Шрифт:
Глава 1
– Парни, рад вас видеть! Спасибо, что пришли, уважили! – Череп, а в нынешней жизни Смирнов Александр Петрович, светился прямо-таки неподдельным радушием, – проходите, устраивайтесь удобнее, занимайте лучшие места, скоро начнем.
Гарик с Саней по очереди пожали руку Черепу и, взяв по приветственному бокалу с шампанским, прошли в павильон, украшенный живой зеленью, композициями из цветов и драпировкой из полупрозрачной ткани, огляделись. В самом центре павильона был установлен подиум, по обе стороны от которого были расставлены стулья. По периметру павильона, утопающего в цветах, стояли столы с закусками и напитками. В дальнем углу за барной стойкой бармен смешивал коктейли для всех желающих. Саня, увидев все это великолепие, присвистнул, Гарик отреагировал более спокойно, хотя тоже явно был впечатлен.
– И хлеб, и зрелища, и напитки! – констатировал Гарик.
– Ага! Отель 5 звезд! Ultra all inclusive! – поддакнул Саня.
Мужчины прошли вглубь и остановились.
– Гарик, вот ты мне скажи, какого хрена мы тут с тобой забыли? – продолжал ворчать Саня и опять потянулся к галстуку, – да твою ж в дышло, как же неудобно!
– Сиплый, отстань от своего галстука! Ты и так уже его почти развязал. Сейчас сам себя задушишь. Ты еще начни мне жаловаться на то, что тебе джинсы трут и давят.
– Кстати, да! То ли дело, спортивки! – тут же согласился Саня.
– Поверь, ты в своем сегодняшнем прикиде произведешь не меньший фурор, чем эти тряпочки на вешалках! – хохотнул Гарик и кивнул в ту сторону, где на передвижной вешалке было развешено нечто разноцветное и совершенно непознаваемое.
Саня Сиплый был известен своей любовью к спортивной одежде. Это был его фирменный стиль, и об этом знали все, кто знал Саню Сиплого. Сегодня же, ради этого модного показа, Сане пришлось, переступив через свои привычки, надеть джинсы, пиджак и даже завязать модный галстук. Впрочем, Саня, едва завидев здешнюю публику без галстуков, облегченно выдохнул и снял свой, убрав его в карман пиджака.
– Ну, ты ещё шейным платком сходи, разживись за кулисами! Ну, или трусами, как повезет! – расхохотался Гарик, увидев манипуляции друга с галстуком. – 0дин в один будешь со здешними мажорами.
– Иди ты! – отмахнулся от друга Саня и залпом, в один глоток, выпил шампанское. Проглотил, скривился, покосившись на пустой бокал, – пошли лучше виски выпьем, чувствую, что зрелище нам предстоит не из легких, а эта газировка не для меня.
– И давно тебе стало неинтересно на девочек на подиуме смотреть? – поддел Гарик друга, намекая на бурный роман Сани с одной из девушек модельного агентства и на еще более бурное его завершение.
– С тех пор как узнал, что Ксана тоже здесь будет, – буркнул Саня. – А то ты, Гарик, баб не знаешь! Сейчас напридумывает себе черт знает чего! А мне потом опять шифруйся от нее.
На это Гарик только рассмеялся и кивнул, признавая правоту друга.
– Слушай, может я уже достаточно тут светанулся? Может, ты тут дальше сам, один справишься?
– Ага! И бросишь меня одного смотреть на все эти платья и брюки для гламурных дамочек?
– Вообще-то, это будет показ нижнего белья! – вклинился в разговор мужчина, который тоже подошел к столику, за которым стоял бармен и разливал напитки.
– О! Ты слышал, Сиплый? А жизнь то, определенно, начинает налаживаться, да? – поддержал Гарик разговор.
– Манков Олег, – представился мужчина и первым протянул руку Гарику. – А Вы, я так понимаю, Игорь Бондаренко?
– Он самый! – Гарик пожал протянутую руку.
– Что ж, приятно познакомиться! – мужчины пожали друг другу руки.
– А Вы, надо полагать, Александр? – мужчина развернулся и протянул руку Сане.
– Александр! – весь налет дурашливости с Сиплого слетел моментально, едва он услышал имя мужчины. Перед ними стоял тот, чье имя знают все в их кругах, но мало, кто знаком с ним лично. Третейский судья собственной персоной.
– Сам показ займет максимум 30 минут. Уж придется потерпеть. Я обещал Лауре, что оценю ее выход на подиум, а потом мы сможем с вами спокойно поговорить.
– Женщины! – согласно кивнул Гарик. Все трое понимающе рассмеялись и подняли бокалы, салютуя друг другу.
– Александр Петрович любезно согласился предоставить нам свой кабинет! Там же и поужинаем, если вы не возражаете! – продолжил Олег.
– Без проблем! – кивнул Гарик.
– Благодарю за понимание, господа! Я это не забуду! – Олег выпил в один глоток свой виски. – А теперь позвольте откланяться, шоу начинается!
Мужчина вернул свой бокал бармену и направился к своему креслу перед подиумом.
– Как вопрошал наш классик: " Почему "я тебя не забуду" звучит с любовью, а "я тебя запомнил" – с угрозой?" – усмехнулся Гарик.
– Я так понимаю, сам Череп тоже будет присутствовать на встрече, – подвел итог Саня.
– А куда ж он денется? Собственно, Судья, – Гарик кивнул вслед ушедшему мужчине, – только наблюдать будет за нашей встречей с Черепом.
– Гарик, вот ты мне скажи, а нафига все эти сложности? – Саня обвел зал рукой. – Показ этот, телочки в чулочках на подиуме, толпа народа, дорогая выпивка? Можно ж было и без этого всего обойтись, согласись. По-простому, в ресторане все того же Черепа.
– Сань, так сам же знаешь, что Череп это все для дочурки своей организовал. Карьеру модельера ей выстраивает. А мы с тобой тут вроде как так, сбоку пробегали.
– Ну, ну! – хмыкнул Саня. – Все бы так пробегали, как мы с тобой!
Саня отхлебнул янтарной жидкости и, покосившись на стакан, одобрительно кивнул.
– Погоди! У Черепа есть дочь? – Саня даже остановился. – Уверен, что это все не для любовницы, а именно для дочери?
– Все мы чьи-то сыновья, а бывает, что и дочери! – усмехнулся Гарик, ответив цитатой киношного вора в законе. – Я не успел тебе рассказать. Сегодня только сам узнал!
– Теперь понятно, чего так Череп озадачился компроматом на себя, любимого, и все свое прошлое. А я-то все гадал, на кой ляд ему все бабы, с кем он спал? Запамятовал, что ли, мужик? А тут, оказывается, вон оно что! Наследница, значит, нашлась. Единственная и единокровная. Ну, ты смотри! А говорил, что бесплоден, – усмехнулся Саня и двинулся дальше. – Ну, пойдем, посмотрим на будущую владелицу империи и на ее нижнее белье.
– У! Вот до ее нижнего белья, боюсь, тебе не дадут добраться! – хохотнул Гарик. – Да и надо оно тебе? Жениться вдруг захотелось?