Чтение онлайн

Жизнь, которая должна идти своим чередом никто не отменял. Поднимаюсь с кровати, действую по отлаженному механизму, на автомате. Так легче, когда у тебя есть режим, план которому ты следуешь каждый день. Занимаешь себя настолько, что не остается и секунды на мысли и чувства. Если уйти в себя, в депрессию и самокопание, то можно оттуда и не выбраться.

Принимаю душ, сушу волосы, осматриваю себя в зеркало и понимаю, что старею. Нет, раньше я этого не замечала, мне казалась что в тридцать я еще молода, но после того как меня променяли на восемнадцатилетнюю, я стала задумываться о своем возрасте чаще. Беру косметичку, рассматриваю ее содержимое, и понимаю, что не хочу сегодня наносить макияж. Зачем? Я не собираюсь никого привлекать. Закрываю косметичку, выходя из ванной. На часах только семь часов утра, до начала рабочего дня еще два часа, но последние дни я не могу долго спать. Когда со мной был Леша, я вечно опаздывала на работу, а сейчас мне просто не спится.

Прохожу на кухню, варю себе кофе, сажусь за стол и смотрю в окно. Я одна, Антошка у мамы, его выписали из больницы, но в школу ему еще нельзя. Кручу в руках телефон, постоянно посматривая на часы, отсчитывая медленно тянущееся время. А может плюнуть на все и всех, взять отпуск за свой счет и рвануть куда- нибудь с Антоном? Развеяться, забыть обо всем.

Телефон неожиданно оживает в руках, смотрю на дисплей. Леша. Ну что ему надо? Что же он душу мне рвет!? Разве он не понимает, что я не могу пока с ним общаться! Но все же поднимаю трубку.

– Да. Что-то случилось?

– Привет, - так тепло произносит он, как будто мы и не расставались.
– Нет, все хорошо. Как ты?

– Нормально, - отвечаю я, понимая, что это самый честный ответ. Я нормально, не хорошо, но и не плохо. Никак. - Как Ангелина?
– спрашиваю я. Мне действительно интересно, как она. Несмотря ни на что, она моя племянница, я не желаю ей ничего плохого. В том, что с ней произошло, есть и моя вина, я должна была понимать, что она в таком возрасте, где все на грани. Но мои эмоции взяли верх над разумом. Это потом я поняла, что Лина здесь ни при чем. Меня просто не любили. Не было бы ее, был бы кто-нибудь другой. И возможно хорошо, что это произошло именно сейчас, а не после нашей свадьбы, я не хотела бы узнать спустя несколько лет, что со мной живут только ради удобства. Нет, мне тоже было с ним удобно и комфортно. Я чувствовала себя нужной и защищенной. И по-своему любила. А он нет.... А я не хочу, чтобы со мной жили, потому что надо. Я хочу, чтобы меня любили просто так.

– С Ангелиной все хорошо. Боли почти прошли, но врач до сих пор не может мне сказать, когда ее выпишут, - я замечаю, как поразительно меняется его голос, когда он говорит о ней с таким трепетом. Я видела как он переживал за нее в больнице. Я еще ни разу не видела, чтобы мужчина настолько страдал, ходил как тень, словно не живой и не отходил от нее ни на минуту. Однажды я пришла в больницу, остановилась возле ее палаты, и услышала как он с ней разговаривает, вот тогда я окончательно поняла что он вообще ко мне ничего не чувствовал. В каждом его слове к ней, в каждом вздохе и жесте, чувствовалась безграничная любовь. Лина его не слышала, а он все говорил и говорил с ней. С этого дня я больше не появлялась в больнице, я просто поняла, что не смогу этого выносить.

– Главное, что она идет на поправку, - уверенно говорю.

– Да, врачи дают оптимистичные прогнозы, - отвечает он. - Как Антон?
– с интересом спрашивает он. Порой мне кажется, что Леша жил со мной только ради Антона. Он настолько привязан к моему сыну, словно он ему родной.

– Все хорошо. Он у мамы. Я работаю и не могу сейчас оставлять его одного, - отвечаю я.

