Чтение онлайн

Сдержать обещание оказалось совсем нетрудно. Появившись возле костра, Ратип тут же завернулся в одеяло и лег к спутнице спиной. Ксанча не могла сосчитать, сколько одиноких ночей было в ее жизни, но эта показалась ей самой длинной.

Впрочем, с утра юноша заговорил первым.

– Как только мы доберемся до Пинкара, я пойду во дворец Табарна, – решительно заявил он.

Честно говоря, Ксанча надеялась на более мирное начало дня.

– Мы, кажется, договорились, что ты подождешь в гостинице, пока я раскидываю гальку по городским улицам. Твоя задача – помочь мне найти логово шраттов в окрестных деревнях.

– Знаю, но я все равно пойду во дворец, – настаивал юноша. – Любой эфуандец имеет право говорить со своим королем. И если он еще человек, я расскажу ему правду.

– А если нет? – спокойно отхлебнув холодного чаю, спросила Ксанча. По опыту общения с Урзой она знала, что ни логика, ни истина ничего не значат в разговоре с сумасшедшим. Прежде всего надо дать ему возможность высказаться.

– Тогда они убьют меня, а тебе придется сообщить об этом Урзе. Может быть, тогда он начнет хоть что-нибудь делать!

Ксанча поперхнулась чаем, представив, как она сообщит такую новость Мироходцу.

– Ну уж нет. Давай представим, что ты все-таки остался в живых. Какую правду ты предложишь своему королю?

– Я скажу, что эфуандцы должны прекратить убивать друг друга. Расскажу, что творят краснополосые.

– Очень смело. Но, боюсь, Табарн и сам знает, что вытворяют его наемники под видом шраттов.

– Не может быть… – Голос Ратипа звучал уже не так уверенно. – Если он еще на троне, если он еще человек, то он думает так же, как все: во всем виноваты религиозные фанатики.

Ксанча допила чай и, поставив кружку на землю, внимательно посмотрела на юношу.

– Предположим, что ты прав. Король еще во дворце и не знает, что среди его наемников есть фирексийцы, понятия не имеет, что эти головорезы разоряют народ… Так вот, скажи мне на милость, если правитель королевства не знает о том, что творится в его землях, то кто же тогда знает? Или существует кто-то, кто «помогает» ему пребывать в полном неведении?

Ратип побледнел и отшатнулся.

– Нет! – скорее просил, чем отрицал он. – Только не Табарн!

– Остается надеяться, что король лишился только своего тела, но еще не успел продать Фирексии свою душу. А пока я не узнаю, где и под каким видом скрываются фирексийцы, обещай мне не ввязываться в неприятности.

На рассвете шестого дня путешественники пересекли городскую стену столицы Эфуан Пинкара. Пустынные улицы, стражники у ворот дворца, мужественно борющиеся со сном. Ксанча рискнула пролететь над резиденцией Табарна, чтобы получше рассмотреть расположение построек на случай, если ей все-таки придется туда проникнуть. Несколько заспанных слуг возились у конюшен, поваренок спешил на кухню, в дверях которой высокий седой повар придирчиво выбирал овощи, принесенные в этот ранний час торговками.

Шестеро мужчин, закутанных в черные плащи, вели к воротам дворца прекрасных гнедых скакунов. На первый взгляд ничего необычного в этом не было, но Ратип заметно напрягся и прошептал, почти коснувшись губами волос девушки:

– А вот и неприятности.

– С чего ты взял? – удивилась Ксанча. – Простые посыльные. Королевские дела, знаешь ли, иногда требуют полной секретности.

Тем временем наездники уже мчались вдоль побережья прочь от столицы.

– Давай за ними! – воскликнул Рат. – Я носом чую неприятности!

Ксанча помотала головой.

– Ты не можешь их чувствовать, потому что они не пахнут маслом.

Юноша умоляюще взглянул на спутницу, та вздохнула и направила шар по следам удаляющейся шестерки.

– Они скачут слишком быстро, мы можем потерять их из виду, – беспокоился Ратип.

– По побережью только одна дорога. Никуда они не денутся, – ответила Ксанча, разворачивая шар. – Мы подлетим с другой стороны. Следи, чтобы они не заметили нашу тень.

Всадники свернули с дороги и остановились в заброшенном яблоневом саду. Спешившись, они осмотрелись и стали утаптывать траву в центре небольшой поляны.

– Молись своему Авохиру, – прошептала Ксанча.

– Что они делают?

Девушка не ответила. Опустив шар за деревьями, она пристально наблюдала за происходящим. Один из всадников достал из седельной сумки черный сверток. Остальные принялись раскладывать его на траве.

– Ты прав, у нас серьезные неприятности. Придется вмешаться. Это – переноска, проход в Фирексию. – Ксанча подняла сферу, отлетела на противоположную сторону сада и приземлилась.

Пока Ратип отряхивался от белой пыли, она достала из мешка черную трубу.

– Что это? – удивился юноша.

– Оружие. Эти всадники ждут кого-то из Фирексии. Мы должны остановить их. Слушай меня внимательно. Это, – она показала на черную трубу, – пусковой механизм. Держи его на уровне пояса и направляй широким концом вверх. Вот сюда будешь закладывать заряд, вот здесь рычаг. Опусти его вниз, и он выстрелит. Понятно? – Рат кивнул. – Выпускай по два заряда каждую минуту. Если увидишь кого-нибудь, не вздумай браться за меч. Я дам тебе волшебные монеты. Брось одну и присядь.

Ратип испуганно смотрел на Ксанчу, деловито раскладывающую у его ног туго набитые холщовые мешочки с присоединенными к ним металлическими взрывателями.

– Думаю, этих зарядов тебе хватит…

– А ты куда?

– К ним.

– Можно я с тобой?

Прошептав заклинание и облачившись в броню, Ксанча покачала головой:

– Нет, в одиночку я передвигаюсь быстрее.

Ратип вздохнул, осмотрел оружие и опустил в черную трубу первый мешок.

Пригнувшись, девушка пробиралась к поляне, как вдруг впереди, шагах в десяти, громко хрустнула ветка. Ксанча присела, спрятавшись за ствол яблони, и увидела одного из всадников. Подпустив мужчину поближе, фирексийка выскочила из укрытия и ловким движением перерезала ему горло. Не обращая внимания на хрипы умирающего, Ксанча побежала дальше. Первый разорвавшийся снаряд, выпущенный Ратипом, лишь напугал лошадей, с громким ржанием сорвавшихся с привязи. Двое мужчин остались раскладывать переноску, а остальные обнажили клинки и направились в сторону деревьев, из-за которых уже выходила Ксанча. Девушка решительно двинулась навстречу эфуандцам. Те видели перед собой лишь молодого безусого мальчишку и не подозревали, что он защищен волшебной броней, а потому приближались без страха. Этим и решила воспользоваться Ксанча. Схватив одного из нападавших за лезвие меча, она дернула его на себя. Мужчина не устоял на ногах и напоролся прямо на клинок. Второй, вооруженный саблей, уже занес оружие над головой, как вдруг за его спиной прогремел взрыв, и он повалился на землю. С коротким звучным криком девушка прервала мучения раненого эфуандца, вонзив в него его же саблю. «Итого – трое, – подумала Ксанча. – Двое у переноски. А где еще один? Надеюсь, Рат не забыл про волшебные монеты».