Чтение онлайн

— Мак! Мак! Откуда ты взялся, ты, красавец? — Он раскинул руки, будто хотел обнять Мака. Однако с ограды не поднялся. — Ну и вид у тебя, дружище, я бы тебя не узнал!

Майкл рассмеялся. Он был до того дружелюбен, что Мака это даже удивило. С Майклом они были лучшими друзьями с детства и повздорили всего несколько раз, но это было давно, еще в школе. Мак думал, что стал Майклу по меньшей мере безразличен. И вдруг такая встреча. Кто бы мог ожидать!

Мака это обрадовало, и растерянная улыбка на его лице сменилась дружеской.

— Вот я и здесь, — сказал он, ничего другого ему в голову не пришло. — И насовсем. Там была жуткая дыра…

Они по-мужски крепко пожали руки, разглядывая друг друга. «Если и я так же выгляжу, то это не так уж плохо. Человек себя не видит», — подумал Майкл.

— Откуда ты его извлекла, Мирка? — спросил он и ударил по струнам. Мак расценил это как еще одно проявление радости от встречи.

— Он пришел к нам, — сказала Мирка, — с мамой.

Мака немного разозлило, что она добавила это «с мамой». «Наверное, боится, как бы Майкл не подумал, что я пришел из-за нее». Это немножко огорчило Мака, но он и виду не подал:

— Вчера вечером мы зашли с мамой к Веселым.

Появилось у него и ехидное желание сказать: «Ну, а сегодня мы с Миркой устроили свидание». Но он не решился.

— Мама вбила себе в голову, что раз она здесь родилась, то… Ну, короче, мы снова переехали в Прагу. Здорово, да? Снова организуем компанию.

— А где ребята? — спросила Мирка поспешно. Ей было неприятно, что Мак тут же, с ходу, лезет в их компанию. Впервые слово «компания» прозвучало как чужое. И даже показалось ей враждебным.

— Ребята?

Майкл смешно скривил физиономию, посмотрел себе под ноги, оглянулся вправо и влево, приподнял ветку, которая склонялась над рекой, словно искал под ней муравьев.

— Если я не ошибаюсь, их здесь нет. Эй, Мак, поищи их, — показал он на землю, — может быть, у тебя глаза получше.

Мирка рассмеялась, толкнула Майкла так, что он покачнулся:

— Уж такой ты, Майкл, остроумный! Умереть можно…

Майкл состроил серьезную мину:

— Но ведь со мной весело, да? Это ты должна признать, Мирка. Ну, говори, признаешь? А ребят здесь нет…

Он снова посмотрел на Мака:

— Так вы насовсем вернулись в Прагу, да? Говоришь, что там была скучища? А такое там известно?

Майкл тряхнул коленом и с жаром принялся твистовать. Он бросался из стороны в сторону на кирпичной ограде, голова у него тряслась, пальцы скользили по струнам.

— Знаешь это, Мирка? Здорово, да?

Майкл ускорил темп. Бормотал что-то невразумительное и посматривал на Мирку и Мака, довольный, что его музыка заинтересовала их.

— Откуда вам это знать? Это импровизация на стихи Петра… знаешь, Петра Климы.

Он окончил. Еще звучащую гитару отложил на ограду.

— Ребят здесь нет, — сказал он Мирке, словно не хотел, чтобы они начали говорить о его музыке. — Но в общем-то на западном фронте без перемен, если тебе это неизвестно, Дзынькалка.

— Он всегда так ужасно, ну, так ужасно остроумен, этот Майкл! — сказала Мирка Маку и засмеялась. Улыбнулась она и Майклу, чтобы тот не подумал, что она отдает предпочтение Маку.

— Ребят здесь нет, потому что они не могут находиться сразу в двух местах, — сказал Майкл. Замечание Мирки его не тронуло. — Они не могут сидеть здесь, на этой ограде, и одновременно где-нибудь в Жатке, возле корзин.

— Ну почему ты сразу не сказал, что они на уборке хмеля, ты, деятель! Надо же, а я об этом забыла.

— Потому что это было бы слишком просто, Дзынькалка. Теперь-то ты понимаешь, не так ли?

— А почему ты не поехал с ними? — спросил Мак.

Майкл усмехнулся. Мак ждал, что он скажет: «На хмель? На эту удочку меня не поймаешь». Но ошибся.

— Потому что я уже свое отработал. Я здорово влип. «Фрукты и овощи», народное предприятие, понимаешь. Целых два месяца я развозил капусту, огурцы, морковь, лук и так далее нашим домашним хозяйкам. Господа, вы бы не поверили, сколько витаминов поглощает Прага. Вагоны, миллионы вагонов витаминов — «А», «Б», «Ц», «Д», «Е», «Ф». Посмотри на мои руки, Мирка. — Он протянул ладони девушке, но Мирка ничего особенного не заметила. Сочувствия они никак не вызывали. — Но это было здорово! Я бы с удовольствием поехал и на хмель. Но только народное предприятие «Овощи и фрукты» меня не отпустило: «Такого работника мы на хмель не отпустим…»

Мирка недоверчиво улыбнулась. «Похоже, Майкл, что ты хвастаешься».

Мак тоже усмехнулся.

— А что нового в школе? — спросила Мирка.

— О, об этом следует рассказать, — внезапно вспомнил Майкл. — Это тебе будет интересно. Садись сюда, — хлопнул он ладонью по ограде. — Мак, помоги даме!

Мирка подпрыгнула, сама, без помощи Мака, села на ограду и с интересом посмотрела Майклу в глаза.

— А ты тоже где-нибудь присядь, — кивнул Майкл Маку. — Мне не нравится, когда кто-то смотрит мне… в рот… пардон, я сказал это в чисто литературном смысле.

Мак с удовольствием сел бы возле Мирки, но Майкл положил рядом с ней гитару, и тем самым вопрос о месте был решен.

Они сидели на ограде. Мирка в цветастом платье, сандалиях на босу ногу, но с бусами, — без бус Мирку вообще никто никогда не видел; Майкл в полосатой рубашке и в узких брюках с пятью «молниями», сандалии тоже на босу ногу. Зато Мак вырядился; он надел даже галстук, залихватски повязав его вокруг шеи под расстегнутым воротником серой рубашки, его отутюженные брюки, мокасины и красно-черные полосатые носки вызывали восхищение. У Майкла были короткие волосы, спускавшиеся прядью на лоб, у Мака — заботливо взбитая волна, основательно смоченная березовой водой «Элида».