Чтение онлайн

— Будешь писать?

— Нет, не буду. Или напишу отписку, что пока не поняла. Я недавно читала про китайский синдром у американских военнопленных, воевавших в Корее в прошлом веке. Китайские коммунисты использовали «политику терпения» в отношении пленных американцев. Там тоже все начиналось с небольших писем, как к ним хорошо относятся в плену, как их вкусно кормят. Их и правда начинали лучше кормить, если такие письма были написаны. Затем просили написать, какие есть недостатки в родной стране. Затем просили написать, какие они видят плюсы в коммунистическом строе. В результате таких маленьких уступок человек начинал верить, что стал предателем своей страны и полностью переходил под красные знамена коммунистической идеи. Примечательно, что в китайских лагерях военнопленных не было ни одного побега, тогда как из корейских лагерей пленные постоянно пытались сбежать. Похоже, что американцы успешно переработали китайский опыт и теперь предлагают написать похожие письма в виде отчетов.

— Да? Очень интересно, потом почитаю про китайские синдромы. Мне тоже предлагали такую бумагу настрочить.

— Вот видишь? Очень похоже.

— Что будешь делать с тренировками? Когда можно приступать к нагрузкам?

— Сегодня можно легкую разминку сделать и растяжку, завтра уже можно в полную силу заниматься. Но я что — то расклеилась. Зачем мы здесь? Из нас делают каких — то монстров. Тебя вчера чуть не убили, мне досталось. А для чего? Из — за денег? Я не хочу участвовать уже в этой программе. Да и работа с нашим начальником уже не мечта, а каторга. Не хочу быть грушей для битья! И чтобы ты вместо меня подставлялся, не хочу, — Наташа закрыла лицо руками и тихонько заплакала. Ненавижу слезы.

Присел рядом на кровать и приобнял плачущую девушку. Стал гладить по голове, успокаивая: — Натуль, все в порядке будет. Держись. Испытания пройдем и поедем домой, как ни в чем не бывало. Дома проблемы все порешаем. Ты главное сейчас не наломай дров, лучше потерпеть, чем на штрафы или неустойки попасть… О! А ты знаешь новость? Наша Катя сегодня Макса в спарринге уделала, руку ему сломала. В капсулу его не положили, будет до послезавтра восстанавливаться.

Наташа перестала плакать и посмотрела на меня мокрыми глазами. — Что, правда, что ли? Вот Катька безбашенная! Ее же Макс съест!

— Да не съест, не успеет. Похоже, Катя собралась покинуть наш тесный коллектив в ближайшем будущем.

— А ты? Уйдешь с ней? — Наташа требовательно посмотрела мне прямо в глаза.

— Нет, не пойду. Ею, похоже, какой — то американский хрен заинтересовался. Предложил посодействовать с переходом в американский филиал корпорации. Я в тех раскладах никаким боком не участвую.

— А хотел бы?

— Нет. Менять страну в мои планы не входит. Даже из — за девушки.

— То есть ты готов с Катей расстаться?

— Она красивая и умная.

— Ты не ответил.

— Ты тоже. Прошлый ответ, что беспокоишься обо мне просто как о друге, не засчитан.

— Почему? Я беспокоюсь о тебе просто так.

Я встал с кровати и пошел к двери. — Ну, тогда тем более. Выздоравливай.

— Леша! — окликнула меня Наталья. — Может, сходим вечером потренируемся в стрельбе? Составишь мне компанию?

Кабинет босса в кампусе г. Маунтин — Вью, Калифорния.

В кабинете начальницы стояла гнетущая атмосфера. Перед сидящей женщиной неуверенно переминался молодой человек в деловом костюме. Мисс Вандер, пребывая в отвратительном, выговаривала собеседнику по телефону:

— Мистер Макартур, я правильно понимаю, что с особо охраняемого объекта пропало вместе с лаборантом особо ценное оборудование?!?

— … Но как он мог вынести ключ? У вас же там ничего вынести невозможно!

— … Что значит, никто не застрахован? Вы, Роберт, именно вы не застрахованы! А знаете, что я вам скажу? Это халатность! Преступная халатность! И куда же он делся?

— … Слова «я не знаю» не могут звучать от настоящего начальника службы безопасности! Подключайте полицию, АНБ, Интерпол, но, чтобы ключ был возвращен до конца дня!

Женщина в бешенстве грохнула трубку на телефонный аппарат.

— Не могут они найти по вживленным чипам двух человек! Как такое может быть?! Зачем мы тогда вообще эту чипизацию внедряем? А вы, Алон, как принимали вчера дела, что сегодня ничего не работает?!

— Мисс Вандер, позвольте, я все объясню. Вчера я принял только текущие дела у Дулиттла. Все тесты оборудования были положительные. Сегодня с утра тоже все работает. Мы даже успешно поменяли в настройках безопасности уровни доступа участников проекта к разным слоям информации. Все программы работают в штатном режиме.

— Мистер Смит, не заставляйте меня сомневаться в своем выборе! Вы считаете, что нет проблем из — за пропажи ключа?

— В настоящий момент проблем нет. Искин ошибок не дает, отклики идут как обычно. Проблемы могут возникнуть, если Мо начнет выходить из — под контроля. Заблокировать ее работу без ключа мы не сможем. Но предпосылок для такого развития событий пока нет. Пусть все работает, как работает. Какое — то время нам понадобится, чтобы создать второй ключ. А пропажа мастер — ключа не более чем досадное происшествие. Я даже не представляю, как этот лаборант сможет воспользоваться ключом.

— Да как вообще можно было вынести незаметно ключ из лаборатории?

— Ключ представляет собой микросхему по размерам чуть больше флэшки. Я не знаю, проглотил его лаборант или запихал куда, но ключ можно было вынести только в себе. Мы узнали об этой возможности только сегодня и устраним эту проблему, когда будем делать новый ключ.

— Есть какие — то идеи?

— На вскидку, самое простое решение — сделать ключ в виде большого и тяжелого сейфа, чтобы его нельзя было незаметно унести.

— В случае угрозы со стороны искина можно будет просто отключить серверы, на которых работает его оболочка?

Парень почесал задумчиво голову. — В принципе, можем. Но его работа настроена таким образом, что при аварийном обесточивании какого — то сервера, на себя принимают нагрузку другие серверы. У Корпорации много дата — центров, нам придется отключить все центры одновременно. Но, вы представляете, какой это будет глобальный сбой? Возможны убытки у наших клиентов и претензии от различных органов власти.