Молот Валькаров
Шрифт:
– Сделано! – ликующе воскликнул Рольф. – Команда невредима, но они не могут гнаться за нами!
Теперь «Солнечное пламя» летело через теневой конус планеты и Бэннинг слышал из радиорубки вопли оператора: «Очистить проход восемнадцать – черезвычайный случай, чинуша! Очистить проход восемнадцать – проход восемнадцать...»
Они вырвались из тени в ослепительное сияние Ригеля. Огромное бело-голубое солнце осталось за их спинами и они мчались в открытый космос, а мимо проплывали шары-лампы внешних планет.
– Вырваться, с самой Тэрэнией на борту! – заорал Рольф и с силой хлопнул Бэннинга по плечу. – Мы им покажем, что Сатарая Империя оживет!
– У капитана, – шепнул Сохмсей, – в мыслях нет радости.
Перед этим Бехрент ушел в радиорубку и теперь возвращался, с невеселой усмешкой на изборожденнм морщинами лице.
– Я не собираюсь, – угрюмо сказал он, – праздновать сейчас что бы то ни было. Внешние патрули уже предупреждены и держат нас на радаре, перекрывая путь.
– Проклятье! – взревел Рольф. – Тогда режь прямо сквозь заслон – там ведь только легкие крейсеры!
– Погоди, – прервал его Бэннинг. – Радиус действия наших орудий больше, чем у них, верно? И если мы поставим перед собой огневой борьер, то они не смогут ответить и будут вынуждены убраться, не так ли?
– Все зависит... – начал Бехрент, но тут же замолчал, а через секунду продолжил: – Стоит попытаться. Им не сообщили, ПОЧЕМУ нас приказано задержать, иначе они могли бы отважиться. Но не зная... – не закончив, он подошел к микрофону внутренней связи, вызвал пост управления огнем и принялся отдавать приказы.
«Солнечное пламя» прошло не больше, чем в миллионе миль от скованной льдом внешней планеты. Скорость крейсера была такой, что она показалась грязно-белым кегельным шаром, прокатившимся по звездному небу.
Заговорили орудия. Лишь слабая дрожь отметила их залп – снаряды не выбрасывались взрывчатыми веществами, а приводились в движение собственными двигателями. Но Бэннинг увидел яркие вспышки, разорвавшие пустоту впереди и по сторонам, танцующие искры на фоне бесконечных бесчисленных звезд. По мере того, как корабль мчался вперед, огненные искры, несущие смерть, двигались вместе с ним.
– Патрули убрались! Все чисто на два парсека! – доложили с радара, и Бехрент резко бросил в микрофон: «Полный ход!»
– Они струсили! – воскликнул Рольф. – Я знал, что у них кишка тонка сунуться в пекло!
– ...Но тяжелые суда, линейные крейсеры и вспомогательные средства изменили свои курсы и приближаются к нам со ста четырнадцати направлений, – закончил доклад радарщик.
Наступила мертвая тишина. Бехрент повернулся к Бэннингу, на его лице агонизировала улыбка:
– Имперские силы получили приказ. И они получат НАС. Они не уступают нам ни в скорости, ни в радиусе действия орудий.
IX
В пустоте, в бездне, для которой миллионы миллионов звезд значат не больше, чем серебристая рябь на поверхности для глубокого черного озера, мчались с невероятной скоростью бесконечно крохотные металлические зерна, отмечая свой путь периодическими всплесками энергии, выбрасываемой для преодоления искривлений континуума. Вскоре многие из этих металлических зерен настигнут одно, убегающее от них, и тогда – смерть сделает прыжок, и межзвездный мрак на миг озарится яркой вспышкой. Если только...
Бэннинг сказал:
– Тэрэния – единственный козырь, который есть у нас.
Рольф кивнул. – Если мы сможем убедить их, что она у нас. Сохмсей, приведи ее и Джоммо.
– Нет, подожди, – остановил Бэннинг Арраки. – Тебе и Кишу лучше держаться в стороне – она приходит в ужас от вашего вида и это может осложнить дело. Я приведу ее сам.
Он прошел к корме, в коридор, где перед закрытой дверью стояла охрана и жестом приказал открыть. Потом, помятуя жгучую ненависть, горевшую в глазах и Джоммо и Тэрэнии, Бэннинг вытащил из-за пояса тяжелый пистолет.
Вышла Тэрэния, и сразу следом за ней – Джоммо. Тэрэния выглядела усталой, вокруг рта легли горькие складки, но ни грана гордости не оставило ее. Взглянул на оружие Бэннинга, она улыбнулась, вложив в улыбку максимум презрения.
– О да, – сказал Бэннинг, – я осторожен. Я очень осторожен. А теперь идите впереди меня.
– Куда?
– Узнаете. Пока просто вперед.
С монархами таким тоном не разговаривают, и Бэннинг почувствовал легкое удовлетворение, увидев изумленный гнев на ее лице.
Пока они шли к рубке, Бэннинг восхищался, глядя на грациозную походку Тэрэнии, на ее стройное тело.
Джоммо первым шагнул в дерь командной рубки, Тэрэния последовала за ним, но споткнулась о порог и опрокинуласяь назад, прямо на Бэннинга. То, что это не случайность, Бэннинг понял на долю секунды позже, чем следовало бы, уже когда Тэрэния схватила его за предплечья и закричала:
– Пистолет, Джоммо! Хватай пистолет!
Все случилось так быстро, что люди в рубке не сразу поняли, что происходит – а Арраки, следуя приказу Бэннинга, оставили рубку. Но Джоммо среагировал мгновенно и круто повернулся. Лицо его исказилось от внезапно появившейся надежды.
Бэннинг рывком поднялся на ноги. Резко вздернув как можно выше руки, он поднял легкую Тэрэнию, качнул ее в воздухе и швырнул прямо на Джоммо.
Он надеялся, что Джоммо не даст Тэрэнии упасть, даже рискуя упустить момент, и оказался прав. Джоммо поймал ее и они оба снова очутились под прицелом пистолета Бэннинга.
– Хорошо придумано, – сказал он. – Я восхищен твоей храбростью. Но я бы на вашем месте больше не пытался сделать что-нибудь в этом роде.
Они смотрели на Бэннинга ненавидящими взглядами, как два василиска и он не мог осуждать их за это. Хотел бы он мочь! Тогда все было бы намного проще.