Мизантроп
Шрифт:
Борис защитил диссертацию, остался на кафедре и даже стал секретарем комитета комсомола. Он получил это назначение благодаря собственным организаторским и ораторским способностям.
Уже на следующий год власти разрешили создавать различные научно-производственные общества, которые могли переходить на хозрасчет и зарабатывать деньги. К этому времени из тюрьмы вышел Владик Усольцев и вернулся в Москву. У бывшего заключенного не было денег и образования, но Борис Репетилов сразу взял его на должность технического директора их организации и помог устроиться на заочное отделение института. Благо первый проректор, преследовавший их когда-то, давно перешел на работу в Академию наук и даже был избран членом-корреспондентом.
В восемьдесят восьмом году произошла еще одна памятная встреча. Борис познакомился с Малхазом Чичинадзе, который был приятелем Владика Усольцева. Они вместе сидели в колонии, только в отличие от Усольцева, получившего срок за изнасилование, Чичинадзе угодил туда по более солидной статье – за валютные преступления. Владик привлек своего бывшего сокамерника к работе в НПО. Они довольно быстро смогли получить разрешение на поставку в страну деталей компьютеров, которые собирали непосредственно под Москвой.
Их кооператив начал делать большие деньги. Уже в восемьдесят девятом году они заработали свой первый миллион. Вскоре каждый из них имел на своему счету такую сумму. Но деньги быстро обесценивались, и тогда они приняли решение часть доходов переводить в валюту. Это было рискованно. Никто еще не отменял статей Уголовного кодекса о правилах приобретения и сбыта валюты, но общая либерализация в стране уже началась, и ее невозможно было остановить. Именно поэтому они начали скупать валюту, тратили на это практически всю свою выручку. Владельцы других кооперативов тоже видели, что рубли обесцениваются буквально на глазах, поэтому тоже скупали валюту, еще больше разгоняя инфляцию.
В девяностом на счету НПО было уже около семисот тысяч долларов. Их организация считалась достаточно крупной. К тому же у Репетилова появились новые знакомые среди молодых экономистов и журналистов, которые резко критиковали нерешительную политику правительства, полагая, что отказ от устаревших догм и резкий переход к рынку могут практически сразу выправить ситуацию.
В январе девяностого в Баку произошли страшные события. Сначала по городу прокатилась волна погромов и убийств армян. Тысячи азербайджанцев вставали на их защиту, пытались остановить эти трагические события. Но убитые были.
Эта трагедия, происшедшая в Баку, буквально свалила с ног мать, которая всегда считала столицу Азербайджана самым интернациональным городом в стране. Она слегла с тяжелым нервным срывом и все время боялась, что ее дочь могут обидеть. Хотя сотни тысяч русских людей, проживающих в городе, не пострадали, даже когда в Баку вошли части Советской армии. Солдаты стреляли по ночным окнам и безжалостно давили танками демонстрантов, выступающих против ввода войск.
В Баку хорошо понимали разницу между своими русскими соседями и военнослужащими, выполнявшими приказ. Однако мать с этого дня начала настаивать на том, чтобы они перебрались в Москву.
В конце девяностого года Борису удалось поменять их жилье в Баку на двухкомнатную квартиру в Москве, в Краснопресненском районе. Сам он давно купил себе такую же в доме тети Нонны, заплатив за нее неслыханную сумму – аж пятьдесят тысяч долларов. Через двадцать лет она будет стоить ровно два с половиной миллиона баксов. Но тогда еще не было таких цен. Даже пятьдесят тысяч считались невероятным богатством.
В девяносто первом они создали свою компанию «Компьютерный мир» и стали крупнейшими поставщиками персоналок в учебные заведения центральных городов. Репетилов поддерживал молодых экономистов, считая, что именно они могут решить все проблемы страны, находящейся в агонии. Он охотно помогал и новому демократическому правительству своего тезки Бориса Ельцина, который импонировал ему своей решительностью, напором, энергией, открытостью, даже резкостью.
В августе девяносто первого Репетилов и его товарищи поддержали правительство и лично Ельцина. Вместе с другими бизнесменами они вышли на улицы Москвы, держа в руках огромный российский триколор. Горбачев вернулся в столицу, но попал уже в другую страну. Она корчилась и умирала еще несколько месяцев. Потом небольшая группа не самых порядочных, весьма амбициозных и очень неумных людей добила ее окончательно в Беловежской Пуще, в декабре девяносто первого года.
Репетилов почти сразу получил предложение нового правительства России стать заместителем министра внешней торговли. Ему к этому времени еще не исполнилось и тридцати двух лет. Кстати, практически все тогдашние министры и вице-премьеры были очень молоды. Особенно выигрышно они смотрелись на фоне престарелых руководителей партии и правительства, всем надоевших в предыдущие десятилетия.
Проблем оказалось невероятно много, но работать было интересно. С одной стороны, необходимо было как-то вытаскивать страну из того коллапса, в который она попала во многом благодаря развалу и политической неразберихе последних лет. С другой – молодые министры не имели опыта практической работы и часто не разбирались в проблемах своих отраслей. Они просто пытались методом «ручного управления» остановить сползание страны к окончательной катастрофе.
Многие высшие руководители практически сразу уходили со своих постов. Они не выдерживали испытания рутинной работой и возможностями, которые получали именно в этот период. Практически все молодые министры стали потом миллионерами и миллиардерами, сумели приватизировать часть вверенных им отраслей, присвоить доверенное им имущество, просто раздать его своим знакомым и друзьям. Никто из них, за исключением нескольких самых циничных и удачливых бизнесменов, ставших политиками, так и не смог удержаться на вершинах власти. Но эти персоны приобрели большой стартовый капитал, который помог им стать очень богатыми людьми.
Репетилов не стал исключением из правил. Он занимал должность заместителя министра в течение полутора лет, затем перешел в кабинет министров, где занял должность руководителя отдела и проработал еще два года. В девяносто третьем он снова поддержал Ельцина, который расстрелял законно избранный парламент. Репетилова поразил цинизм новых властей. Это тоже был урок на всю жизнь.
Ведь трое молодых людей, случайно погибших под танком двумя годами раньше, в августе девяносто первого, были объявлены борцами за свободу. Им посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. А десятки и сотни людей, защищавших российский парламент, войска безжалостно расстреляли из танков и тяжелых пулеметов. Их объявили заговорщиками и мятежниками. Это тоже был незабываемый урок политического цинизма, который получил Репетилов.
В девяносто четвертом он решил, что пора уходить. К этому времени «Компьютерный мир» уже давно перестал существовать. На его месте возникла другая компания, названная «Новые технологии 21-го века», сокращенно – «Новотех 21».
Усольцев был первым вице-президентом компании, а Малхаз Чичинадзе стал директором. Репетилову не нравились его связи с криминальным миром, но он должен был признать, что в середине девяностых они помогли ему уберечь свои магазины и склады от вымогательства рэкетиров и криминальных элементов, которые обкладывали данью все работающие предприятия. Малхаз договорился с известными на всю страну преступными авторитетами о том, что компания избежит подобной участи в обмен на услуги, которые будет оказывать криминальному миру. В результате «Новотех» не платил никому.