Чтение онлайн

– Вы маг, конечно?

– Конечно, – просто согласился ее собеседник.

– Тогда почему вы бродяжничаете, вместо того чтобы жить в своем замке?

– А вы? Вы происходите из хорошей семьи, не стеснены в средствах – почему вы, выражаясь вашими же словами, бродяжничаете?

– Я путешествую, – сказала Доминика устало.

– И я путешествую.

Они прошли вдоль улицы до самой окраины. Дома закончились; дальше было поле, мост через узкую речку и лес.

– Может быть, вы разыскиваете зло, чтобы его покарать? – в голосе Доминики скрипнул жесткий, почти старушечий сарказм. – Может быть, поэтому вы сказали мне про плащ и потом навестили беднягу-портного?

– Может быть, – колдун глядел на дорогу, где в синих лужах отражалось небо. – А может быть, у меня есть другая причина… Как и у вас… Только не пугайтесь. Вы всякий раз так вздрагиваете, что мне неловко делается, честное слово.

Не говоря ни слова, Доминика повернула назад в поселок. Обратный путь проделали молча; уже подходя к гостинице, Доминика спросила:

– И много вы знаете… о моей причине?

– Зависит от того, много ли вы хотите услышать…

– Все, – сказала Доминика почти грубо. – Я хочу услышать все.

– У вас с собой некая вещь.

– Понятно и ребенку. Я его не особенно прячу, к тому же мои слуги… и кузнец… и…

– Разумеется, – покорно согласился колдун. – Все знают, направо и налево, что у вас с собой ключ. Никто не знает, что это такое.

– А вы?

Он остановился. Некоторое время Доминика смотрела на него снизу вверх, упрямо и требовательно:

– Вы знаете, что это?

– Это и есть причина, по которой вы не ведете соответствующую вашему положению достойную размеренную жизнь, но скитаетесь по дорогам.

Доминика сжала ключ в кулаке – сквозь шаль:

– А вы знаете, что я никому его не отдам?

– А вы знаете, что я не собираюсь его у вас отбирать? У меня своих забот хватает, зачем мне предмет с темной историей, для меня бесполезный?

– Тогда чего вы от меня хотите?

– Ничего. – Колдун вздохнул. – Это как история с плащом… или, к примеру, болотом. Человек тонет на твоих глазах, но правила приличия требуют, чтобы ты смотрел в другую сторону…

– Я тону, по-вашему?

– Да. За вами уже тянется дурная слава. В той гостинице, где портной всучил вам плащ, все убеждены, что вы воровка. Кто-то видел, как вы пытались открыть своим ключом хозяйский сундук…

– Я… – Доминика покраснела.

– А горничная нашего хозяина приходится двоюродной племянницей кухарки с того постоялого двора, где вас застали у дверей чужой комнаты… И, возможно, она уже написала – среди прочих новостей – обо всех ваших приключениях. И письмо уже в дороге.

– Я немедленно уезжаю. – Доминика развернулась.

– Куда? У вас же рессора…

– Откуда вы знаете? Это вы?!

Он развел руками, как бы говоря: уж от таких-то подозрений меня избавьте.

Обеденное время подошло к концу. Из дверей трактира вываливались во двор последние насытившиеся посетители.

– Что же мне делать? – спросила Доминика шепотом. Скорее себя спросила, нежели собеседника.

– Меня зовут Лив, – сказал колдун. – Во всяком случае, это лучшее из моих имен.

Все время, пока он рассматривал ключ, Доминика не выпускала из рук цепочку.

– Вы мне не доверяете?

– Вы ничем не заслужили мое доверие…

– Правда?

Доминика смутилась.

– Итак? – спросил колдун по имени Лив, возвращая ей ее собственность.

– Это не просто ключ, – сказала она.

– Я догадался.

– Мне нужно… мне непременно нужно найти какой-нибудь замок, который открывается этим ключом.

– И вы перебираете подряд все замки, которые попадаются вам по дороге?

– А что мне делать?

– Как давно вы путешествуете?

Доминика молчала.

– Судя по состоянию вашего гардероба, – безжалостно заметил колдун, – а в особенности судя по теням под вашими глазами… путешествие оказалось долгим.

– Вы можете чем-то помочь мне, Лив? Или просто так насмехаетесь?

– Как я могу вам помочь, если вы ничего мне не рассказываете!

– Я и так уже сказала слишком много.

– Тогда я сейчас уйду и оставлю вас в покое, Доминика. Через несколько дней, когда рессору на вашей карете наконец поменяют, вы продолжите свое безнадежное дело.

– Оно не безнадежное!

– Оно безнадежное. Для этого ключа в мире нет скважины.

Она поднялась:

– А ну-ка повторите.

Он тоже встал. Стол, разделявший собеседников, качнулся. Дернулись язычки двух свечей в подсвечнике.

– Для этого ключа в мире нет скважины, – сказал Лив, глядя Доминике в глаза. – Но, может быть, есть другой путь.

Она посмотрела на ключ.

Сейчас, в полумраке, при свете колеблющихся огоньков, морды стальных грифонов казались живыми. Широкая бородка ключа отблескивала хищно и строго.

– Я слушаю, – сказал Лив тоном ниже.

Доминика села. Лив склонился над ней, упираясь ладонями в стол:

– Это человек, да?

– Да, – Доминика через силу кивнула.

– Он вам дорог?

– Он мне нужен. Не важно, зачем… Вы сказали, есть другой путь?

– Погодите, Доминика… Кто это?

– Какая разница. – Она с силой потерла лицо. – Какая разница, кто он… Что такое этот ваш другой путь? Или вы сказали о нем просто затем, чтобы развязать мне язык?

Лив выпрямился:

– Все. С меня довольно. Худшего врага себе, чем вы, Доминика, редко встретишь на этой земле… Удачной дороги.

– Да погодите вы!..

Он обернулся в дверях.

– Это мой сводный брат, – сказала Доминика.