Чтение онлайн

Родителей Даша не помнила, выросла в детском доме. Когда в стране началась перестройка, многие теряли работу и выживали, как могли. Везде шли сокращения, увольнения – государственные предприятия закрывались.

Однажды Фёдор сказал, что его уволили. В ту пору Даша сидела дома с сыном Димой.

Жить стало трудно, распродавали всё что можно. И чтобы как-то выжить, Фёдор принял твёрдое решение – ехать к своей бабушке Аглае.

Деревня, в которой жила старушка, находилась в триста километрах от города, в глухой тайге. Аглая жила одна, ей девяносто восемь лет и два года, как похоронила мужа. Последнее время в основном, женщина вела замкнутый образ жизни, её в Ольховке побаивались, считали ведьмой. Гостей встретила радостно. В ответ на их желание остаться жить в деревне, прошамкала беззубым ртом:

– Живите, места хватит, да и будет, кому похоронить. Мне уже недолго осталось – быть на этом свете.

– Бабушка, что вы такое говорите, вам ещё жить и жить,– возразил Фёдор и, обняв старушку, поцеловал в морщинистую щёку. Ей это понравилось, на лице появилась улыбка и она засуетилась. Ставя на стол угощение, рассуждала:

– Ты, внучок, съезди в район. Нам в этих местах нужен егерь. Мой дед Прохор, бессменно сорок лет занимал эту должность. Работа, правда, очень сложная и опасная. Много браконьеров развелось, больше чем бедных зверюшек. В Прохора десять раз стреляли, но выживал. Умер своей смертью. Даше не понравилось опасное предложение, и она возразила:

– А может, какую другую работу найдёт? Я не хочу, чтобы мой муж рисковал жизнью.

– Нет здесь другой работы! Народ живёт за счёт тайги – грибы, ягоды. Охота разрешается в меру и в определённое время. Речка наша Ольха богата рыбой, вот так мы и живём,– возразила Аглая.

– Девочки, успокойтесь, мне должность егеря нравится, и я согласен работать,– улыбнулся Фёдор.

– От деда осталось наследство – всё по этой части, после обеда передам тебе, – заключила Аглая.

В сенях избы стоял большой деревянный сундук. Чего только не находилось в нём. Начиная от двух ружей и патронташа, было всё необходимое: пустые гильзы, патроны, порох, капсюля, пыжи войлочные и картонные, воск, шомпол, дробь и прочее, что полагалось к ружьям.

Фёдор, как бывший военный оценил это богатство и долго возился с ним, тщательно рассматривая. Ружья почищены и смазаны. Видно было, что бывший хозяин любил порядок. В сундуке ещё хранилась тёплая одежда деда – высокие валенки, шапка и овчинный тулуп. А на самом дне лежали короткие, но широкие лыжи. Фёдор остался доволен подарком. Не теряя время зря, через два дня оформился на должность егеря. Стояла тёплая осень. Ранним утром Фёдор отправился в тайгу. Собирался осмотреть маленькое зимовье на берегу реки, в десяти километрах от деревни. Одетый в пёстрый камуфляж и с ружьём за плечами, Фёдор отправился в путь. На душе радостно – чувствовалось удовлетворение, что складывается всё хорошо. До начала осенней охоты ещё рановато. В охотничьем хозяйстве, как новый егерь, Фёдор получил полный инструктаж по своим обязанностям.

Простиравшаяся на тысячи километров тайга была величественна и таинственна. Многие деревья и кустарники успели приодеться в жёлто-багряный осенний наряд. Солнечный денёк не предвещал ничего плохого. Добравшись до зимовья, Фёдор заметил, что в избушке явно кто – то по хозяйничал. Печь ещё тёплая. Недалеко от избы обнаружил головешки от костра. А в сторонке лежали: шкура, голова и копыта от лося. Неизвестные убили животное и прямо здесь освежевали. "Браконьеры хозяйничают на широкую ногу, чувствуют волю",– подумал Фёдор. Со стороны леса, в южном направлении прозвучало два выстрела.

Осторожно ступая, он вышел к небольшой лужайке и присел в кустах. Трое мужчин, стоя возле убитого лося, оживлённо разговаривали. Фёдор принял решение – появиться внезапно. Сняв ружьё с плеча, быстро шагнул вперёд. Незнакомцы от неожиданности замерли.

– Ружья на землю! – скомандовал Фёдор. – Кто вы такие? Один из браконьеров невысокого роста, толстый и одетый в синий спортивный костюм быстро сообразил что ответить.

– А ты сам–то кто будешь?

– Егерь, приступивший к обязанностям.

Двое солидных на вид мужчин продолжали молчать, но ружья покорно опустили возле себя. По их внешности Фёдор смог определить: мужички не из простых смертных. Было видно по их добротной одежде, что из начальства.

– А ты сам представься!– возмутился толстяк.

– Кречетов Фёдор Григорьевич.

– Слушай, Федя, – фамильярно произнёс толстяк,– может, договоримся?

– О чём мне с вами договариваться? Вы нарушили закон, убили животное, которое нельзя убивать без лицензии, да и сезон ещё не начался.

– Феденька, да мы тебе столько лицензий напишем, что хватит на всю твою сознательную жизнь, – съехидничал толстяк.

– Выходит, что вам всё дозволено?

– Угадал, друг ты наш скоро выпеченный, – продолжал язвить толстяк.

– Значит так, я не собираюсь с вами шутки шутить! Собери оружие и принеси ко мне, живей! – по– военному отчеканил Фёдор и для пущего устрашения навёл ружьё на браконьеров.

Толстяк медленно нагнулся, и потянулся к карабину, лежащему возле туши лося. И в этот момент Фёдор ощутил удар в затылок, и сильная боль пронзила голову. Падая на землю, и теряя сознание, последнее, что успел услышать, так это радостный возглас толстяка: – Джума, как ты вовремя! Сознание помутилось, и Фёдор провалился в «бездну».

 Глава 3. В трансе

За окном смеркалось, а Фёдора всё не было, хотя, обещал, что к вечеру будет дома. Уложив Димочку спать, Даша вышла на крыльцо. Растянувшись до горизонта, по небу плыли стада кучерявых облаков. Подгоняемые ветерком – пастушком, прилетевшим с севера, они спешили на юг. "Ну, где так долго можно быть? Господи, только бы ничего плохого не случилось",– мелькнула у Даши тревожная мысль. А когда безлунная ночь, осторожно ступая, спустилась на землю, она обратилась к Аглае:

– Бабушка, я места себе не нахожу. Волнуюсь за Фёдора. В это время старушка, сидя возле печи, вязала маленькому Димочке носки. Посмотрев поверх очков на Дашу, она спокойна произнесла:

– Может, задержался, встретил кого, или остался с ночёвкой в зимовье. Милая, это тайга и сюрпризов преподносит много. Помню, мой Прохор, когда был егерем, то часто по неделям пропадал в лесу. А про себя подумала: "Я тоже чувствую беду",– и, отложив вязание в сторонку, взяла колоду старинных карт Таро. Разместив их в особом порядке на столе и внимательно рассмотрев, смешала и ещё три раза выложила.