Мореход
Шрифт:
– Помоги Илане, - сказал ему, а сам поспешил из подвала, но затем остановился и громко сказал, - Предупреждаю всех, если среди вас есть безмозглый идиот, который сейчас начнёт шуметь, качать права, чем взбудоражит пиратский посёлок, пусть лучше сам повесится, иначе мне придётся всех вас кинуть на произвол судьбы и уходить самостоятельно.
В камерах зашумели, но я не стал больше слушать, о чём они там говорят, а побежал наверх. Но Илана наших освобождённых моряков организовала за пять минут, а ещё через пять, тылами увела к причалу. Нужно сказать, что на ногах не стояли лишь четверо, ещё одиннадцать человек имели средний вид потрёпанности, а остальные были легкоранены, но вёслами обещали махать все. Впрочем, ветер почти попутный, поэтому махать им вряд ли придётся.
Вскоре во дворе в воловьей упряжке стояли три двухосные арбы, в доме везде горел свет, один из рабов свежевал ягуара, а остальные выносили и грузили ценное имущество. Особенно мне понравился большой набор серебряной посуды и три десятка красивых позолоченных ламп. Нагрузить всякой всячины можно было очень много, но широко развернуться не позволяло время.
К моменту выезда в одной из арб сладко спал мастер Кью, а рядом с узлами личных вещей выстраивались проживающие в вилле рабы и рабыни. Нам с Иланой давно нужно было увеличить численность говорящего имущества, так как мои домашние полностью "зашиваются", вот и выберем из них нужный контингент, а остальных продадим.
Лола, невеста Ларта, тоже нашлась и сейчас восседала на первой арбе. Все эти дни она жила на женской половине дома под надзором евнуха, управляющего местным хозяйством, который поклялся, что её здесь никто не трогал. Внешне девчонка выглядела нормально, но перед тем, как выводить раненных, Илана у неё всё же спросила:
– Тебя здесь не обидели?
– Обижали, кормили за рабским столом, - недовольно и зло пробормотала та, немного помолчала и молвила, - Взаперти держали.
– Теперь всё позади, завтра будешь дома у жениха, он мальчик хороший, - сказала ей Илана и отошла, а мне по внутренней связи добавила, - Да, стервозный подарочек Ларту попался.
– Ха! Ларт ещё тот жук, думаю, что друг друга они стоят. Но теперь это уже их проблемы.
Искать тайники и заначки не пришлось, золото и серебро были уложены в сундук, находящийся в кабинете Кровавого Капитана. Думаю, что ему и в голову не могло прийти, что кто-то там может ковыряться. Если перевести на зеолы, то было в мешках всего семьсот тридцать монет текущих поступлений, остальные здесь не хранились. Но меня настоящее положение дел вполне устроило, задумку удалось выполнить, осталось лишь нормально добраться домой.
– Рэд, мы на причале, - в наушниках раздался голос Иланы, - Пока ещё прилив, так что галеру смогут снять без проблем. Мальчики радуются, как дети!
– Прекрасно, мы тоже выступаем и минут через двадцать будем. Пусть готовятся к погрузке, - сказал я и взял переднего вола за хомут.
Этот вид транспорта, к сожалению, ужасно медлительный, зато будет двигаться, как дорожный каток и именно туда, куда его поведут. Через двадцать три минуты мы были на месте и имели удовольствие лицезреть нашу поселковую галеру, пришвартованную к грузовому причалу. Ещё какое-то время заняли погрузочные работы, после чего отвели арбы от берега и, наконец, я уселся в баркас к Хуа и Виду. Илана с остальными моими курсантами осталась на галере, она будет лечить раненных, а парни помогать матросам. Ну и, естественно, присматривать за моим имуществом.
– А это что?!
– кивнул на раскиданные по баркасу бронзовый отражатель, большую лампу, кучу железного оружия и доспехов.
– Так добро собрали, - недоумённо ответил мой слуга.
– Хорошо, что тряпьё не притащили, - успокоился я, при этом особо не прислушиваясь к его тихому и недовольному бормотанию.
– Вовремя мы, скоро будет рассвет, - сказал Вид и кивнул головой на посветлевшее небо.
Глава 6
Каким-то образом информация о набеге разлетелась очень быстро и проникла за территорию обеих городских стен. Неожиданно мы с Иланой стали весьма популярны, и не только в посёлке, но и в столице. Ели после похода за мехами о нас говорили лишь в узких кругах богатых торговцев и солидных наёмников, то сейчас здоровались и кланялись совсем незнакомые люди и в самых неожиданных местах. Теперь даже на центральных городских воротах не останавливали ни разу, стражники лишь молча кланялись и пропускали без вопросов в одну и в другую сторону.
В нашем меховом магазине тоже клиентуры прибавилось, особенно зачастили молодые аристократы от шестнадцати и старше. Уж не знаю, откуда они узнали, что налёт на пиратов это именно наша работа, но каждый норовил поближе познакомиться и получить информацию из первых рук. А ведь раньше ни один из них с нами даже не разговаривал нормально, тыкал в меховые изделия пальцем и цедил сквозь зубы одно-два слова, сейчас же тональность общения изменилась коренным образом.
– Расскажите!
– приставали ко мне, - Расскажите, прошу вас, это правда, что вы ходили в набег на одном баркасе? И разгромили весь пиратский посёлок, захватили в плен тестя Кровавого Капитана и убили две сотни пиратов? И привезли три сундука с золотом и целый корабль рабов?
В среде высшей знати связи мне были нужны, поэтому усаживал их за столик, наливал в трофейные серебряные кубки хорошего вина и обстоятельно рассказывал всё, что считал нужным. А когда они уходили, то слышал за спиной:
– Видишь, - громко шептал один из них, - а не говорит, что его жена ведьма.
– Да, - отвечал второй, - без ведьмы у него ничего бы не получилось.
– Точно!
– сказал третий, - Вот будь у меня собственная ведьма, я бы не какого-то там тестя, а самого Кровавого Капитана в плен захватил!
На третий день по возвращению из набега к нашему дому прямо с утра прискакал курьер тригорниса (адмирала) Грума, командовавшего первой эскадрой боевых кораблей империи. Во врученном свитке, перевязанном лентой с подвешенным серебряным жетоном (пропуском в Верхний город), было приглашение посетить его дворец в день бога-отца Портала, то есть, завтра, сразу же после сиесты.
Вопроса идти или нет, не стояло. Насколько мне было известно, почти все высшие командные посты в военно-морском флоте занимали члены императорской семьи, и служить они начинали на кораблях почти с детства.