Монстр
Шрифт:
– Не заикаться!
– неожиданно рявкнул Джек прямо ему в лицо Перепуганный насмерть Дэнни вскрикнул, напрягаясь всем телом, в попытке вырваться из отцовских рук, а потом разразился слезами. Потрясенный Джек притянул его к себе.
– Ну, извини, милый. Извини, док. Не плачь. Прости меня. Все в порядке.
Вода нескончаемой струей бежала в раковину, и Венди ощутила, что внезапно ступила в некий мучительный кошмар, где время текло вспять, обратно к тем временам, когда её пьяный муж, сломав сыну руку, потом скулил над ним почти теми же словами.
(Прости милый. Извини, док. Пожалуйста. Мне так жаль.)
Она подбежала к ним, каким-то образом сумела не без
труда извлечь Дэнни из объятий Джека (на лице мужа она заметила выражение сердитого упрека, но отмахнулась от него, чтоб обдумать позже) и подхватила мальчика на руки.
Она прошла с ним обратно в маленькую спальню, Денни судорожно хватался руками за её шею. Джек шел следом.
Присев к Дэнни на кровать, Венди принялась покачивать его, успокаивая бессмысленными словами, которые повторяла раз за разом. Она подняла глаза на Джека, теперь в его взгляде была только тревога. Он вопросительно поднял брови.
Она легонько тряхнула головой.
– Дэнни, - говорила она.
– Денни, Дэнни. Дэнни. Все отлично, док. Все в порядке.
Наконец, Дэнни затих и только слабо дрожал в объятиях матери. Но все же сперва он обратился к Джеку - к Джеку, который теперь сидел рядом с ними на кровати - и она ощутила слабый укол прежней (Сперва к нему, и всегда на первом месите был он)
ревности. Джек накричал на мальчика, она его успокоила, но все-таки это отцу Дэнни сказал:
– Прости, пап. Я вел себя плохо?
– Извиняться не за что, док.
– Джек взъерошил ему волосы.
– Что, черт возьми, там стряслось?
– Я... Я не знаю. Почему ты мне сказал "не заикаться", папа? Я не заикаюсь.
– Нет, конечно, - искренне сказал Джек, но Венди почувствовала, будто к сердцу прикоснулись холодные пальцы.
Джек вдруг показался таким испуганным, словно только что увидел привидение.
– Что-то про таймер...
– пробормотал Дэнни.
– Что?
– Джек подался вперед, а Дэнни вздрогнул и прижался к матери.
– Джек, ты пугаешь его!
– сказала Венди, голос был тонким, а тон обвиняющим. Ей вдруг пришло в голову, что напуганы они все. Но чем?
– Не знаю, не знаю, - говорил Дэнни отцу.
– Что... что я говорил, пап?
– Ничего, - пробормотал Джек. Он вытащил из бокового кармана носовой платок и обтер губы. У Венди снова ненадолго возникло тошнотворное ощущение, что время пошло вспять. Жест был ей хорошо знаком с той поры, когда Джек пил.
– Почему ты запер дверь, Дэнни?
– осторожно спросила она.
– Зачем ты это сделал?
– Тони, - сказал он.
– Тони мне велел.
Они обменялись взглядами поверх головы сына.
ИЗ
– А зачем, Тони не сказал, сынок?
– спокойно спросил Джек.
– Я чистил зубы и думал про чтение, - сказал Дэнни.
– Очень сильно думал, правда. И... и в зеркале увидел Тони, далеко. Он сказал, что опять должен показать мне.
– Ты хочешь сказать, он был у тебя за спиной?
– Нет, он был в зеркале внутри, - это Дэнни особенно подчеркнул. Далеко, в глубине. И я пришел сквозь зеркало.
А дальше я помню, как папа меня тряс, и я подумал, что снова был нехорошим.
Джек вздрогнул, как от удара.
– Нет, док, - тихо сказал он.
– Тони велел тебе запереть дверь?
– спросила Венди, ероша ему волосы.
– Да.
– И что же он хотел тебе показать?
Дэнни в её объятиях напрягся, будто мышцы его тела натянулись подобно струнам рояля.
– Не помню, - сказал он вне себя от горя.
– Я не помню.
Не спрашивай. Я... Я ничего не помню.
– Ш-ш, - встревоженно сказала Венди. Она опять принялась качать его. Не помнишь - и не надо, ничего страшного.
Наконец, Дэнни снова начал расслабляться.
– Хочешь, я ещё немножко посижу с тобой? Почитаю тебе?
– Нет. Только ночник.
– Он робко взглянул на отца.
– Пап, посидишь со мной? Одну минуточку?
– Конечно, док.
Венди вздохнула.
– Я буду в гостиной, Джек.
– Ладно.
Она поднялась и посмотрела, как Дэнни забирается под одеяло. Он казался очень маленьким.
– Ты уверен, что с тобой все в порядке, Дэнни?
– Угу. Сунь мне сюда Снупи, мам.
Она включила ночник и стал виден Снупи, который глубоким сном спал на крыше своей конуры. Пока они не переехали в "Оверлук", Дэнни ночник не требовался, а здесь он специально попросил об этом. Она выключила лампу и снова посмотрела на них: белеющее маленьким пятном личико Дэнни, над ним лицо Джека. Она чуть помедлила,
(а потом я прошел сквозь зеркало)
а потом тихонько оставила их одних.
– Засыпаешь?
– спросил Джек, откидывая Дэнни волосы со лба.
– Ага.
– Хочешь глоток воды?
– Нет...
На пять минут воцарилось молчание. Дэнни все ещё был под рукой Джека. Думая, что мальчик уснул, он уже собрался было встать и тихонько уйти, но Дэнни в полусне сказал:
– Роке.
Джек повернулся обратно, ощутив глубоко внутри сигяал тревоги.
– Дэнни?
– Ты не сделаешь маме больно, да, пап?
– Нет.
– А мне?
– Нет.