Чтение онлайн

– Не знаю…Присяга. И мои товарищи не знают. А ты, Гош?

– В таком же положении. Кого-то нанять не могу. Выйдет то же самое нарушение клятвы. Поэтому придётся надеяться на случай. Он наверняка представится. Но учти. У Каруха целая банда приближённых. Если убить короля, они так легко не отдадут власть. Боюсь, антов в нашем войске недостаточно для переворота.

Заговорщический диалог прервала брехня Бобика. Послышались возмущённые голоса. Распахнулся полог шатра. Лёгок на помине… Вполне ещё живой себе королёныш сходу предъявил:

– Почему меня не позвали?

– Присаживайся! – я поднялся. – Не обессудь, поросята кончились. Небось, твои повара готовят что-то более изысканное?

Он втянул носом воздух.

– Только тушёную ляжку кхара. И нир давно закончился.

– Может – чаю?

Он возмущённо крутнул головой, увенчанной островерхим шлемом. Будто и в моём шатре среди принявших клятву кто-то способен ляснуть его по макушке.

– Не питьё для мужчины. К делу! Гондарх уверяет, что ты пойдешь на острие атаки кароссцев. Зачем тебе лишний риск?

– Так ведь главный приз – первым, ворвавшимся в крепость. А там наверняка есть серебро и золото. Хрымы в деревнях живут богаче наших. Стало быть, и у антов что-то найдётся.

– Но-но! – возмутился Карух. – Брентская казна – моя. Должен же я оплатить услуги каросских! Ты, Гош, не очень-то бедствуешь.

– Не очень. Тем не менее, намерен платить жалование своим исключительно из добычи. А она будет – ведь именно это ты обещал? И, оказавшись за стеной, я – первый законный претендент на добычу.

– Он сказал: «лучше бы тебе там за стеной и остаться», - сообщил Биб, сопроводивший мерзавца за пределы шатра.

Я озвучил донос верьи, сославшись на уникально тонкий слух.

– Чему ты удивляешься? Женившись на антке, ты такой же кандидат в изгои, как и я, - Фирух кивнул на попону, укрывшую флягу с остатками нира от взора Каруха. – Давай по последней, и на сегодня хватит.

Я налил. Хотелось выпить за короля, не чокаясь.

***

Давно утративший брутальность времён лихих девяностых, Штырь занял приличную должность в службе безопасности банка. Того самого, чьим основным владельцем он являлся через подставные компании, державшие акции. Даже генеральный директор не знал, кто хозяин. Штырь казался ему бывшим бандитом, ныне представляющим интересы анонимных инвесторов. Поэтому никогда не принимал решений против воли своего безопасника.

Тот умел принять достаточно приличный вид, нацепив на нос дымчатые очки. Они скрывали, точнее – оттеняли простоватую для банковского клерка физиономию. Кожаные куртки уступили место пиджакам, пошитым у очень дорогого портного. Сначала они скрывали кобуру, теперь – слишком округлившиеся плечи и наметившийся живот. К скромному, но солидному кабинету с мебелью в стиле «техно» новый имидж Штыря вполне подходил. Неудивительно, что погоняло он слышал редко, только от таких же корешей из девяностых. Обычно его звали по имени-отчеству.

– Разрешите, Валентин Валентинович?

– Заходи, Павел. Что нового?

– Без изменений. Датчики движения в Дымках срабатывали несколько раз. Но включавшиеся камеры в сарае фиксировали только крыс. В доме движения нет. Квартира родителей объекта брошена. Накопилась задолженность по коммуналке.

– Ясно. Сети?

– В социальных сетях его нет. В сети GSM его сим-карта не засвечена. От его e-mail-ящика пароль подобрали. Только входящий спам.

– Не тяни кота за яйца, - начал раздражаться банкир. – Что артефакт? Молчит?

– Технари наши говорят – начал фиксировать лёгкие колебания магического фона. То есть переходов рядом больше не открывается. Их или нет вообще, или они далеко.

– Далеко, но открываются? Паша, какого… члена… ты молчал? Дуй к отцу Миши Жемчужного. Дай два ляма за уважуху. Проси – пять… Нет – десять артефактов! Каждый обвешивайте датчиками. И катайтесь. От Дымков расходящейся спиралью. Мне нужен переход! Ищи! Мне нужен источник золота. А Жемчужные хотят знать, где их сын. И жив ли.

– С ним шёл Артур Киборг.

– На Артура плевать. Слишком дорогой наёмник. Одни понты. С цыганами другое дело. Найди их парня. Или принеси голову фраера, замочившего Мишу. Не думай цыган кинуть. Отдашь вместо головы Гоши башку какого-нибудь бомжа, сам тебя урою. Понял?

– Понял, Валентин Валентинович.

– Хотя… Погоди. Гоша нужен живым. Слишком много у него надо узнать. И только после этого – в расход. Итого. Наблюдение не снимать. Зону поиска расширить. Ты ещё здесь? Бего-ом!

Отпустив помощника, Штырь вытащил бутылку с жидкостью, чрезвычайно прозрачной для самогонки. Выдернул пробку, понюхал. И правда, самогон. Но запах не отталкивающий. Бодрящий. Прочищающий мозги.

Он никогда не пил из бутылки, найденной в доме Гоши-самогонщика. Держал всегда в кабинете как напоминание. Выпьет, когда его приведут. За упокой души.

***

Я впервые нацепил доспех, приготовившись к бою. Толстые кожаные листы, грубо сшитые ремешками. Сверху пудовая кольчуга. На голову водрузил кастрюлю. Тяжёлую. Щит, правда – небольшой, круглый. Пистолет Макарова, заряженный, к нему запасной магазин. ППС с запасным рожком.

Пришла пора проверить главное оружие. А также выяснить, насколько выросли его ТТХ[1].

– Биб! Ты в курсе плана. Лезем на стену. В нас готовы палить лучники и арбалетчики.

– Большая опасность, хозяин.

– Давай прикинем, кого ты сможешь перемножить на ноль.

– Не понял, хозяин?

– Забудь. Лучше скажи – у десятерых душу выпьешь?

– Десять… Нет. Я же должен буду работать на удалении от хозяина. Сил меньше. С лестницы – у троих. За минуту.

За эту минуту и превращусь в ёжика с иголками из арбалетных болтов. Думаем дальше.

– Биб, количество людей, у кого сотрёшь память, зависит от того – на год подчищаешь или до самого младенчества?