Чтение онлайн

— Пока ничего не могу сказать на этот счет, — ответила я без колебаний.

Он улыбнулся:

— Хорошо, так и нужно относиться к этому делу. — Он налил себе чашку кофе, но мне на этот раз не предложил. — Оставайся дома. Федералы намерены забрать на время твой компьютер. Возможно, они предъявят тебе какие-то обвинения, но скорее всего оставят тебя в покое, поскольку ты служишь в местной полиции. Но не давай им больше повода для упреков. И не отходи далеко от дома.

— Да, сэр.

Я вернулась домой и тут же нарушила его приказ, решив проведать своих родственников. Я помогла матери собрать и упаковать вещи, а потом собрала вещи сына и уложила их в небольшой чемодан. Серхио с радостью воспринял эту поездку, так как уже несколько недель не видел своих кузенов. Мне было приятно видеть радость на его лице. Может быть, поездка в Атланту действительно пойдет ему на пользу, а встреча с родственниками поможет поскорее избавиться от гнетущих мыслей. К тому же я отстранена от работы, у меня отобрали оружие и право пользоваться полицейским значком, и сейчас я ничего не могла с этим поделать.

Но прежде чем уехать из Нэшвилла, мне нужно было сделать здесь одну остановку.

Джекоб Каллахен, которого я звала просто док, жил в районе Беллвью, в большом частном доме, который сохранил за собой после смерти жены три года назад. Я немного покружила по городу, желая убедиться, что за мной нет никакого наблюдения, а потом подъехала к его дому. Была уже ночь. Док открыл дверь, впустил меня и быстро закрыл ее за собой.

— Тебе не следовало делать этого, Роми, — сказал он.

— Я приехала за пакетом, док.

Он тяжело вздохнул и направился в другую комнату, недовольно проворчав, что у меня могут быть большие неприятности. Через минуту он вернулся с большим пакетом, по-прежнему запечатанным.

— Вижу, вы не проявили интереса к содержимому пакета? — спросила я.

— Еще как проявил, но я прочитал на конверте грозное предупреждение «Не открывать». Что происходит, Роми?

— Чем меньше вы будете знать, тем меньше придется врать.

— Ромилия, — сказал он тихим голосом, произнося мое имя как сакральное заклинание, — ради тебя я готов и соврать.

— О, док, вы так добры ко мне. — Я поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку, хотя и понимала, как трудно ему скрыть от меня свои чувства.

Рано утром следующего дня мы погрузили все вещи в багажник автомобиля, а потом я оставила Маккейбу сообщение на автоответчике, что на время покидаю город, но вернусь сразу же, как только он позвонит мне. Мы поехали в Атланту, где навестили мою двоюродную сестру Мирту, поужинали там, выпили немного пива и обсудили последние сплетни в нашем роду.

А следующим утром я поехала прямо в Новый Орлеан.

Жизнь заметно изменилась в родном городе Текуна Умана. Он впервые увидел в Чаттануге газету «Нью-Йорк таймс», да и ресторанов «Старбакс» стало примерно столько же, сколько и «Макдоналдсов».

Хотя, конечно, никакого сравнения.

Правда, кофе «капуччино» был не очень крепким, а сливки — не такими вкусными, как те, что Текун делал на своем ранчо в Иксабе. Конечно, «Старбакс» не может позволить себе завести корову в каждом своем заведении и уж тем более нанять рабочих, которые могли бы собирать вершки из каждого ведра для более жирных сливок. Многие продукты из сельской местности просто невозможно изготовить в городе.

Ему понадобилось несколько дней, чтобы окончательно привыкнуть к своему внешнему виду и спокойно появляться в общественных местах в затрапезной одежде. Обычно в Штатах он всегда ходил в дорогом двубортном итальянском костюме, без галстука, с расстегнутым воротом белоснежной рубашки и легких сандалиях фирмы «Брукс бразерс», которая ничем не уступала знаменитой фирме Версачи. Но сейчас это могло бы вызвать определенные подозрения, так как его ищут именно по этим признакам — высокого худощавого молодого человека с черными волосами, черной бородой и оливкового цвета кожей. Поэтому в Мексике ему пришлось сбрить бороду и заставить Бидза выкрасить волосы в светло-песочный цвет. Бидз все время ворчал, что это плохая идея и возвращаться в Штаты сейчас — очень большая ошибка. А Текун, опустив голову в огромный таз и закрыв глаза, отвечал, что тот слишком нервничает по этому поводу.

На самом деле Текун понимал, что Бидз не станет волноваться понапрасну. Эта поездка была не просто рискованной, а безумной. Дом Джеймса в Чаттануге был самым первым местом, где его могли подстерегать федеральные агенты. Конечно, не в самом доме, а где-нибудь поблизости. Текун убедился в этом, когда объехал вокруг поместья на арендованном автомобиле «хундай», осторожно посматривая на участок земли, который хорошо знал с давних пор. Никаких федеральных агентов он там не обнаружил, но при этом был абсолютно уверен в том, что они ждут его в Чаттануге и записывают все телефонные разговоры Джеймса.

Нет, Текун еще не выжил из ума, он был крайне осторожен и тщательно планировал все свои действия. Несмотря на известный риск, он непременно должен был навестить мать.

Самое главное заключалось в том, чтобы не застрять в Чаттануге на слишком долгое время. Он остановился в отеле «Холидей-инн экспресс», что возле аэропорта, и это была определенная жертва с его стороны, так как в другом случае он предпочел бы более фешенебельную гостиницу «Рэдиссон». Четыре дня в Чаттануге, и четыре дня этот жуткий завтрак и никакого сервиса. Но это место было более безопасным. Каждое утро он бегал в «Старбакс» и читал газету «Нью-Йорк таймс».

Из телефона-автомата он позвонил в Нэшвилл, но Раймундо почему-то не брал трубку. После третьего звонка ответил какой-то мужчина, но это был явно не Раймундо. Текун сразу догадался, что это мог быть только полицейский, и повесил трубку.

Значит, они задержали Раймундо. Закрыта еще одна лаборатория по производству метамфетамина. Конечно, у него есть немало других подпольных лабораторий, например, в районе Кларксвилла, что на севере от Нэшвилла, но ни одна из них не производила такого большого количества метамфетамина, как лаборатория Раймундо.