Зачем по коже загорелойТы острой палочкой ведешьИ процарапываешь белымОт буквыЛ:Любовь иожь?До срока сердце не тревожь!Еще узнаешь лет в пятнадцать,Зачем они объединятся.
Читая Клода Бернара
Цветы цветут как бог послал:Где зло, где пышно.Они не ждут ничьих похвал,И слез не слышно.Цветенье это – как рассветБез дум и тягот,Им никакого дела нетДо вкуса ягод.Предначертанья их покаКак бы неверны,Но превращения цветкаЗакономерны.
1
Альберто Рафаэль.
Есть любовь
Есть любовь, горячая, как пламя,Есть любовь, угрюмая, как рок,Чувства есть, что движут небесами,А моя любовь – ручной зверек.Он почти не требует ухода,Ждать и верить он готов всегда.Вдоль балкона – вся его свобода,Что упало – то его еда.Но когда домой в холодный вечерТы идешь, а в горле слезный ком,Он так верно прыгает на плечиИ горячим лижет языком.И каким бы ни был ты разбитым,Он тебя сумеет умилить,И под крышей с лозунгом прибитымМожно снова чувствовать и жить.
Шоколадный август
Вот и кончился солнечный ад,Загораем уже без опаски,И совсем как густой шоколадСтали милые карие глазки.Шоколадом облито плечо,Мне прием извините избитый —Был бы здесь шоколад ни при чем,Но колени им тоже облиты.И везде, где настойчивый взглядНе встречает особой преграды —Шоколад, шоколад, шоколад…Это сколько ж в тебе шоколада!?Как сумела ты все это – ах! —Для меня это просто загадка:Шоколад у тебя на руках,Шоколад у тебя на губах,И во рту у тебя шоколадка…
Жеребенок рыжий
Жеребенок рыжий-рыжий,Жеребенок золотой,Я нашел тебя и выжилВ жизни, грустью залитой.Черноусый дед КорнейНас привез на этот остров,Все, казалось, будет просто,Если хватит теплых дней.Вышло все наоборот,Жизнь всегда переиначит:Кто смеялся, тот заплачет,Кто поплакал, тот вздохнет.Вот и нам пророчат годы —Неизбежно, как во сне:Мало быть одной породы,Надо в общем табуне…Невозможно не расстаться,Оборвется эта нить.Мне – уйти, тебе – остаться,Мне – молчать, тебе – грустить.А из этого далека,Пресловутой той реки,Ни совета, ни попрека,Ни протянутой руки…Жеребенок рыжий-рыжий,Жеребенок золотой,Кем ты станешь в мире выжиг,В жизни, ложью залитой?
Лоно твое безмятежно
Лоно твое безмятежно, и кожа твоя шелковиста.Чтобы начать очень медленно, нежно,А кончить не быстро,Надо сперва прошептать твое долгое имя,Губы твои потревожить губами своими.Легкой рукою скользя вдоль бедра в направлении шеи,Вдруг уколоться внезапно проснувшейся грудью твоею.Тысячу раз будет эта игра повторяться —Первому отклику не разучусь удивляться!Шепотом, шепотом, только губами одними,Ты, словно в эхо, в мое погружаешься имя.Я же послушно тебе и на все отзываюсьИ простодушно все ближе к тебе прижимаюсь.Долго ли ждать?И волна, золотая, как осень,Приподнимает меня, и несет, и уносит…Тысячу раз опрокидывать буду – и каждыйГорло внезапною будет охвачено жаждой.Тысячу раз…Наконец мы уснем, недвижимы,Что-то меж нами останется непостижимым,Что-то…А что?Я не знаю, и ты в словарях не отыщешь…Ладно, оставим…Быть может, для следующей тыщи.
Мы с тобой
Мы с тобой – глаза в глаза.Наши встречи не случайны —В этом больше нету тайны:Sign of time, я бы сказал.Мы с тобой – сосок в сосок,Одинакового роста.Это значит – надо простоПотянуть за поясок,Раз уже навстречу всталиОчарованные дали.Мы с тобой – один в одном.Но смотри, какая разность:Мой сосок – пустая праздность,Твой сосок – тугая жизнь.Ну-ка, боком повернись!В сонной грации ленивойТы мучительно красива,Так и тянешь, как магнит.И улыбка, словно рыбка,Ускользает и манит.Мы с тобой – сосок в сосок,Но смотри, какое дело:Раз уж ты сама успелаПотянуть за поясок,Лучше, если б ты приселаИ приблизила мысок,Под которым, за которымИли около тогоМы сойдемся в дивном спореИ посмотрим – кто кого.
