Чтение онлайн

– Ну что ж, это хорошая новость, – сказал я ему. – Мне нужна ваша помощь. Уверяю вас, это не смертельно и не болезненно. Могу я на вас рассчитывать?

Вухяне растерялись. Я начал с самого плохого развития сценария и пугал их до тех пор, пока бедняги не оказались на грани паники. Меня разбирал смех, когда я наблюдал за жаркими спорами во время обсуждения вопроса. Однако у меня не было времени слишком долго ждать ответа.

– Итак?

– Я полагаю, – начал Габбин, – стоит рискнуть, чтобы потом жить в комфорте. Все за то, чтобы помочь мастеру Скиву?

– Да! Да! – согласно заблеяли собравшиеся.

– Кто против?

Все молча смотрели друг на друга. В моем решении собрать их вместе был свой резон. На публике они всегда поддерживают друг друга, а лицом к лицу можно было ожидать чего угодно.

– Бараны! – тихо пробормотала Тананда.

Я потер руки.

– Хорошо. Мне нужно, чтобы вы сделали следующее. Через неделю…

Теперь предстояло провести самый интенсивный и сложный курс обучения в моей жизни. Оказалось даже труднее, чем за неделю научить дракона играть в покер. Монтгомери выделил небольшое подвальное помещение, потому что мы не хотели, чтобы стало известно, чем я занимаюсь. Вухяне жутко боялись извергинь, но очень любили поговорить между собой. Секрет, который они должны были хранить и не открывать даже под страхом смерти, переставал быть таковым еще до того, как на стол подавалась следующая порция напитков. Мне приходилось наблюдать подобное не один раз. По этой причине Габбин и остальные были посвящены только в самые незначительные детали плана, тогда как основное для них оставалось тайной.

Сказать, что я выясню, какие компоненты составляют антимагическое действие камня, и определю, как он работает, оказалось легче, чем осуществить все это на практике. Зол предложил мне помощь.

– Мы можем использовать химический анализ и изучить поле, чтобы выяснить, из чего оно состоит, – предложил кобольд, усаживаясь за компьютер в дальнем конце стола.

Мы выяснили, что в определенной точке компьютер извергинь блокирует работу нашего компьютера и Бетины. Банни поспешила отнести свое сокровище подальше.

– Меня озадачили слова Скути, – задумчиво сказал Зол. – «Он большей частью сам себя воспроизводит». Что бы это значило?

– Не знаю. – Я стал рассматривать камень более тщательно. Во время заточения в тюрьме у меня было достаточно времени, чтобы изучить стены, но я не видел, чтобы камни воспроизводили себя сами. – Может, нам нужно чем-то воздействовать на него?

Мы опускали камень в воду, вино, масло, различные травяные отвары. Пытались воздействовать на него сахаром, растениями, даже едой, но ничего не менялось. Я даже вернулся на Пент, чтобы взять книги, которые остались после Гаркина. Но в них описывалось, как получить магическую энергию, а не избавиться от нее.

– Может быть, он действует как дрожжи? – предположил я.

Мы разбили камень на мелкие кусочки, смешали с глиной, гравием и кусками скальных пород. Потом нагревали на огне, охлаждали льдом, добавляли все ингредиенты, которые только приходили в голову. Я окружил его силовым полем, потом позволил ему рассеяться. Ничего не происходило до тех пор, пока мы не смешали кусочки с песком. Раздалось шипение, и на поверхности образовалась пена. Я протянул палец, чтобы потрогать ее, но Зол оттолкнул мою руку.

– Не трогайте! – предостерег он меня. Шипящий звук стал еще громче. – Он, видимо, заработал!

– Но почему именно песок? – спросил я, наблюдая, как пена покрыла смесь и превратила ее в мерцающую массу. Вокруг распространился жар, опаливший нам брови. Пришлось отойти в дальний конец комнаты.

Я был так зачарован процессом, что даже не стал спрашивать, что происходит. Камень работал!

Чтобы произвести пару ведер антимагического материала, понадобилось два дня. Тананда обеспечивала безопасность, никому не позволяя спуститься в подвал и увидеть, чем мы занимаемся, хотя мои радостные вопли, наверное, заставили приподняться от удивления не одну пару бровей. Из нашей импровизированной лаборатории я поднялся с обожженными волосами.

– Все готово? – спросила Банни.

– Да! – заявил я триумфально. – Удача в делах приходит по расписанию.

Ники накинула на плечи спецовку и залпом допила остатки кофе.

– Пора браться за работу, – объявила она остальным.

Ошлин подняла желтые глаза с золотыми крапинками от бухгалтерской книги. Вергетта отложила в сторону номер извергской газеты – единственного связующего звена с цивилизацией в богом забытом Вухе.

– Новая линия работает отлично. Вухяне тоже не доставляют проблем. Эта гипнотическая камера просто чудо. Даже я почти забыла, что мы делаем, когда вышла оттуда.

– Камеру надо запатентовать, – заявила Кейтлин, продолжая стучать по клавишам. – Подумайте, как широко ее можно использовать для соблюдения секретности. На такие изобретения надо заключать контракты с правительством.

– О господи! Нам только этого не хватало, – застонала Чарилор. – Правительство моментально забывает обо всех изобретениях. Только лишняя волокита.

Маленькая извергиня пожала плечами, не отрывая взгляда от экрана.

– И все-таки надо ее запатентовать. В конце концов, камеру скопируют деволы, тогда у нас по крайней мере будет легальная причина вырвать у них легкие, если поймаем на месте преступления.

– Не могу поверить, что тебя никто не пытается спасти, парень, – сказала Вергетта, обращаясь к стеклянному шару на столе. – Никто не бросается грудью на бастион, не карабкается по стенам, не выбивает двери. Ничего похожего на стадо твоих соотечественников.

Она рассмеялась, довольная шуткой. Вухянин к ней не присоединился.

– В главной газете Ронко опубликовано опровержение Великого Скива, – сказала Пальдина. – Я его совершенно случайно увидела. Хотелось бы знать, что это значит.

– Что именно? – отозвалась Вергетта. – Почему он становится нам поперек пути или почему извиняется?

– Извинения – более интересная часть.

– Мне кажется, он просто решил расторгнуть с ними контракт. – Она указала пальцем на стол, где томился в стеклянной тюрьме Венсли. – За неделю ничего не произошло. Он скорее всего вернулся в свою пещеру с большим, жирным нулем. Наверное, выяснилось, что Великий Скив тоже желает получить плату, как и мы, а у вухян ничего нет.