Мишень
Шрифт:
– Я никогда не покину тебя, малышка.
– Здорово, – пробормотала она и зевнула.
– Эмма!
– Что, Рамзи?
– Не могла бы ты хоть немного покапризничать?
Ради меня. Вот проснешься и сразу начинай. Или лучше вечером? Откажись пить молоко или доедать ужин.
Если пожелаешь, бросайся на пол и колоти ногами.
– Попробую, – кивнула Эмма.
– А сейчас закрывай глазки.
– Ладно. – Она послушалась, но тут же приоткрыла один глаз и хитро прищурилась:
– Знаешь, наверное, вечером мне не захочется идти в постель.
– Вполне справедливо.
Сейчас самое главное, чтобы она выдержала панихиду и не сломалась. Будем надеяться, что псы Мейсона не пропустят сюда телевизионщиков, репортеров и фотографов. Одному уже не повезло: охранники вышвырнули его прямо на дорогу. И теперь бедняга зализывает раны. Хоть бы Эмма не обращала внимания на наглые, назойливые вопросы, летевшие со всех сторон, стоило ему или Молли ступить за ворота.
Глава 23
Мелисса рыдала так безутешно, что по щекам градом катились слезы. Ничего не замечая вокруг, она едва не споткнулась на ступеньках, ведущих в гараж. Прошло уже два дня, но она все еще не могла поверить. Не могла и не хотела. Эта мерзавка, его бывшая жена, устраивает дерьмовую панихиду. Подумать только, и это все? Ни гроба, ни похорон.., потому что нечего хоронить и кремировать…
Луи ушел. Ушел навсегда, и всем абсолютно наплевать. Кроме нее.
Мелисса снова споткнулась, но в последний миг схватилась за перила и наконец очутилась в подземном гараже. Над ухом громко взвыла сирена. Девушка едва успела посторониться, и тотчас ее обдал поток теплого воздуха. Автомобиль пронесся мимо; водитель, высунувшись в окно, крыл ее последними словами.
Мелисса вытерла глаза. Все кончено. И делать больше нечего. Отец поклялся, что не убивал Луи, но в его глазах плескалась вина. Она не верит ему. И не простит.
Никогда.
– Мисс Шейкер!
Она не желала видеть Грега. Господи, почему ее не оставят в покое?! Она мечтает об одном: уехать подальше, в пустыню и лежать под палящим солнцем, пока от нее не останется дочиста обглоданный стервятниками скелет.
Мелисса отвернулась и зашагала к машине.
– Мисс Шейкер! Пожалуйста, не спешите! Вспомните, что приказывал ваш отец!
Мелисса остановилась и подождала телохранителя Не хватало еще, чтобы его увольнение было на ее совести! В конце концов, он всего лишь делает свое дело Девушка встала у синего «БМВ-родстера» <"БМВ-родстер" – двухместная машина с открытым верхом.>, точно" копии того, который водил Джеймс Бонд в одном из фильмов, только ее был куда мощнее. Мелисса обожала свой маленький автомобиль и обычно ездила исключительно на нем.
– Спасибо, – пропыхтел Грег, трусцой подбегая к «БМВ». – Послушайте, мисс Шейкер, я искренне скорблю о вашей потере.
– Благодарю, – буркнула она, усаживаясь за руль.
Грег устроился рядом.
– Постарайтесь никуда не выезжать без меня, мисс Шейкер, особенно на следующей неделе.
– Они всего-навсего удостоили его вшивой поминальной службы, – прошипела она, поворачивая ключ зажигания. Раздался взрыв. Машина исчезла в языках огня.
В двенадцать двадцать ведущий дневных новостей телестанции Лас-Вегаса сообщил информацию, переданного в Чикаю по спутниковой связи:
– Мелисса Шейкер, дочь Рула Шейкера, владельца казино в Лас-Вегасе, погибла вместе со своим телохранителем сегодня в десять утра при взрыве автомобиля.
Машина принадлежала мисс Шейкер и находилась на подземной стоянке казино «Сирокко» Эксперты утверждают, что в машине сработало неопознанное взрывное устройство. Полиция пока не назвала имена подозреваемых. Подробности в пятичасовом выпуске.
Рамзи выронил вилку, так что ломтик ветчины отскочил на другой конец стола. Он краем уха слышал доносившийся с кухни голос диктора, немало удивляясь, кому вздумалось включить телевизор на полную громкость да еще настроить на канал из Лас-Вегаса. Теперь все ясно. Видимо, кто-то заранее знал, что случится в Лас-Вегасе. Знал и ждал известий.
Последовало мгновенное потрясенное молчание, и тут же все заговорили как ни в чем не бывало. Ив охнула. Рамзи слышал, как она сказала что-то, но, сколько ни силился, не мог разобрать слов. Из кухни донесся грохот: должно быть, Майлз уронил кастрюлю.
Мейсон, сидевший во главе стола, продолжал невозмутимо жевать дыню. На щеках его выступил легкий румянец, но больше он ничем не выдал свое замешательство или волнение. Все шло, как обычно. Молли, что-то объяснявшая Эмме, осеклась на полуслове и, взглянув на отца, спокойно осведомилась:
– Око за око, папочка?
Мейсон проглотил дыню, аккуратно положил вилку и только потом поднял глаза на дочь:
– Я бы советовал воздержаться от подобных разговоров, Молли, особенно в присутствии ребенка.
Эмма, чутко улавливающая все перемены настроения своего самого главного человека, дернула Молли за рукав:
– Мама! Что случилось?
Молли постаралась немедленно взять себя в руки.
Ради Эммы. Притушила ужас в глазах и поспешно улыбнулась:
– Что-то странное попалось в пироге Майлза. Начинка какая-то непонятная. А тебе нравится?
Эмма одарила мать усталым взглядом умудренной жизнью женщины.
– Там всего-навсего бекон и свежий шпинат, мама Я сама видела, как мистер Майлз его делал. Он даже позволил мне добавить яйца. По-моему, очень вкусно У Молли был такой вид, будто она только что получила по голове и теперь никак не опомнится.
– Прости, Эмма. Ты, разумеется, права. Я просто неважно себя чувствую, родная.
Она случайно посмотрела в сторону Ив Лорд и не узнала ее. Лицо словно на глазах осунулось и побелело как полотно. Женщина пристально уставилась на мужа, однако упорно молчала. Губы были плотно сжаты.