Шрифт:
Владимир Александрович Андриенко Молот ведьм
"Жениться не подобает. Разве женщина что-либо иное, как враг дружбы, неизбежное наказание, необходимое зло, естественное искушение, вожделенное несчастье, домашняя опасность приятная поруха, изъян природы, подмалеванный красивой краской?"
Иоанн Златоуст в поучении на Евангелие от Матфея (глава 10)
Пролог
"Всякая злость мала по сравнению со злостью женщины"
Книга сына Сирахова (Глава 25)
Двое мужчин в монашеских рясах ордена доминиканцев приготовились к смерти. Они знали, что теперь их уже не спасет никто. Пришел час расплаты за книгу, что они написали, и за ту борьбу, что они вели с ведьмами в течение долгих лет.
Один из них был высокий и худой аскет, а второй низкий и полный человечек с добродушным лицом. Одного звали брат Генрих, второго брат Якоб.
– Мы зря так далеко удались от города, брат мой, – прошептал толстяк. – Здесь нас некому защитить.
– Так было нужно, и ты сам это знаешь.
– Что там за шум, брат мой? Посмотри в окно. Что там?
Герних выглянул в окно:
– Якоб, – он повернулся к своему товарищу, – Они уже здесь! Это ведьмы. Их не менее 30 и все в полном вооружении.
– Они пришли оттуда? Они явились из того страшного мира, брат мой?
– Да, это те самые, мир которых мы посетили. Я вижу гербы на их плащах и щитах. Это гербы языческого герцогства Руг. И впереди них та самая баба, что предостерегала нас не трогать её сторонниц в нашем мире. Помнишь о нашей с ней последней встрече?
– Как забыть такое! Господи! Но все ведьмы здесь в городе нами были разоблачены и сожжены! Они пришли мстить! – вскричал толстяк Якоб. – Может ли все так для нас закончиться, Генрих? Где же Господь, что должен защитить нас от козней Сатаны! Неужели он оставил нас им на растерзание?
– Не поминай Господа всуе, Якоб. Сам Иисус Христос принял смерть за грехи. И нам с тобой даруется такая честь. Это милость, но не наказание!
– Хороша милость, Генрих, – всхлипнул второй мужчина. – Эти твари раздерут нас на части. Они не знают жалости. А то еще и похуже что-то придумают. С них станется.
– Верно, – спокойно отозвался Генрих, – но и мы с тобой не знали к ним жалости. Мы истребляли их поганое племя везде, где могли. Мы написали трактат "Молот ведьм" и его будут читать после нас, и будут бороться с ведьмами. Это наполняет мою душу радостью. И я готов принять смерть ради этого!
Двери в комнату распахнулись, и внутрь вошел трактирщик.
– Господа монахи, святые отцы, – прокричал он, – вам нужно бежать! Моя жена продала душу свою Сатане! Она призвала сюда ведьм! И они идут за вами!
– Спасибо тебе добрый человек, за предупреждение, но нас уже никто и ничто не спасет. Такова воля Господа! – произнес брат Генрих. – А вот ты сам зря подвергаешь свою жизнь опасности. Ведьмы могут расправиться и с тобой.
– Верно, – подтвердил дрожавший от страха Якоб. – Уходи скорее добрый человек. Оставь нас нашей участи.
Но уйти трактирщик не успел. Две девочки пронзили его тело со спины длинными кухонными ножами для разделки мяса. Он захрипел, призвал Господа, и рухнул лицом вниз.
– Мир его душе! – громко произнес брат Генрих.
– Ты молишься за этого человека, монах? – хриплым голосом спросила первая девочка в белом чепце.
– Да. Он был добрый христианин и погиб пытаясь спасти своих ближних. Господь воздаст ему за эту жертву. А вот ты будешь проклята навеки. Ибо свершила по указу ведьм мерзкое убийство своего родного отца.
– Сейчас ты ответишь за все монах. Сюда идут наши сестры, – произнесла вторая девочка, отбросив окровавленный нож. – Прислушайся, уже стучат их кованные сапоги и гремит оружие. Наша мать встречает их у входа.
– Ты думаешь меня этим напугать, ведьма? Не старайся. Я сделал в своей жизни достаточно. И мое дело будет продолжено!
Ступени трактирной лестницы жалобно заскрипели под ногами многих женщин облаченных в доспехи.
– Господи помилуй нас! – Якоб опустился на колени и стал истово молиться.
Девочки-ведьмы мерзко захихикали.
Генрих последовал примеру своего друга, и также опустившись на колени, прочел молитву Господу.
В комнату вошли три женщины. Остальные остались ждать снаружи. Впереди были высокая черноволосая красавица в стальной кирасе с золоченной насечкой. На её алых сапогах блестели золотые шпоры. Она преступила через труп трактирщика и приблизилась к Генриху. Тот поднялся с колен.
– Вот мы и встретились с тобой, монах. И я рада этой встрече.
– Мы истребили не всех твоих служанок, и потому ты нашла нас. Силен Сатана, но Бог Иисус еще сильнее. Мы можем умереть, но за нами пойдут другие. И вам не подчинить себя нашего мира, как вы покорили ваш. Да и там вам властвовать не долго.
– Ты в этом уверен, монах? Кто ты такой чтобы предсказывать подобное?
– Скромный служитель Господа. И тот человек, что уничтожил более трех сотен твоих сторонниц в этом мире. Ведь вы ведьмы и здесь хотели укрепить свою сласть. Разве не так?
– Так! И я пришла заплатить тебе по счетам. И сказать, что все твои усилия были напрасны. Сообщество ведьм все равно будет возрождено в твоем мире!
– В прежнем объеме? – монах засмеялся. – Вот это вряд ли! Мы с Якобом слишком хорошо поработали. Не одна сотня лет им понадобиться для этого. Разве не так?
– Так, монах. Наши сестры сейчас здесь слабы. Но в будущем они многое смогут у вас снова изменить.
– Ты в этом уверена, ведьма? – засмеялся монах. – А моя книга? Что ты скажешь о "Молоте ведьм"? За мной пойдут другие. И ваше племя будут истреблять повсеместно и после моей смерти! Ибо истинно говорю вам, имеются на свете три существа, которые как в добре, так и во зле не могут держать золотой середины. Это язык, священник и женщина.