Миттельшпиль
Шрифт:
– Вы думаете, вам удастся поймать того, кто напал на меня вчера ночью?
– Натали внезапно почувствовала усталость. Она откинулась на подушки, шериф помог приподнять изголовье кровати.
– Вряд ли, если мы будем полагаться на отпечатки пальцев и лабораторные исследования, - сказал Джентри.
– Мы проверяем кровь на “Никоне”, но от этого проку мало. Единственный способ что-то узнать - это продолжать расследование, так или иначе.
– Или подождать, пока он снова на меня нападет...
– Нет-нет, этого вряд ли можно ожидать. Я думаю, они уже передали нам то, что хотели.
– “Хочешь найти ту женщину? Ищи в Джерман-тауне”, - снова повторила Натали.
– А женщина - это Мелани Фуллер?
– А вы можете назвать кого-нибудь другого?
– Нет. А где этот Джермантаун? Это место действительно существует? Как, по-вашему, это не связано с оберстом Сола - вроде какого-нибудь кода?
– По крайней мере, я знаю два Джермантауна. Кварталы в северных городах. Кажется, в Филадельфии есть историческая часть города с таким названием. В моем маленьком атласе их не оказалось, но я собираюсь пойти в библиотеку, покопаться в справочниках. На код не похоже. Просто название местности.
– Но зачем кому-то сообщать нам, где она находится?
– спросила Натали.
– И кто это может знать? И почему именно нам?
– Замечательные вопросы. Только ответов у меня пока нет. Если то, что рассказал Сол, правда, тогда здесь замешано нечто гораздо большее, чем он сам понимает.
– А не мог этот вчерашний мерзавец быть.., ну, чем-то вроде агента самой Мелани Фуллер? Кто-то, кого она использовала - наподобие того, как оберст использовал Сола? Может, она все еще в Чарлстоне и пытается навести нас на ложный след?
– Может быть, только все эти сценарии, когда начинаешь их продумывать, рассыпаются в прах. Если Мелани Фуллер жива и по-прежнему в Чарлстоне, зачем ей вообще понадобилось давать знать о себе? Особенно нам. Кто мы такие, в конце концов? Этим делом занимаются две городские организации, три отдела органов правопорядка штата плюс это чертово ФБР. Все три телекомпании на прошлой неделе показали программы на эту тему, в понедельник на той неделе окружной прокурор провел пресс-конференцию, на которую сбежалось полсотни репортеров, кое-кто из них все еще пытается что-то разнюхать... Кстати, я именно поэтому не записал в журнале происшествий, что ваша машина вчера стояла прямо напротив дома Фуллер. Представляю, какие были бы заголовки, скажем, в бульварных газетенках: ЕЩЕ ОДНА ЖЕРТВА ЧАРЛСТОНСКОГО УБИЙЦЫ!
– Так какой же сценарий кажется вам наиболее правдоподобным?
– спросила Натали.
Джентри отодвинул столик на колесиках в сторону и присел на край кровати. Несмотря на свою массивную фигуру, он двигался легко и почти грациозно: создавалось ощущение, что под этой массой скрывается пластичный и хорошо тренированный атлет.
– Допустим, Сол рассказал нам чистую правду, - тихо проговорил Джентри.
– Значит, мы столкнулись с ситуацией, когда несколько этих вампиров мозга сражаются друг с другом. Нина Дрейтон мертва. Я видел ее тело до и после морга. Чем бы она ни являлась при жизни, сейчас она просто прах. Люди, забравшие ее тело, кремировали его.
– А кто забирал тело Нины Дрейтон?
– Не родственники. И даже не друзья. Нью-йоркский адвокат, который был ее душеприказчиком, и два члена корпорации, где она была одним из директоров.
– Значит, Нины Дрейтон нет. Кто же остается? Джентри поднял три пальца.
– Мелани Фуллер, Уильям Борден - этот оберст Сола...
– Значит, только двое.
– Натали пристально глядела на оставшийся палец.
– А кто же третий?
– Множество из миллионов неизвестных, - вздохнул Джентри, пошевелил всеми десятью пальцами и перевел разговор на другую тему.
– Знаете, у меня для вас рождественский подарок.
– Он вытащил из кармана куртки конверт. Там оказалась рождественская открытка и билет на самолет.
– Рейс в Сент-Луис, - прочла Натали.
– На завтра.
– Ага. На сегодня билетов не было.
– Вы меня выгоняете, шериф? Хотите избавиться?
– Можно и так сказать.
– Джентри широко улыбнулся.
– Я знаю, что позволяю себе вольности, миз Престон, но я буду чувствовать себя гораздо лучше, если вы уедете к себе - пока не развеется весь этот вздор.
– Просто не знаю, что думать... Почему я буду в большей безопасности в Сент-Луисе? Если за мной кто-то охотится, он найдет меня и там.
Джентри сложил руки на груди.
– Это вы хорошо подметили, но я не думаю, что за вами кто-то охотится, ведь правда?
– Натали молчала, и он продолжил.
– В любом случае вы мне сказали недавно, что у вас там друзья. Фредерик мог бы пожить у вас...
– Мне не нужны ни телохранитель, ни нянька, - холодно бросила Натали.
– Возможно. Но там вы будете заняты чем-то, окружены друзьями, а главное, вы выйдете из этой чертовой игры, в которую тут играют, убивая людей, заставляя их убивать других, нападая на девушек...
– А как же быть с поисками убийцы моего отца? Кто будет следить за домом Фуллер до того, как Сол даст о себе знать?
– Один из моих помощников присмотрит за домом. Я получил разрешение миссис Ходжес, чтобы кто-то пока пожил у нее - наверху, в кабинете мистера Ходжеса. Окна его как раз выходят в общий с Фуллер двор.
– А вы что будете делать?
Джентри взял шляпу с кровати, смял тулью и нахлобучил ее на свой вспотевший лоб.
– Я решил взять что-то вроде отпуска, - вздохнул он и почему-то покраснел.
– Отпуск?
– изумилась Натали.
– В разгар всей этой истории? Когда ничего еще не ясно? Джентри улыбнулся.
– Примерно так же отреагировало мое начальство. Но дело в том, что я не был в отпуске два года, округ мне должен недель пять по крайней мере. Наверняка я могу себе позволить уехать на пару недель, если мне так уж захочется.
– И когда же вы уезжаете?
– Завтра.
– Куда?
– В голосе Натали было не только любопытство.
Джентри потер щеку.
– Ну, я думаю, что можно смотаться на север, посетить, скажем, Нью-Йорк. Давненько я там не был. А потом я мог бы провести пару дней в Вашингтоне.