Молот
Шрифт:
Резко тормозит, поворачивает девушку к себе, смотрит в испуганные глаза.
«Кошка, ты не поверишь, я сам испугался. Первый раз испугался, что могу больше не увидеть тебя»
Его глаза жадно шарят по ее лицу. Руки сжимают плечи.
— Ты сам испугался, да? У тебя в глазах страх.
«Все-то ты понимаешь, моя кошка»
Горячие губы накрывают ее холодные. Вмиг не хватает воздуха, Артем целует так, как целует только он, выпивая все дыхание. Жарко. Дико. Остро. Словно не целовал целую вечность.
Глава 36
— Артем, Артем, постой, погоди.
Аня упиралась ладонями в плечи мужчины, пытаясь рассмотреть его глаза и лицо, но в темной прихожей совершенно ничего не было видно. Они ввалились в квартиру, продолжая целоваться, хотя, кажется, и не останавливались всю дорогу.
После того горячего поцелуя на трассе Артем, снова утопив педаль газа в пол, увозил девушку далеко от этого места. Ему не терпелось вновь почувствовать вкус Аниных губ, гладкость ее кожи, и боль, что оставляли на спине и плечах ее острые ноготки, с силой впивающиеся в нее.
Все происходило так быстро, скорость, резкое торможение. Артем, схватив девушку за руку, тащит в подъезд, удивленный и сонный консьерж провожает их долгим взглядом. Только когда он впихнул девушку в открытую дверь квартиры, не переставая целовать, Аня поняла, что он привез ее к себе.
Резкий толчок, мужчина с силой прижимает Аню к стене, руки шарят по всему телу. Артем стягивает с нее джинсовку, тут же футболку, расстегивает бюстгальтер, все вещи летят им под ноги. Горячие губы обжигают грудь поцелуями, там же, на полу остаются кроссовки и джинсы. Вокруг темно и очень жарко, Аня чувствует под руками обнаженную грудь Артема, он такой сильный, под кожей напряжена каждая мышца.
— Артем, постой.
Упирается в него руками, но мужчина успевает подхватить ее под ягодицы, девушке ничего не остается, как обхватить его талию ногами. Он замирает лишь на миг, но тут же целует в шею.
— Ты словно безумный, господи, Артем.
Аня сама гладит его по плечам, чуть царапая кожу.
— Артем, Артем, — они продолжают целоваться, девушка говорит прямо в губы.
«Ну, что, коша»
— Может, я не вовремя.
«Конечно, не вовремя, кошка. Мы в пустой квартире, ты совершенно голая, на мне. Еще немного, и я кончу себе в штаны»
— Мы совершенно никак не предохраняемся. У меня, конечно, стоит спираль, но она не дает стопроцентной гарантии.
Артем останавливается.
— Ты понимаешь, что от этого могут быть дети?
«Дети? Я не думал о детях»
Но его замешательство длиться считанные секунды. Он снова накрывает ее губы своими, ласкает уже в совершенно запрещенных местах, проводя пальцами по уже мокрым складочкам между ног.
«Хочу детей. Решено! Хочу детей»
Артема словно подтолкнуло что-то изнутри. Осознание того, что у него тоже может быть все, как у людей. Семья, дети, любимая женщина. То, что он раньше воспринимал как формальность и некую обязанность. От этого адреналин с большей силой закипел в крови. Судорожно расстегивает ширинку, приспускает джинсы, освобождает налитый возбуждением член. Резко входит в девушку, ловит поцелуями ее крик.
Двигается резко.
Жестко.
— Артем…черт…ты безумный.
Перехватывает девушку удобнее, держа под ягодицы, двигается навстречу, прижимая к стене, тяжело дышит. Аня впивается в его губы, кусая, засасывая их, сжимая кожу на шее.
— Еще… да…. Артем…. еще… сильнее…боже мой.
«Бля, кошка, замолчи, с ума меня сводишь»
По его спине бежит пот, резкие толчки, он так сильно растягивает ее лоно, так невыносимо больно и сладко.
Толчок.
Еще.
Еще.
Аня срывается первая, огненный шар разрывается, горячая огненная лава обжигает все тело. Она кончает, сокращается мышцами влагалища на члене Артема. Кричит в шею, чувствует, как Артем пульсирует у нее внутри, как часто дышит, как судорожно делает несколько последних толчков и замирает.
«Точно, сдохну»
«Нет, сдохнуть рано. Надо еще детей делать»
Перед глазами все еще алые круги, но Артем улыбается, бьёт по стене рукой, рядом вспыхивая свет, освещая прямоугольник закрытой двери.
— Ты это все делаешь специально, я поняла.
«Конечно, специально, чтоб уже точно никуда от меня не делась»
Артем открыл дверь, там оказалась просторная ванная, Аню опустили на пол, она огляделась. Угловое джакузи, душевая кабина, раковина с тумбой, несколько шкафчиков, только мужские тюбики и бутылочки, черные полотенца стопкой на полке.
— Да, ты парень небедный. Вадим был прав.
Артем включает воду, наполняя джакузи, снимает с себя оставшуюся одежду, залезает в нее, тянет за собой Аню.
— Ах, да, теперь время для расслабляющих ванн. То, что доктор прописал? Но надо соль или пену.
На полочках находится то и другое. Вода взбивает пену, помещение заполняют запахи, что-то восточное, Аня улыбается и откидывается на грудь Артема, лежащего в джакузи. Его сильные руки обнимают за плечи, прижимая к себе.
Кто бы мог подумать, что вот так просто лежать в ванной будет так хорошо. Даже мысли о детях были не так абсурдны. Последнее время он постоянно куда-то спешит, бежит, прожигает свою жизнь, ходит по краю и никого не слушает. Но первые шаги сделаны, психолог, конечно, странный дедок, но чем черт не шутит, может, его терапия подействует.
Эта девушка все больше пробирается ему под кожу, она заполняет его жизнь, наполняя новыми ощущениями. Теми, которых раньше у него никогда не было, это было так необычно. Но ему это безумно нравится. Адреналин, который он хапал и жрал большими ложками в гонках, в драках, пытаясь заглушить свою вину, наказывая и проклиная себя, может, больше и не нужен ему?
— Ты знаешь, я немного почитала про твою болезнь, то есть, ну, то, почему ты молчишь.
Аня слегка замялась, боясь обидеть Артема и назвать его больным. Но он нашел ее руку, переплетая пальцы, легонько сжал.