Шрифт:
Конни Уиллис
Много шуму
Пер.
– И.Гурова.
В понедельник перед весенними каникулами я сообщила классу, в котором веду английскую литературу, что мы приступаем к Шекспиру. В это время года в Колорадо от погоды ничего хорошего не жди. Весь снег, требующийся лыжным курортам, мы получаем в декабре, используем календарные снежные дни и в завершение получаем добавочную неделю в июне. Прогноз в программе "Сегодня" снега до субботы не предвидит, но немножко везения - и мы получим его раньше.
Мое объявление было встречено бурно. Пола ухватила свой диктофон и мгновенно перемотала пленку, чтобы запечатлеть все мои слова до последнего, Эдвин Саммер самоуверенно ухмыльнулся, а Далила сгребла учебники, громко топая вышла из класса и хлопнула дверью так, что разбудила Рика. Я раздала листки "да/нет", сказала, что они должны вернуть их в среду. Шарон я дала один лишний для Далилы.
– Шекспир считается одним из самых великих наших писателей, возможно, самым великим, - сказала я, адресуясь к диктофону Полы.
– В среду я расскажу о биографии Шекспира, а в четверг и пятницу мы будем читать его творения.
Вэнди подняла руку:
– Мы прочтем все пьесы?
Иногда я ловлю себя на мысли: где, собственно, Вэнди провела последние годы? Во всяком случае, не в этой школе, а возможно, и не в этой вселенной.
– Что именно нам предстоит изучать, пока не решено, - сказала я. Встреча с директором у меня завтра.
– Лучше пусть будет одна из трагедий, - зловеще произнес Эдвин.
К обеду новость облетела всю школу.
– Желаю удачи, - сказал в учительской Грэг Джефферсон, биолог.
– Я как раз кончил проходить эволюцию.
– Неужели опять подошло это время года?
– вздохнула Карен Миллер (она преподает американскую литературу по ту сторону коридора).
– А я еще не добралась до Гражданской войны.
– Да, подошло, - сказала я.
– Ты не могла бы взять мой класс завтра в свой свободный час? Мне надо поговорить с Хэрроус.
– Возьму хоть на все утро. Мы проходим "Танатопсис" ["Размышление о смерти", стихотворение Уильяма К.Брайанта (1813)]. На тридцать милых деток больше - какая разница?
– "Танатопсис"?
– переспросила я с уважением.
– Целиком?
– За исключением десятой и шестьдесят восьмой строки. Жуткая вещь, ты знаешь. И, по-моему, никто не способен разобраться в ней настолько, чтобы заявить протест. Заглавие я оставлю без перевода.
– Выше нос!
– посоветовал Грэг.
– Может, разразится буран.
Небо в четверг было ясным, температура, согласно метеосводке, держалась на пятнадцати-шестнадцати градусах. Подходя к школе, я увидела Далилу в шортах и майке с алой надписью "Старшеклассники Против Культа Дьявола В Школах". Она держала на палке плакат "Шекспир - Прислужник Сатаны" с ошибками в "Шекспире" и "Сатане".
– К Шекспиру мы приступим завтра, - сказала я ей.
– У тебя нет причины отсутствовать на занятиях. Миссис Миллер ведет урок о "Танатопсисе".
– За исключением десятой и шестьдесят восьмой строки. К тому же Брайант был деист, а это то же, что сатанист.
– Она сунула мне свой листок с "нет" и пухлый конверт.
– Здесь наши протесты, - сказала она и вдруг понизила голос.
– А что значит слово "танатопсис"?
– По-индейски оно означает "Та, что прячется за свою религию, чтобы прогуливать уроки и загорать".
Я вошла, направляясь в библиотеку, извлекла из бронированного подвала Шекспира и явилась к директрисе. Миссис Хэрроус уже приготовила шекспировскую папку и коробочку бумажных носовых платков.
– А обойтись без этого вы не можете?
– спросила она, сморкаясь.
– Пока у меня в классе учится Эдвин Саммер, не могу. Его мать возглавляет президентскую Ударную Силу, Противостоящую Отсутствию Знакомства С Классиками.
Я добавила протест Далилы к стопке на столе и села за компьютер.
– Ну, может, будет легче, чем мы опасаемся, - сказала я.
– С прошлого года было предъявлено достаточно исков, чтобы сбросить со счетов "Макбет", "Бурю", "Сон в летнюю ночь" и "Ричарда Третьего". Далила хорошо потрудилась, - заметила я, вводя нецензурированную дискету и программы изъятий и толкований.
– Но я что-то не помню колдовства в "Ричарде Третьем".
Она чихнула и схватила еще платок.
– Его там и нет. Иск был о клевете. Его пра-пра-пра-пра и так далее потомок с какого-то боку утверждает, что убийство маленьких принцев ему приписывается без достаточных доказательств. Да это и не важно. Королевское Общество Восстановления Божественного Права Королей добилось запрета всех хроник. И что это за погода?
– Ужасная, - сказала я.
– Теплая и солнечная.
– Я набрала код каталога и исключила "Генриха IV", части первую и вторую, и весь остальной ее список.
– "Укрощение строптивой"?
– Союз Разгневанных Женщин. А также "Виндзорские проказницы", "Ромео и Джульетта" и "Напрасные усилия любви".
– "Отелло"? Ну да ясно. "Венецианский купец"? Лига Противников Диффамации?
– Нет. Ассоциация американских юристов. И Международные Гробовщики. Они протестуют против свинцового ларца в третьем действии как иносказательного обозначения гроба.
– Она высморкалась.
На то, чтобы разобраться с пьесами, у нас ушли первые два урока, а почти весь третий мы потратили на сонеты...
– На четвертом уроке я занята, а потом дежурю в столовой. Остальное придется перенести на вторую половину дня.
– А что там остального?
– спросила миссис Хэрроус.
– "Как вам это понравится" и "Гамлет", - ответила я.
– Боже мой, как это они проморгали "Гамлета"?
– А насчет "Как вам это понравится" вы уверены?
– спросила миссис Хэрроус, перебирая свою пачку.
– Мне кажется, кто-то добился судебного запрета.