Чтение онлайн

Затем, широко разведя руки, он отошел в сторону от Роха, на середину тропы. Он постоял там, затем осторожно повернулся, оглядев каждую пядь зарослей, пока не увидел странную тень, которую искал — но не на земле. Огромные глаза смотрели на него сверху.

Он сделал знак, какой делал Леллин. И когда не заметил никакой реакции, согнул здоровую ногу и неуклюже опустился на колени, по-прежнему с широко разведенными руками, чтобы было видно, что у него нет оружия.

Существо зашевелилось. Невероятно, как оно могло так легко спускаться, даже не прибегая к помощи ветвей, а просто цепляясь за кору дерева. Оно смотрело на него, высокое, длиннорукое. Теперь щебет раздавался повсюду, тени двигались, выбираясь на тропу.

Они нависали над ним, стоящим на коленях, словно башни. Он продолжал оставаться совершенно неподвижным, а они касались руками его плеч и рук; длинные сильные пальцы хватались за одежду и доспехи, вызывая непривычные ощущения. Они подняли Вейни на ноги, и он повернулся и с дрожью поглядел в их лица.

Они что-то говорили ему, хватались за его одежду, в их быстрых голосах звучал гнев.

— Нет, — прошептал он и тщательно прожестикулировал: друг, друг — рука, прижатая к сердцу.

Никакого ответа. Он медленно поднял руку и показал в направлении, в котором хотел продолжать путь, но они не собирались отпускать его. Они подтащили его к Роху, который стоял неподвижно в их нечеловеческих руках.

Он попытался высвободиться из их рук и двинуться по направлению к Роху, но его не выпустили. Он насчитал их десять… двадцать. Темные лица, бездонные глаза казались невосприимчивыми к логике и эмоциям.

— Это хейрилы, — сказал он тихо Роху. — Обитатели леса.

— Союзники Моргейн?

— Нет. Они сами по себе.

Ночь уже наступила, погас последний луч заката. К ним выходило все больше и больше хейрилов, все они говорили одновременно и голоса их звучали как шум водопада. Но наконец появились другие тени, которые просто стояли и смотрели, и внезапно наступила тишина.

— Амулет, — сказал Вейни. — Рох, амулет. Он еще у тебя?

Рох очень медленно сунул руку за ворот и достал его. Он засиял в свете звезд — серебряный круг, дрожащий в ладони Роха. Один из хейрилов протянул руку, прикоснулся к нему и что-то тихо прощебетал.

Затем один из самых высоких, пришедших позже, двинулся вперед походкой цапли, несколько раз останавливаясь и, похоже, не торопясь. Он тоже потрогал амулет, прикоснулся к лицу Роха. Он заговорил, и звук был тихим, глубоким, словно пение лягушки.

Вейни снова осторожно поднял руку, показывая на тропу, по которой хотел идти.

Опять никакого ответа. Он сделал шаг, и никто не вмешался. Он сделал еще шаг, и еще, и еще, идя очень осторожно, поднял свой меч и сунул его в ножны. Рох двинулся следом, подобрав свой лук. Хейрилы не издали ни звука. Они уходили, шаг за шагом.

Медленно следуя по тропе, они спустились с холма. Никто им не препятствовал. Тропа привела их к ручью и там исчезла, оставалось только идти по течению. Позади хрустели кусты. С деревьев доносилось щебетание.

— Ты с самого начала так и планировал? — прошептал Рох. — Шайен это понял. Жаль, что мне не удалось.

— А что планировал ты? — полушепотом сказал Вейни в ответ. — Я обещал идти с тобой и защищать твою спину, кузен, и только. Но что ты пообещал Фвару, что его так порадовало?

— А что, по-твоему, я мог ему обещать?

Он ничего не ответил и не остановился — продолжал идти, прихрамывая, по корням и мху. Под их ногами журчала вода, но они не решались склониться над ручьем и вволю напиться, пока в горле не начало невыносимо саднить.

Вейни опустился на колено и зачерпнул в ладонь прекрасной прохладной влаги, Рох последовал его примеру. Зашуршали кусты. Сверху посыпались листья и ветки, падая возле них в воду. Они поднялись не дожидаясь, пока начнут падать более крупные сучья. В лесу двигались тени. Они пошли дальше, и шелест в кустах затих.

Настало время отдохнуть. Они покинули ручей, выйдя к заманчивой тропе. Вейни опустился на землю, поглаживая колено, а Рох растянулся на листве, тяжело дыша. Их окружала тьма.

Внезапно ветви вокруг начали трястись. Послышался треск, в опасной близости от них, сломав молодое деревце, упал здоровенный сук. Вейни поднялся, цепляясь за ветви. Рох с большим трудом тоже встал. Треск в ветвях подгонял их. Они пошли, и треск прекратился.

— Как долго они будут нас гнать? — спросил Рох. Голос его дрожал от изнеможения. — Куда они нас ведут?

— До утра. Прочь из их лесов. — Он держался за больную ногу и тяжело припадал на нее. Боль слепила глаза. Он думал: хейрилы и так сделали большую уступку, не убив их, как остальных. Наверное, двое-трое из них вспомнили, что он проходил через лес в сопровождении кел — если у них есть память, если за темными глазами вообще что-нибудь существует, хоть какое-то подобие человеческих мыслей.

Жестокие, как сама природа, они хотят, чтобы в их лесах не маячили чужаки. Он понял, что возможность уйти для них была верхом милосердия хейрилов. Они повстречали еще одну, более широкую тропу, но после нескольких шагов по ней из кустов в лица им полетели пригоршни листьев и щебет стал гневным.

— Назад, — сказал Вейни, потащив за собой Роха, который, видимо, хотел поступить иначе, и они пошли по почти непроходимой тропе, которая уводила их в глубину леса.

Он упал. Ладони его зарылись в листья, и некоторое время он лежал неподвижно, пока щебет неподалеку не предупредил его, что надо идти, и Рох с проклятьями не схватил его за руку. — Вставай, — сказал Рох, и, когда он вскарабкался на ноги, положил руку Вейни себе на плечо и потащил, пока тот не очнулся.