за редактором - здесь вступают прежде всего мар-кетинговые (как ни жаль) соображения. То есть соот-ветствие книги формату, ее попадание в уже сущест-вующую серию и т.д.
Тем не менее, зав отделом детской и подростковой литературы совершенно права: "Моя Шамбала" должна заинтересовать редакцию современной лите-ратуры. Детские и подростковые книги в "ЭКСМО" устроены, как правило, гораздо проще и, кроме того, ориентированы на современность (или совсем отда-ленное прошлое). Мне такой отбор кажется механи-стическим, за несоответствие пресловутому формату порой отсеиваются замечательные тексты (и издаются гораздо более бедные) - но как есть.
А вот современная "большая" проза, по счастью, понимается шире, там издательство допускает жанро-вые эксперименты.
Поэтому, если говорить о сюжете "Моей Шамба-лы", я могу только повторить свою рецензию: эзоте-рика совсем не портит книгу. Наоборот: таким обра-зом раскрывается актуальная для литературы послед-них десятилетий тема "очарованного детства" (в духе Гумилева - "...Колдовской ребенок, словом останав-ливавший дождь").
"Моя Шамбала", безусловно, должна заинтересо-вать "современную" редакцию.
С уважением,
Алексей Обухов
Шеф-редактор в холдинге "Москва Медиа",
литературный рецензент издательства "Эксмо"
О повести "Моя Шамбала"
В предисловии к книге "Моя Шамбала" литератур-ный критик Алексей Обухов отмечает, что эзотерика не только не портит книгу, но помогает раскрыть "акту-альную для литературы последних десятилетий тему "очарованного детства" (в духе Гумилева - "Колдов-ской ребенок, словом останавливающий дождь".
На мой взгляд, внесенная в канву книги эзотерика выполняет более важную роль - своего рода громоотво-да от военных и послевоенных потрясений России. Дет-ские мечты, стремления, размышления и даже фанта-стические решения мальчиком драматических челове-ческих проблем читатель воспринимает как силу беско-рыстия, правды и чести, которых явно не хватает обще-ству.
Пацаны разрушенного, искареженного войной го-рода (почти все - полуголодные, многие - пополнив-шие миллионную безотцовщину!) гораздо быстрее взрослых вживаются в установившуюся новую жизнь. В романе эта жизнь не песнями звенит, не демонстра-циями ударных достижений. Все реально до боли, и до боли правдиво.
Язык героев "Моей Шамбалы" принадлежит не только героям романа, но и языку поколения. В нем и ощущение военного лихолетья, и полуэзоповские рас-суждения людей эпохи Сталина.
Особое место в книге отведено видениям юного про-видца. На первый взгляд эти видения ниспадают отку-да-то сверху, из неизученных человеком информацион-ных потоков. На самом деле этими предвидениями ав-тор показывает, что даже в юном возрасте люди могли предполагать и другие возможные варианты развития жизни. Но эта тема было как бы под запретом, и об этом старались вслух не говорить.
В легендарную страну Шамбалу, сторану Истины, нельзя попасть по желанию - туда нужно быть при-званным. В эту сказку-мечту, считает автор книги, чаще всего дорога открывается в детстве. И в большинстве случаев ее открывает "правда жизни", т.е. нечто за-стойно-равнодушное.
Кто преподает Володе уроки Шамбалы? Не школа, не "воспитательный процесс". У него учителя - Лев Толстой и древние философы. Но не только они, рядом отец с полновесной школой жизни, рядом другие люди, прошедшие огонь войны.
Среди строк романа нет надрывных слов, похожих на митинговую речь. Зато писатель не только создает образы, но и как бы рисует их на глазах читателя: "Дядя Павел пришел с фронта год назад, и я впервые увидел его мужчиной, потому что на войну он ушел в семна-дцать лет...". И далее: "Дядя Павел стоял, опустив руки и растянув губы в улыбке. Он не знал, как теперь обра-щаться к отцу... Я помнил, что до войны он называл от-ца дядей Юрой".
Дело не только в прошедших годах. В.Анишкин раз-ворачивает в романе картину иного взросления: война открыла многое не только в нациях и поколениях; в ка-ждую семью, на каждую улицу она пришла неподкуп-ным судьей.