– Я хотел бы сегодня с ним встретиться, погулять пару часов, поговорить. Объяснить ему все, - немного грустно произносит он.

– Да, конечно, наверное, пришло время все ему рассказать, - глубоко вдыхаю, боюсь, что мой мальчик может нас не понять, уйти в себя, или... Я даже не знаю какой реакции от него ожидать, но и тянуть тоже больше нельзя.
– Леш, пожалуйста, сделай это так, чтобы он не страдал. Он так привязан к тебе, я так боюсь его этим ранить, - прошу я.

– Марин. Все будет хорошо. Я найду нужные слова. Тем более что он всегда останется моим другом, а я его. Я хотел бы пообещать ему дальнейшее общение как раньше. Надеюсь, ты не будешь против?

– Нет, не буду. Даже если я и захочу, я не могу запретить ему общаться с тобой. Он мне этого не простит, - отвечаю я, надеясь, что у Леши все получится, и мой мальчик не разочаруется в людях.

– Тогда договорились. Может, когда мы с ним поговорим, ты присоединишься к нам за обедом в свой перерыв, - так беспечно интересуется он, как будто это все в порядке вещей. Ему легко со мной общаться, мне с ним нет!

– Леш, не надо. Друзьями мы вряд ли останемся. Я просто не могу. Нам не стоит видеться. Я желаю вам счастья и Лине скорейшего выздоровления. Поверь, я говорю искренне. Но дружить семьями мы не будем, - неужели он этот не понимает? Я даже не могу пересилить себя, и просто проведать Лину в больнице. Нет, я не ненавижу ее, уже не злюсь и ни в чем не обвиняю, и даже не ревную. Я просто не могу с ней встречаться...

***

Последнее время работаю я тоже на автомате. Слава богу, сейчас у меня нет важных отчетов и прочего, иначе я бы все завалила. В голове полный туман, который я никак не могу прогнать. Никакой ясности мысли. Недавно звонила Ксения, что-то весело щебетала в трубку, зовя с собой по магазинам или в салон. Рассказывала забавные истории о своем маленьком сынишке, я слушала ее, понимала, и даже отвечала дежурными фразами. Я понимаю, зачем она это делает, ведя со мной непринужденные беседы, она хочет меня отвлечь, поддержать, но все тщетно. Я себя знаю, мне это не поможет. Мне просто нужно пережить все самой, переболеть и я обязательно приду в себя. Должна прийти. У меня просто нет выбора.

– Марина? Почему вы не ушли на обед?
– удивленно спрашивает меня Константин Викторович.

– Я не голодна, да и работы поднакопилось за время, которое я провела с ребенком в больнице, - отвечаю начальнику, делая, вид что работаю, а на самом деле просто пялюсь в монитор.

– Кстати, как чувствует себя Ваш сын?
– искренне интересуется он.

– Спасибо, хорошо, - отвечаю я, отрываясь от компьютера, осматривая начальника. Его судьбе не позавидуешь. Казалось бы, успешный человек, все есть, всего добился. Но судьба его не пощадила, она забрала у него жену, которую он безумно любил. У него осталась прекрасная дочка. Девочка еще до конца не справилась со смертью матери, не принимает и не подпускает к себе чужих людей. Не знаю, чем я ей приглянулась, и с чего она взяла, что мне можно доверять, но девочка как то сразу пошла со мной на контакт, чем удивила даже собственного отца. Пару раз Константин просил меня помочь ему с дочерью, и я с удовольствием с ней общалась.

– Марина, у вас что-то случилось?
– спрашивает он меня.

– Нет, с чего вы взяли, все уже, слава Богу, хорошо.

– Просто я спросил про ребенка, и вы сказали, что все хорошо. И племянница Ваша тоже, как вы вчера говорили, идет на поправку, но на Вас который день нет лица, и на обед вы не первый день не ходите, прикрываясь работай, - отвечает он, подходя ко мне ближе, облокачиваясь на соседний стол.

– Это личное, - честно отвечаю ему я.
– Понимаю, что мало последнее время работала, но я хотела бы попросить у Вас неделю отпуска за свой счет, мне просто необходимо отдохнуть, привести мысли в порядок, побыть с сыном.