Чтение онлайн

Лялин не одобрял сексуальную распущенность своего друга. Он мог назвать Вовчика обыкновенным раздолбаем, если бы не знал его другую, деловую сторону. А с этим у Вовчика было, как раз, всё в порядке. Он занимал серьёзную должность - начальника экономического отдела богатейшей фирмы России "Газпром". Под его началом трудилось "пятьдесят тёток с компьютерами". На тёплое место он пристроился благодаря своей сестре Татьяне - в то время депутата Государственной Думы. Однако, он удержался в должности и завоевал авторитет исключительно в силу своих деловых качеств и профессионализма. Доказательством тому служил тот факт, что Вовчика часто показывали по телевизору рядом с очень известными, можно сказать, государственного масштаба людьми. Кроме того, Вовчик регулярно бывал за границей по служебным делам. Что он там делал - не известно, но, очевидно, храня коммерческие тайны, по приезду рассказывал Лялину исключительно о грандиозных пьянках и похождениях по тамошним злачным местам. Хочется особо подчеркнуть, что за рубежом Вовчик оставался русским патриотом. Он, например, не уставал утверждать, что "заграничные чувихи" отличаются от наших баб, как "свежая капуста от кислой".

В глубине души Лялин немного завидовал Вовчику, особенно его зарплате. Каждые три месяца Вовчик зарабатывал на новый автомобиль, но не покупал их исключительно по причине дальтонизма. Мир Вовчик видел в чёрно-белых красках. За один год он мог накопить на загородный дом. Проблема была лишь в том, что Вовчик совершенно не выносил живой природы: лая собак, пения птиц, звенящей тишины сада, запаха цветов, зелени трав, пищания комаров, жужжания мух, одиночества, линии горизонта и ещё много чего. Вне города - без асфальта, запаха бензина, городского шума, телефонов, магазинов, людской толкотни и суеты Вовчик себя не мыслил. Другими словами, он был стопроцентно городским жителем.

Оставалось загадкой - куда Вовчик тратил свои огромные капиталы? Но дело обстояло таким образом, что все их совместные вылазки в свет финансировались исключительно Лялиным.

Взвесив, таким образом, все стороны Вовчика, Лялин вынужден был признать, что его друг - человек неординарный и что ему с ним интересно.

Однако, весь вопрос заключался в том, где до сих пор этот неординар шлындал? Конечно, истинный поэт всегда может скрасить время написанием пары строк или даже целого стихотворения. Однако, Лялин не находил у себя никакого желания творить. В этой связи возникал вопрос: может ли настоящий поэт не желать писать?

– Нет, не может, - вслух отвечал Лялин.

Из чего можно сделать логический вывод, что Лялин - никакой не поэт. И он этот вывод сделал.

Нужно сказать, что Лялину не впервой выносить себе столь суровый приговор. Обыкновенно, после этого он хватался за ручку и начинал лихорадочно творить, доказывая себе, что он не такой, как все. Однако, сегодня это не случилось. Лялин был спокоен, как удав, и удивительно равнодушен к своему поэтическому будущему. "Значит, с поэзией всё?" - спросил он себя.
– "Тогда, какого чёрта меня занесло в этот грёбанный ИСИ на зарплату, которой не хватит даже на дорогу в этот институт?".

Ответить на вопрос ему не дал уверенный стук в дверь. Кому ещё быть, как не Вовчику?

Немного выждав, для солидности, Лялин крикнул:

– Кто там?

– Свои, - ответил приглушённый, но узнаваемый голос.

– Входи, открыто.

Часть 8. Вечер, "хата" ...

В комнату вошёл не высокий молодой человек плотного телосложения, с длинными русыми волосами и массивным носом уточкой, на котором, как естественная и неотъемлемая часть лица, смотрелись очки в тяжёлой роговой оправе. Вовчик всегда сутулился, но сегодня его сутулость была значительно заметнее. Это был верный признак его скверного настроения.

Следом за Вовчиком в архив вплыла Светка с двумя полиэтиленовыми сумками в руках. Она мало походила на самою себя: исподлобья она бросала взгляды на Вовчика, без обычного обожания и даже с ненавистью. Стало ясно, что любовники поссорились и, если они не помирятся, то вечер будет испорчен. Однажды Лялин стал свидетелем ссоры подобного накала и, не вмешайся он тогда, парочка точно бы передралась.

Причина нынешней ссоры Лялину стала очевидной после того, как в комнату нерешительно вошла незнакомая девушка. Глядя на её белые с шелковистым отливом волосы, огромные голубые глаза, аккуратный курносый носик, мило припухшие губы и потрясающую фигуру с чётко очерченными бугорками грудей - у Лялина произошло самопроизвольное и обильное слюновыделение: в их компанию не часто залетали столь аппетитные птички.

Тем временем, Вовчик с видом человека, которому в архиве всё знакомо и успело до смерти надоесть, прошагал к письменному столу и небрежно произнёс:

– Смелее, девочки! Вот это и есть наша штаб-квартира. Будьте здесь как дома, но не забывайте, что находитесь на сверхсекретном объекте.

Если кому и нужно было это озвучивать, то не Вовчику. Такая наглость, конечно, была следствием того, что Вовчик находился не в своей тарелке. Он был слишком возбуждён и суетлив. Только это остановило Лялина от того, чтобы не поставить друга на своё место.

Незнакомка была представлена Лялину после его неоднократных намёков, Светкой, но как-то уж очень небрежно:

– Ах, ну да. Это - Алла.

Лялин и рта не успел открыть, как между ним и девушкой возник Вовчик, подхватил её под локоток и повёл к столу, минуя ошарашенную Светку:

– Алла, давайте я помогу вам устроиться поудобнее, - неприятно улыбаясь, сказал Вовчик.
– Егор, где у нас тут стулья?

– Стульев тут отродясь не было, - ответил Лялин, переглянувшись со Светкой.
– Сесть можно на пачки с анкетами.

– Вот видишь, Алла, у нас тут всё не обычно, - суетливо проговорил Вовчик и принялся складывать пачки так, чтобы на них можно было усесться вдвоём.

Поведение Вовчика не лезло ни в какие ворота. Слишком было очевидно, что он решил приударить за смазливой Аллой.

Пока Светка накрывала стол, Вовчик сыпал анекдотами. У него всегда наготове было с десяток новых историй. Такое впечатление, что "Газпром" и есть, то загадочное место, где рождались все анекдоты.

Вовчик был в ударе. Объективно, анекдоты были смешны, но он старался исключительно ради Аллы. От этого Лялину и Светке было не до смеха. Алла, однако, тоже не смеялась. Она реагировала как-то странно, точнее сказать, никак не реагировала. Немигающими глазами она просто смотрела в рот Вовчику, как будто ждала, что оттуда должно что-то вылететь.

Вовчик приступил к очередной истории, но Светка довольно жёстко наступила ему на ногу.

– Ой! С ума сошла!
– дёрнулся Вовчик.

– Хватит трепаться, кушать подано, - сказала Светка, сверкнув зелёными глазами.

На столе красовался классический набор - бутылка водки, хлеб, колбаса, плавленый сырок "Дружба", пакет томатного сока и неоткрытая пока банка кильки в томатном соусе.

Вовчик довольно улыбнулся и потёр руки:

– У меня сегодня боевой настрой.

– С чего бы это?
– презрительно улыбнулась Светка.