Миротворцы
Шрифт:
– Володя там точно не сумеет спрятаться?
– Совершенно точно. Но если хотите, мы можем сходить проверить. Правда, у меня нет ключа.
Они спустились к мощным, обитым металлом дверям подвала; Скоблик демонстративно подёргал за ручку. Зак был полностью удовлетворён.
– Спасибо за помощь, Лев Васильевич, - сказал он Скоблику в заключение.
– Теперь искать мне будет намного проще: ваша линия исключается.
– Держите меня в курсе, - попросил Скоблик.
– Володя - очень способный мальчик. Я переживаю за него не меньше вашего.
– Какие вопросы, Лев Васильевич? Какие вопросы?..
Они разошлись, довольные друг другом. Скоблик был доволен тем, что так просто и лов-ко удалось обмануть этого хоть и пьяного, но весьма проницательного старикашку; а Зак был доволен, что нашёл наконец ко времени и "место".
Подвал под спортивных комплексом, охраняемым дряхлым и вечно сонным вахтёром, в двух шагах от школы - найдите более подходящую площадку для изготовления агрессивных сектантов из обыкновенных ребят. Умно, нечего сказать...
3.
Расставшись с Львом Васильевичем, Зак не сразу отправился назад, к спортивному ком-плексу и подвалу. Это было бы совершенно мальчишеской выходкой. Опытный Зак сначала вернулся в рюмочную "Снежинка", где неторопливо поглотил ещё две кружки пива, разбавлен-ного спиртом. Потом сходил в туалет и помочился, чтобы в ответственный момент быть в фор-ме.
Сделав свои дела, Сергеё Фёдорович направился в ближайший хозтоварный магазин, где по бросовой цене приобрёл фонарик и складной многолезвийный нож. Вооружившись таким образом, Зак прокрался к зданию спортивного комплекса и посидел в кустах, осматриваясь, всё ли в порядке.
Дело шло к вечеру, быстро темнело, и под покровом сумерек Сергей Фёдорович вошёл в комплекс. С вахтёром проблем не возникло: Семён Семёнович продолжал себе спать и видеть сны. Зак прямо отправился в подвал.
Там Зак остановился, переложил трость в левую руку и легонько толкнул дверь. К его ог-ромному удивлению, дверь, чуть скрипнув на петлях, приоткрылась. Полтора часа назад была заперта, и вот нате вам... Это могло оказаться ловушкой, но отступать было уже поздно.
"Если там кто-то есть, - подумал Зак, - что ж, тем хуже для него".
Приложив некоторое усилие, Сергей Фёдорович увеличил щель между дверью и косяком и, крадучись, скользнул в кромешную тьму подвала.
Глава двенадцатая
Розыск
1.
– Во-первых, немедленно возьми себя в руки!
– распорядился Князев.
– Взял, - сказал Кирилл потерянным голосом.
– Нет, не так. Ты сядь, положи трубку, сейчас я кофе сварганю.
Артемьев послушался, сел и положил. Но продолжал смотреть в окно совершенно от-странённым от мира взглядом.
Князев сменил фильтр, высыпал кофе в воронку и включил агрегат. Кофе-машина не-медленно захрипела и забулькала.
– Это мы сделали, - сказал Князев, усаживаясь напротив Артемьева.
– Не казни себя, Кирилл, - обратился он к оперуполномоченному мягким тоном. Этого мы предсказать никак не могли.
– Могли!
– неожиданно горячо заявил Артемьев.
– И могли, и должны были предска-зать. Мы знали, с кем имеем дело - мы имеем дело с выродком, с человеком, давно забыв-шим и про честь, и про совесть. Мы должны были ожидать, что в критический момент он спосо-бен переступить через все существующие нормы морали и права; что он решился на убийст-во...
– Постой, - сказал Князев, - не доводи до абсурда. У Стрельцова не было никаких ос-нований доводить дело до убийства.
– Но он оказался в КПЗ и...
– Что "и"? Что он мог сделать, сидя в КПЗ? Максимум - требовать адвоката. Нападение совершил не Стрельцов.
Артемьев словно очнулся и с удивлением посмотрел на Князева:
– А кто? Кому это было нужно, кроме Геры?
Князев заметил, что его друг отвлёкся, и поспешил закрепить успех:
– Это было нужно подчинённым Геры, его команде.
– Какая в таком случае разница? Гере это было нужно, или его команде какая разни-ца?!
– Пойми главное: вооружённое нападение на четвёртое отделение является актом от-чаяния. Что-то случилось, что-то очень серьёзное, если группировка Стрельцова решилась на такой шаг.
– Они же беспредельщики, им...
– В том-то и дело, Кирилл, что Гера и его люди до сих пор в открытый конфликт с зако-ном не вступали. Занимайся они чем-то откровенно противоправным, нам бы с тобой тут де-лать было нечего - кто-нибудь другой уже вёл бы дело. Гера тем и известен, что умеет балан-сировать на грани законности и не допускает крайностей. Что-то случилось, чего мы не знаем и что заставило людей Стрельцова эту грань переступить.
Артемьев вдруг вскочил:
– Нужно немедленно звонить в Управление. Пусть готовят бригаду к выезду - Стрель-цова надо брать!
– Подожди, Кирилл, - продолжал увещевать друга Князев, - ну подумай, что ты своим коллегам скажешь? Есть данные, что в нападении на четвёртое отделение виновны люди из группировки Герасима Стрельцова?
– А хотя бы и так!
– с агрессией заявил Артемьев.
– Хотя бы и так!
– У тебя имеются доказательства их причастности?
– Нет, но...
– Артемьев замолчал.
– Вот именно, - сказал Князев.
– Заметь, то, что Пирогов арестовал именно Стрельцо-ва и именно его посадил в "отстойник" четвёртого отделения - лишь моя гипотеза, одна из бесчисленного количества возможных гипотез, объясняющих происходящее. Стопроцентной уверенности, что в отделении находился Стрельцов, и поэтому его люди предприняли столь отчаянную вылазку, у нас нет. Ты, конечно, можешь дать своим коллегам оперативную наводку, однако имей в виду, что ты можешь и ошибиться.
– Но так всё сложилось... один к одному... твои слова и... эта информация...