Молчи, терпи
Шрифт:
Почерк был таким круглым и неаккуратным, словно писал маленький ребенок. Все люди разные, все ладони разные… Но короли могут воспользоваться услугами писаря, дабы их письма выглядели более-менее прилично. Девушка осторожно сложила письмо пополам, чуть наклонив его к себе. Странно было вот так держать в руках послание от самого взбалмошного из королей близлежащих стран.
– И что там? – нетерпеливо спросил Джек.
Он стоял где-то вдалеке, рассматривая привезенные из дома рубахи. Слуга еще не явился, он не привык беспокоить сон господина, потому каждый раз ждал, пока за ним пришлют. Джек не спешил, настроение на утренние развлечения пропало, но выходить из спальни не слишком хотелось. Солнце вновь нещадно жарило землю. Грело камни, созывая на них змей да ящериц, искрилось на белесых бортиках стен. Молодой правитель успел привыкнуть к жаре и дома, но не любил ее, хоть и терпел…
– От твоего отца, – ответила Эльза.
Что-то с грохотом свалилось на пол, прокатившись по гладкой поверхности. Должно быть, Джек выронил пояс с тяжелой пряжкой, и тот проехался вперед… Пальцы Эльзы дернулись, стоило стуку коснуться ее слуха. Девушка услышала шаги, быстро приближающиеся к ней, хотела отпрянуть, развернуться, но не успела… Джек выхватил письмо из ее пальцев и сжал его в своих руках.
Серые зрачки бегали вдоль строк, скользили по ним, словно по тонкому льду. Как бы не провалиться вглубь, не исчезнуть, потеряв выход к свету… Джек сморщил лоб, дочитав до конца. Он не протянул письма Эльзе, нет… Скомкал его, точно испорченную бумажку. Королева открыла было рот, собираясь что-то сказать, но Джек одарил ее до мурашек неприятным взглядом.
– Нужно отчалить завтра, – тихо произнес он.
– Это слишком…
– Скоро? Слуги соберут вещи, успеют, не волнуйся.
Тон Джека словно говорил о том, что юноша не примет ни единого возражения. Сталь вновь блеснула в его холодных глазах, словно искры разгорающегося пламени. Губы Джека еле заметно дернулись: что-то рассмешило Его Высочество. Эльза же свои губы смущенно поджала, опустив глаза. Она вспомнила морскую гладь, эти страшные картины с изображением шторма…
– Мы примем приглашение? – спросила она.
Король нехотя оторвал взгляд от скомканной бумажки.
Плотно сложенные губы супруги заставили его вздернуть бровь. Два шага приблизили короля к ней… Два шага сократили расстояние. Эльза не отшатнулась. Когда юноша провел пальцем по ее щеке. Кожа белая, бархатная, мягкая, словно кошачья шерстка… Так и хотелось гладить Эльзу и дальше, не обращая внимания ни на что.
– Да. Тебя это беспокоит?
Джек склонил голову, словно любопытная лесная птица. Шея его еле слышно хрустнула, поддаваясь тяжести черепа. Серые глаза светились на лице ярче, чем фонари в непроглядной тьме ночи... Джек вновь провел пальцем по щеке Эльзы, заставив себя улыбнуться как можно доброжелательнее. Она боится, и это забавляло супруга все сильнее и сильнее.
– Нет, – обманула королева.
Но ложь ее вышла скомканной, противной, словно болотная жижа. Джек вычитал в глазах собеседницы накатывающий волной ужас, жалящий, точно колючий куст дикой смородины. Девушка молчала, не желала отвечать. Горло точно скрутила невидимая веревка, что давила сильнее и сильнее.
Джек слишком резко двинулся на нее, наклонился вперед, запечатлев на лбу королевы горячий поцелуй. Он успел забыть вчерашний вечер, но Эльза не успела… Ей страх как хотелось пихнуть его в бок, дабы избавиться от надоедливого супруга, отшвырнуть его в другой конец комнаты, пустив в Джека сноп ледяных искр.
Но она не могла. Не могла…
Не этого ждут ее подданные, не этого хотела бы голодающая страна. Родители любили повторять: «Молчи, терпи, от всех укрой», слишком часто они твердили гадкую фразу… И Эльза слушала их слова так трепетно, что те отпечатались на ее сердце. Королева прикрыла глаза, слабо улыбнувшись. Вежливый жест, заученный много лет назад. Он выходил у королевы профессионально.
Стук в дверь вновь прервал их, но на этот раз он был более ожидаем. Король нехотя отошел от Эльзы, чтобы открыть дверь. Он не одет, в отличие от нее… Королеве оставалось лишь справиться с собственными волосами, чтобы оказаться готовой к встрече с самыми дорогими из гостей. Служанка явится чуть позже.
А вот помощник Джека пришел прямо сейчас. Девушка, что относила письмо, сообщила ему о том, что видела правителей бодрствующими. Владимир тут же понял, что пора навестить своего хозяина, помочь ему с утренними процедурами. Он кротко постучался в дверь, смиренно ожидая, пока дверь двинется назад.
Молодой правитель не спешил. Он дал Эльзе время, чтобы та успела скользнуть к двери, и лишь после отворил ее прямо перед своей дамой. Слуга поклонился королевской чете и сдержанно улыбнулся в знак приветствия. Девушка прошмыгнула мимо него, торопилась быстрее выйти, пока супруг был с ней так… Любезен.
Дверь с грохотом закрылась за ее спиной, погрузив коридор в звенящую тишину позднего утра. Дворец словно пустовал, расплывался на горизонте в своем молчаливом созерцании. Эренделл гудел снаружи, точно улей, трещал разными голосами и заливался неприятным хохотом… Какофония сотни голосов могла свести с ума, парализовать сознание своей тяжестью…
– Доброе утро, Ваше Величество.
Этот голос был ей знаком.