Неужели я влюблен?
Неужели я влюблен?Старый дурень похотливый,Этой маленькой, смазливой —Неужели опоен?Неужели эта синь,Мне доставшаяся даром,Протекла в меня угаром,И теперь, куда ни кинь,На душе повсюду клин?Разберемся не спеша.Я-то знаю, что душа —Нечто вроде…А на делеРечь всегда идет о теле.Чем любовь и хороша.Если это знать и мочь(Тоже важная деталька) —Сердце-кремень в одну ночьМожно сделать мягче талька.Кто влюблен, да не дурак,Тот обязан сделать так,Чтобы розовые губкиВышли как из мясорубки.Эту сладостную плоть,Прежде чем отдать искусу,Надо вымесить по вкусу,Заласкать, перемолоть.Вот тогда-то, вот тогда-то,Разлюбезная моя,После пота, после дрожиРазговор с душой возможен.А пока решаю я:Ты еще закусишь стон,Изогнешься и задышишь!Даже если я влюблен,Ты поймешь да не услышишь!
Пограничная речка Амба
Так странно видеть – лес, река,Под снегом все. И вдруг – граница…И выше – тоже.Но покаТуда не надо торопиться.И ты, подружка, не спеши,Вглядись в заснеженную иву.Здесь, в охраняемой глуши,Так ясно видно перспективу.И в этой ясности пораОт Лобачевского отречься:Двум параллельным, двум мирамДано недолго пересечься.А что потом, на том снегуНаписано совсем немного.Я только погадать могу,Куда свернет твоя дорога,Когда присмотрится к тебеКакой-нибудь нувориш местный,Сразит подарком, штучкой лестной,И где тут думать о борьбе.Да и к чему тебе борьба?Не пропадать же этой стати!В любви вся женская судьба.А кто-нибудь да будет кстати!..И будет дом, балкон и сад,Чугунная в снегу ограда,И снова снег и долгий взглядКуда-то за границу сада.Но жухлый лист, прервав полет,Спланирует на снег балкона,И тихо прошлое вздохнет,И вздох не отличить от стона.И вдруг припомнится тебеГудящая в машине печка,С бродяжьим выговором речка,И пограничник обалделыйГлядит сквозь куст заледенелый,Как ты в моей рубашке белойСкользя, спускаешься к воде.И странно судорога щекВдруг исказит твое дыханье:Он жив еще!Я жив еще!Пока живутВоспоминанья!
Поэзия должна быть простоватой
Поэзия должна быть простоватой,И мне хватает дури написатьО том, как я – профессор староватыйИ ты – студентка, форменная девочка,Так безоглядно встретились в гостинице,Что после каждый страшных ждал гостинцев.Но обошлось: фортуна повелелаПопридержать законный свой улов,И радовалась ты, что заболела,И радовался я, что был здоров.Дней через пять мы повстречались снова,Мой страх тебе стал ясен с полуслова.Лукавые ты опустила глазки:Мол, не ждала от вас такой опаски.А вырез платья плыл, как окоем,И легкий флирт пошел своим путем…И с той поры случайный этот деньУже седьмым отмечен юбилеем,И старимся мы вместе и болеем,И все мрачней висит над нами тень.Все ближе те, кому дано ввалиться,Чей суд неотвратимей, чем прилив,Которому придется покоритьсяВ отсутствие других альтернатив.Напрасно ждать, что время все упростит,Ведь по ночам так ясно видно мне,Что нам вдвоем нет будущего вовсе,А прошлое исчерпано вполне.
Дом построил
Дом построил и вырастил бор,Написал кое-что за полвека.Одного не могу до сих пор —Воспитать не могу человека.Сын мой, сын!Рос ты там, где трава,В доме том, где ни мира, ни света.Потому и болит головаУ покинутой женщины этой.А у дочери – нет, не болит,Отразившись в другом измеренье,Так спокойна, как будто бы спит,Будто бродит от нас в отдаленье.И выходит – напрасны моиЗапоздалые хлопоты эти.Только ты, fear lady of me,Остаешься на этой планете.Я молюсь на тебя и ласкаю,И при этом, надеюсь, ваяю,Для себя создаю…И вот такВ третий раз попадаю впросак.
