Чтение онлайн

— Попросил бы меня. Нет, я не навязываюсь к тебе в модели, не подумай, но ты сам не подозреваешь, сколько фриканутных мадам есть в ближайшем твоём окружении!

— Интересно, что она чувствовала, когда очнулась? — задумчиво спросил сам себя Влад.

— Ты порвал её зону комфорта в клочья.

— И хорошо. Мне никогда не хватит духу выглянуть за свою. Ей так понравилось платье — то, которое я принёс из театральной мастерской, — что она даже не стала переодеваться обратно!

— Ой ли? — сказал Сав.

Никто не пришёл их задерживать. Следующий день ровно в двенадцать часов преподнёс им осторожный стук в дверь. Она приоткрылась, и Влад узнал вчерашнюю гостью. Дождавшись кивка хозяина, женщина появилась целиком, аккуратно повесила на спинку стула платье, которое вчера утащила на своих плечах.

Влад рисовал: расположившись прямо на полу и обложившись карандашами, словно ребёнок, он ваял очередной эскиз. Сав сидел с ногами на диване; под звуки текущей по венам дома воды он играл в пирата, спасающегося с терпящего кораблекрушение судна на шлюпке. Когда раздался стук в дверь, он аккуратно прислонил весло-швабру к спинке.

Сейчас, скрестив руки, он смотрел на гостью, а та мялась возле двери, словно ждала особенной реакции на своё появление. Ребята смогли наконец хорошенько её рассмотреть (хотя Владу, казалось, не было до неё никакого дела). Очень миниатюрная, блондинка с короткой стрижкой, не поймёшь при таком тусклом свете, крашеная или натуральная. На вид лет тридцать или около тридцати, в джинсах с высокой талией и водолазке — той же, что и вчера. Не полная, но и не совсем плоская. «Возможно, у неё даже есть ребёнок», — подумал Савелий, рассматривая округлые бёдра.

Она невразумительно помахала рукой и протянула Саву, который был ближе, сложенный вчетверо тетрадный лист. Сав прочитал:

— «Простите».

Посмотрел на женщину. Она сделала в воздухе пасс, и Зарубин перевернул листочек. Там было написано:

«Меня зовут Юлия. Прошу прощения, у меня сейчас нет голоса.»

Он перечитал это вслух, и посмотрел на Влада. Не отвлекаясь от рисунка и болтая в воздухе ногами, тот спросил:

— Случайно не со вчерашнего дня?

Женщина покраснела и быстро закивала. Развела руками.

Влад оторвался от эскиза и в упор посмотрел на неё.

— Я не хотел вас напугать.

Юлия снова сделала движение кистью, и Сав зашелестел бумагой.

— «Я знаю. Поэтому я пришла просить прощения за свою несдержанность — вы же творческая натура. Мне нужно было готовиться. Врач сказал, что голос скоро восстановится.»

Она продемонстрировала обворожительную улыбку и кивнула Саву: мол, читай дальше.

— «Заодно хотелось бы обсудить вашу одежду. Я… можно сказать, была впечатлена с самого начала». Смайлик, — озвучил Сав, немного насмешливо посмотрев на Влада. Из рассказа друга он уже знал, насколько была впечатлена Юлия.

Он развернул листочек, разгладил на колене. Там не было живого места — клочок бумаги густо исписан с обоих сторон, перед каждой строчкой стоял порядковый номер. Что и говорить, Юлия хорошо подготовилась. Разговор им предстоит долгий.

В руках появился блокнот, она быстро записала в него несколько слов, протянула Саву. Он прочитал и ответил:

— Он Шерлок Холмс. Я его Доктор Ватсон. Прошу вас, садитесь.

Сав спустил ноги и похлопал ладонью по дивану рядом с собой. Женщина будто бы не заметила жеста, но примостилась на краешек стула, положив себе на колени сумку. В тусклом свете она походила больше на огромного кота, и у Влада немедленно возникла идея сделать когда-нибудь сумки в виде кошек. Чем больше соответствие, тем лучше — а лучше всего использовать натуральную кошачью шерсть, или вовсе делать сумки из чучел. Пока он обгрызал карандаш, обдумывая эту идею, Юлия продемонстрировала Саву два пальца, и он прочитал строчку, значащуюся под вторым номером:

— «Я редактор издательства «Винг Пресс». «Подиум» находится под нашим, если можно так выразиться, крылом».

Третья строчка.

— «Я бы хотела отобрать для нашего издания несколько самых лучших работ и сделать ряд фотографий».

Блокнот кочевал из рук в руки.

— «Но теперь я вижу, что это невозможно. Все эти эскизы я буду смотреть до завтра…»

— Вы бы стали носить то, что я рисую? — перебил Савелия Влад. Он поднял глаза на девушку, разглядывая неуверенную улыбку.

— «Я покрутилась в нём дома, перед зеркалом. Пока ехала домой — в скобочках — вчера я была не на машине — люди смотрели странно. Наверное, это от того, что вы надели его на меня поверх лосин». Да это и нельзя назвать повседневной одеждой, — внёс свою лепту Савелий.

Чтобы Саву было удобнее читать, женщина переместилась на диван и снова склонилась над блокнотом.

— Так… он и сам знает, что он гениален. — Сав уже устал озвучивать, и ушей Влада достигали теперь только его комментарии. Влад снова занялся эскизом. Высунув язык, он штриховал нужные места волосяными линиями. — Да, конечно, вы можете пройтись с фотоаппаратом по подвалу, дверь вон там… я могу составить вам компанию, но уверен, вы и сами найдёте все манекены. Они расставлены там по углам и за колоннами. Да нет, он не всегда такой молчаливый, возможно, просто стесняется… с интервью, думаю, проблем не будет. Я дружу с этим нелюдимым типом уже давно и знаю про него самые отвязные байки!

Сав расхохотался, Юлия уголками губ сымитировала улыбку и неодобрительно двинула подбородком. Вытащила диктофон, и написала в блокноте наискосок, так, как он у неё лежал на коленях: «Ну что ж, начнём».

Все вопросы были записаны на тетрадном листочке, уже изрядно помятом. Там были вопросы вида: «Как давно вы изучаете историю искусства?» Сав морщился:

— Из какой методички вы их списали?

Влад отвечал благожелательно:

— Я не изучал её совсем.

Юлия ткнула в следующий вопрос и подмигнула Савелию.

— «Как же вы тогда работаете?»

Мол, вовсе не из методички. Все модельеры начинают с того, что штудируют историю моды, ходят на многочисленные курсы и семинары, начиная с фундамента выстраивают внутри себя замок моды, чтобы потом, много позже, прибавить к нему собственную башенку или даже крошечный балкончик с резными перилами. Ведь даже это — огромная удача.

Влад же начал с того, что построил себе в лесу хибару из говна, веток и оставленного туристами мусора. Двухэтажную хибару с верандой, закрученной штопором лестницей и мозаичными окнами из бутылочного стекла.